Юлия Ляпина – Миссис Смерть (страница 11)

Вспомнив об этом Оливия, отвлеклась от книги и вдруг поняла, что в двери ее комнаты легонько стучат. Удивившись, девушка встала с постели, плотнее запахнула стеганный капот и подошла к двери:

– Кто там? – негромко спросила она.

– Мисс Суджик, прошу меня простить, но я не мог ждать…

За дверью явно расположился призрак виконта Вайберга.

– Милорд, – девушка спешно отодвинула задвижку, хотя дух наверняка мог проникнуть в спальню через замочную скважину, а то и через стену.

– Еще раз прошу простить меня, что я потревожил вас после тяжелого дня, – призрачный лорд слегка просвечивал, но не забывал виновато улыбаться. – Дело в том, что сегодня днем пришел ответ…От моего потомка! А эта грубая женщина сгребла конверты и бросила их к печи! Письмо могут сжечь!

Оливия поняла. Письма в доме Олмиджей складывались на поднос в кабинете хозяина. Под столиком с подносом стояла корзина для бумаг, куда гробовщик скидывал ненужные конверты. По случаю свадебных торжеств почтальон принес множество поздравительных адресов, карточек магазинов и каталогов.

Большая часть всего этого бумажного богатства отправилась в корзину, из которой горничная брала бумагу для растопки каминов. А долгожданное письмо от наследника Вайберга не то зацепилось за другие конверты, не то было сочтено случайным.

Накинув поверх капота расшитую шаль, девушка на цыпочках отправилась вниз, шепотом уточняя у призрака, куда именно служанка отнесла письмо.

– В корзину на кухню! – взволнованно говорил лорд, стремительно перемещаясь по коридору.

– Милорд Вайберг, – Оливия приостановилась у лестницы, – слугам покажется странным, что молодая жена бродит по дому в брачную ночь. Прошу вас, летите вперед и предупредите меня если кому-то не спится.

До кухни добрались благополучно, а вот потом им не повезло. Все, кто еще держался на ногах, собрались здесь. Большой разделочный стол, на котором помещалась целая свиная туша, был уставлен тарелками, мисками и рюмками. Все, что не съели почтенные жители Бейтима, красовалось здесь: вареные яйца с начинкой из грибного паштета, холодная ветчина, куски свадебного пирога, фруктовый мусс и сладкая крупяная запеканка.

Красная от жара плиты и выпитого вина кухарка подливала из кувшина конюху, а тот задорно тискал ее за ногу, жадным глазом поглядывая на ветчину. Кухонные мальчишки спали вповалку в углу, успев хлебнуть из кувшина, а из их рукавов торчали тонкие колбаски, куски сыра и яблоки.

Подойти к плите, возле которой стояла корзина с бумагой на растопку? не было никакой возможности.

– Милорд Вайберг, я просто не знаю, что делать! – шепотом воскликнула девушка.

– Минутку, мисс! – дух просочился в кухню сизым туманом, и у стола тотчас потянуло холодком, потом вдруг хлопнула дверь, залаяли собаки.

Конюх встал, выглянул во двор, прикрикнул на псов и замер, вдыхая прохладный воздух, стремительно трезвея. Кухарка, пошатываясь, двинулась к нему, ежась от пугающего ощущения за спиной. Они остановились на пороге, любуясь красотой весенней ночи, о чем-то заговорили, обнявшись, и вот тогда Оливия, пользуясь моментом, проскользнула в кухню, схватила корзинку и, затаив дыхание, выбралась в коридор.

Оттуда так же быстро и тихо девушка вернулась в свою спальню, села у огня и принялась перебирать бумаги. Конверт с цветочками и розовой печатью, конверт из серой скучной бумаги, еще розовый конверт, а этот даже пахнет чуть терпкими духами… Похоже мистер Олмидж в молодости имел немало увлечений и знакомств. Ни одно имя на конвертах не было знакомо мисс Суджик.

Искомое письмо обнаружилось в ворохе надушенных конвертов. Действительно зацепилось за подтаявшую печать из слишком мягкого и липкого воска. Конверт был белым, но не слишком. Прямоугольный, строгих очертаний, но со скругленным уголком-клапаном. Печать была скромной. Лорд Вайберг тенью мерцавший за плечом Оливии тотчас приобрел плотность и вздохнул:

– Это печать управляющего. Скорее всего вам не поверили, мисс.

– Мне жаль, – сказала девушка, – но давайте все же прочтем.

Она поискала вокруг и наконец вынула щепку из корзинки для дров. Несколько движений, и из конверта выпал небольшой лист бумаги: всего четверть обычного листа.

– Это оскорбление! – взвился призрак, – даже в худшие годы мы не отсылали обрывки вместо писем!

Лив не стала утешать давно умершего лорда: кто знает, как живет его семья, утеряв права на поместье и титул? Она повернула листочек к огню и вчиталась в ровные строки:

– Уважаемая мисс Суджик, должен вам сообщить, что лорда Л. С. Вайберга сейчас нет в его поместье. Ваше письмо будет ему передано сразу после прибытия.

– Управляющий, – девушка опустила письмо на колени и задумалась. Она никогда не сталкивалась с аристократами. Их городок порой навещали представители знати, но мисс Чорри строго следила за тем, где гуляют ее воспитанницы. – Скажите, милорд Вайберг, если вы возвращались из путешествия, когда вам подавали письма?

– Срочную королевскую почту отправляли вслед за мной, – ответил призрак частично материализуясь, – остальное просматривал мой секретарь. На второй – третий день, когда я успевал немного отдохнуть, он докладывал мне, кто писал и о чем, мы разбирали срочные денежные вопросы, затем я писал родственникам, дня через два он подавал на подпись всякие поздравления и приглашения, а мелочи решал сам.

– Значит мое письмо он тоже вскрыл, прочел и решил, что это мелочь?

– Я бы так не сказал, – призрак завис над креслом, – он потрудился ответить, значит есть шанс, что этот слуга хотя бы упомянет письмо в отчете. Да где же болтается этот несносный мальчишка! – вдруг воскликнул призрак и тут же устыдился: – Прошу простить мисс, меня никоим образом не тяготит ваше общество. Я счастлив, что вы осветили мое унылое существование, но я не хочу, чтобы мой род прервался! А без этих артефактов…

– Я понимаю, – сдерживая зевок, ответила Оливия. – А сейчас прошу меня простить, милорд, мне очень хочется спать!

Дух виконта Вайберга немедля покинул спальню, не подозревая о том, что совершенно напрасно бранил своего потомка.

Глава 14

Леон Стейнфорд Вайберг еще помнил те времена, когда был жив его отец. Помнил странных людей, которые порой появлялись в их доме.

Особенно остро запомнилась странная женщина с курильницей в руках. Она бегала по этажам, выла и всюду пихала дымящийся сосуд, призывая предка семьи вернуться в родной дом и показать, где он спрятал сокровища. Слова дворецкого о том, что «прадед милорда родился и вырос в другом доме», странная женщина игнорировала. Зато их услышала мать. Леди Аннера не стала терпеть шарлатанку и выгнала ее с позором, запретив отцу искать регалии рода.

– Смирись Деррик, – говорила она, обнимая супруга, – нам хватит моих средств.

– Но я обещал тебя сделать самой счастливой леди во всем королевстве! – возражал отец.

– И сделал! – улыбалась в ответ мать.

Уже став старше, Леон понял, что все было не так. Род, утративший регалии, утратил и влияние, и деньги, и политический вес. Их ненавязчиво отстранили от всего, оставив лишь возможность службы в армии или в церкви. Мать пыталась помочь своими связями, но ее родственники предпочли забыть о «неудачно вышедшей замуж дочери».

Закончив самую скромную школу для благородных, Леон пошел в армию, и тут ему повезло: небольшой магический дар, который сохранился в семье, несмотря на потерю регалий, сослужил службу в нужный момент. Всего лишь умение отличать правду от лжи. Однако судьба помогла оказаться в нужное время в нужном месте и вскрыть небольшой заговор, призванный свалить высокопоставленного офицера. Генерал оказался благодарным и написал представление к награде, не уточнив причин. Чин дали. Вопросы в кулуарах задали, и вскоре молодой офицер получил новое особое задание и еще одно.

Через несколько месяцев у юного таланта состоялся приватный разговор с пожилым офицером в форме без знаков различия. Они говорили долго. Упоминали перспективы службы, дворянскую честь и…приданое двум младшим сестрам, ответственность за которых несомненно ляжет на плечи молодого лорда Вайберга. После этого разговора Леон отбыл на несколько месяцев «сопровождать полковника Фичсторна в его зарубежной поездке», а когда вернулся, молодого офицера перевели в штаб и дали должность младшего адъютанта.

Незаметный худощавый юнец в новенькой форме растворился среди пакетов с донесениями, свитков с картами и книг по тактике и стратегии. Он старательно переписывал приказы и распоряжения, делала закладки в книгах, подавал на совещаниях свежее перо или трубку. Однако никогда не выходил за вином или кофе, не менял пепельницы и вообще не покидал помещения, когда в нем был кто-то еще. В задачу Леона Вайберга входила негласная проверка штабного «круга».

Через полгода в Слорицком пехотном штабе случилось громкое разбирательство. Несколько интендантов и генералов лишились своих званий и пенсий. Были повышены младшие офицеры, в казну вернулись немалые деньги, а скромный адъютант получил выговор за небрежное ведение бумаг и… ушел в гвардию младшим сержантом, приписанным к малому дворцу королевы-матери.

Полгода самой незаметной службы. Вечное стояние на часах у кухни или подвалов, заигрывание престарелых фрейлин и вино по отпускным дням в компании ветеранов. А потом во дворец прибыл королевский аудитор с доказательствами растрат, измены и даже попытки переворота!