Юлия Лим – Зимняя роща (страница 10)
3
Водяной умудрился не свалиться с крыши, но после долгого свисания головой вниз ему поплохело.
«Слышишь меня?» – спросил мужской голос. Он эхом отзывался у него в мыслях.
«Кто ты?» – Водяной забрался на крышу, прислонился спиной к одной из башен замка.
«Я твой медальон. Ты наконец-то вернул меня. Не пора ли использовать меня по назначению?»
«Как? Ты ведь бесполезная безделушка, разве нет?»
Он думал об этих словах так долго, что разболелась голова. Никому не хотелось признавать, что его бросили, и уж тем более ему. Водяной думал, что его породил Тихий омут, и что Русалка – единственная, кому он может доверять. От нее же он узнал, что дети появляются у женщин, а когда спросил, где его мама, она сказала, чтобы он и думать забыл о ней.
«Да как ты смеешь! Безделушка! – голос вышел из себя, но успокоился. – Я – посланник твоей матери. Она заколдовала меня, чтобы я охранял тебя, и когда ты станешь старше, привел к ней. Этот момент настал!»
«Тогда почему ты раньше со мной не разговаривал?»
«Я хотел, чтобы ты задавал мне поменьше вопросов. Я, кажется, все ясно объяснил? Вставай. Я отведу тебя туда, где находится твоя мать».
«Ты… – Водяной закрыл глаза и сжал запястье. Его плечо саднило, голова болела от неожиданных вестей, а мысли о друзьях не давали покоя. – Ты был у Русалки. Что с ней случилось? Как ты попал к Наташе?»
«Долгая история. Я должен был уйти от Русалки, чтобы вернуться к тебе. Как видишь, я не просто нашел тебя, ты меня еще и проглотил! Поэтому теперь мы с тобой будем неразлучны, пока не найдешь свою мать».
Водяной почуял подвох. Он помнил, как Берендей несся к замку Лешего с мольбами о помощи, помнил, как сам с Лешим выхаживал Русалку, и уже тогда при ней не было медальона.
«Сделай это. Раз ты не бесполезная безделушка, то отведи меня к матери, и докажи, что это она».
«Вот не надо бросать мне вызов, юноша! Покинь этот замок, тогда и поговорим».
Медальон замолк, а Водяному пришлось долго и осторожно спускаться с крыши по скользким черепице и подоконникам. В груди у него бурлила злоба. Он желал увидеться с матерью и посмотреть в ее наглые глаза; спросить, как она жила все эти годы и почему отказалась от него.
4
Берендей первым открыл глаза. Они с Русалкой держались за руки так же крепко, как перед тем, как он заснул.
Берендей осторожно встал, подошел к зеркалу и пригляделся. Его звероподобное лицо казалось ему теперь невероятно привлекательным. Раньше он стыдился своей внешности, боялся, что люди будут бояться его, неправильно поймут, но теперь он вдохновился словами Русалки о том, что из мальчика он стал красивым мужчиной, и после долгих веков нечеловеческого существования, он хотел жить, как подобает.
– Скорее одевайся! – в спальню ворвался Мороз. Берендея обдало холодом.
– Тихо! – потребовал он, взял в шкафу старые прохудившиеся одеяния, и вышел в коридор. – Теперь говори.
– К нам пришли гости! Гости! – Мороз захлопал в ладоши и эхо хлопков разнеслось под высокими сводами. – Ой, ты больше не полумедведь!
–Что за гости? Что ты видел?
– Что-то происходит в Залесье. Почему-то мне кажется, что ты знаешь наших гостей.
– Почему же? – Берендей отворил двери и вышел на балкон.
С неба падали крупные снежинки, но царевич не чувствовал холода. Мороз мог отгонять его от людей, если хотел.
– Я вот посмотрел на тебя в человеческом обличье, и понял, что с одним из них вы похожи. Правда это трудно понять, ведь у тебя совсем другие скулы…держи, – Мороз протянул ему подзорную трубу.
Берендей обвел взглядом бескрайние снега и наконец наткнулся на группу посетителей. Он увидел Кощея с лягушкой на плече, Таю у него на руках, и кота.
– Ты прав. Мы похожи, потому что это мой брат, – Берендей вернул Морозу подзорную трубу. – И, если он нуждается во мне, я окажу ему теплый прием.
Мороз смотрел, как царевич выходит из замка, берется за веревку у ворот и тянет ее. С его силой ворота опустились намного быстрее, чем когда это делал сам Мороз.
– Эх, – вздохнул Мороз, – вот бы и мне такую силу иметь! А то не рос пять веков, надоело уже мальчиком бегать…
– Помоги мне, брат, – Кощей посмотрел на Берендея. – Не бросай в беде.
– Проходите. Мертвецу на холоде лучше не застаиваться, – ответил тот.
9
1
При жизни Иван любил дождь. Особенно ему нравилось нападать со своей шайкой на врагов, ведь под защитой стихии разбойников трудно было заметить. Но сейчас он проклинал непогоду за то, что не мог найти следы Василисы. Иван остановился, когда услышал скрип.
Повернувшись, он увидел избушку на курьих ножках, бредущую в лес. Она шла, нехотя переставляя лапки, а ее ставни, болтаясь под напором ветра, то и дело хлопали, закрываясь.
– Избушка-избушка! Повернись к лесу задом, ко мне передом! – скомандовал Иван.
Она обернулась, присела и отворила двери. Обрадованная, что ей больше не придется блуждать одной, она закачалась из стороны в сторону в нетерпении.
Царевич перемахнул через ступеньки и увидел коврик Яги. Он отодвинул его ногой и зашел внутрь.
– Эй, Ягиня! Выходи, коли сама меня нашла! – крикнул он.
Ответом ему была тишина. Избушка захлопнула дверь и выпрямила ножки. Иван обошел комнаты, заглянул на чердак, покрутил в руках метлу Яги, но так ее и не нашел. Тогда его озарила мысль о том, что он наткнулся на избушку неслучайно, и что настала пора ей сменить хозяина.
– Будешь отныне следовать моей воле, – сказал Иван-царевич. – Раз бросила тебя хозяйка, быть мне твоим новым хозяином. Так вези же меня туда, куда пошла Василиса!
Все в Залесье были наслышаны о чудесных свойствах избушки: она не только понимала людей, самостоятельно передвигалась и передавала мысли, но и могла найти то, что давно утеряно. Магия у царевича заканчивалась, и он решил: будь, что будет! Щелкнул пальцами, и отдал последние самые яркие оранжевые искры избушке.
Заскрипела она ставнями, и понеслась через лес. Иван смотрел в окно, видел, как мимо проносятся деревья, и думал, что теперь у них с Василисой появился дом.
2
Повели его волки в убежище. Шел серый волк, едва передвигая лапы. Ветер подпирал его своим боком, чтобы тот обессилев, не упал.
– Как ты выжил? – спросил серый волк. – Я думал, что все умерли.
– Мать, ррр, умерла не так давно, а братья и сестры разбрелись, кто куда. Никто, ррр, не верил, что ты жив. Все думали, что ты нас бросил и ушел.
– Я не бросал вас. Меня настигло проклятие, и я вынужден был денно и нощно стоять у купола, дожидаясь Ивана-царевича. Я хотел увидеть вас всех, но у меня не хватало сил справиться с проклятием. Я уже не тот, что прежде.
– Не говори, ррр, глупостей. Все мы не те, кто прежде. Люди натворили слишком много зла, ррр, – Ветер помог отцу зайти в пещеру.
Серый волк лег у стены. Силы мгновенно покинули его.
– Я принесу тебе поесть, ррр, – Ветер развернулся, но отец поймал его зубами за хвост. Совсем как в детстве. – Что такое?
– Если ты уйдешь и исчезнешь, мне не нужна никакая еда, – сказал волк.
– Не волнуйся, ррр. Я здесь главный, и не охочусь в одиночку. Набирайся сил, отец, а я принесу тебе вкусный завтрак, – Ветер лизнул его в нос.
Серый волк закрыл глаза. Он засыпал под дождливую лесную мелодию. Поблизости лежали волчицы с волчатами, рычали колыбельные. Волчата восторженно пищали. Серый волк слабо улыбнулся. Он вернулся туда, откуда его забрали много лет назад. Его мечта наконец сбылась, и можно было передохнуть от обязанностей стража.
3
Баюн летал быстро. Он терпеть не мог воду и поэтому старался как можно быстрее покинуть это проклятое место. Кикимора направляла его к Зимней роще. Он вылетел из чернеющего леса с мертвыми деревьями в место, где было слишком светло. Глаза заболели, Баюн закрыл их и завис в воздухе. Стоило ему попасть в Зимнюю рощу, как вся его шерсть встопорщилась и заледенела.
Даже его усы поникли и неприятно тянули морду вниз.
– Мяу, мяу! – протяжно позвал Баюн, раскрыв глаза. Перед ним появился замок Берендея. Кот прислушался, но дед не отозвался. В последнее время у Ученого были проблемы со слухом, поэтому Баюн, ворча про себя, полетел к стенам замка.
Обогнув их, он опустился на балкон и отряхнулся. Двери были закрыты. Баюн толкнул их, но они не поддались.
– Мяу! – замяукал он, пытаясь увеличиться в размере, но его силы иссякли после боя, и ему нужно было их восстановить.
Его маленькое кошачье тельце замерзало, Баюн истошно мяукал, пытаясь попасть внутрь. Он устал и вымотался, но никто даже не заметил его прибытия!
– Эй, малыш, да ты же совсем продрог, – услышал он мальчишеский голос.
– Мяу! Мяу! – Баюн встал на задние лапы и уперся передними в дверь.