Юлия (Ли) Ода – В пепел (страница 3)

Странно, правда? У женщины, вынужденной работать проституткой, вдруг так кстати обнаруживается наследство от богатых родственников? И плюс два прилагающихся к нему поверенных. Очень солидных поверенных, надо сказать. И очень упорных. Которые год потом продолжали везде совать носы, разыскивая свою пропажу. И делать это, считай, втихую, не прибегая к помощи официальных контор. Вот и зачем бы оно им, а?

Но и это не вызвало у полицейских особых вопросов. Да мало ли? Может, им процент обещали с уплаченной суммы? Если найдут-таки, кому ее уплатить…

– Дари, почему ты сбежал? – прервала она сама себя. – Тебя предупредили?

– Можно и так сказать. – Пепел со вздохом вытащил из кармана мешочек, развязал его и высыпал на стол горсть плоских костяшек. – Вот они и предупредили, угу.

– Руны? Так ты у нас предсказатель что ли?

– Не особо. Но мать научила кое-чему.

– То есть она тоже умела?

– Вот она-то как раз и умела, а я так… По мелочи. Не чаще раза в неделю, не на себя, и лучше после хорошего поста.

– Так вот почему ты под лестницей два дня голодный сидел?

– Ага, – не стал он отпираться. – И высидел-таки.

– А может, наоборот, стоило тогда остаться? – испытующе глянули на него. – Выяснить, что и как с этим наследством?

– Не стоило. Нет! Расклад там был вполне… однозначный.

– Ладно, поняла. Тогда продолжим… Так вот, самое главное, ходил в то время упорный слух, что те же двое крючкотворов до этого год искали в столице женщину с ребенком. Из рессов. То бишь из старой крови. И тоже вроде как не нашли, хотя та оказалась свидетелем чего-то крайне важного, а потому усилий было приложено немерено. Или все-таки нашли, а? Но не в столице и слегка опоздав? Уже после того, как ее нашли другие?

Она наклонилась, пытаясь заглянуть Дари в глаза:

– Это же твоя мать, правильно? У нее в жилах была старая кровь? Выходит, кто-то ее все же вычислил? И убил? Для этого искали?

– Нет, – сдался Пепел после очередного вопроса, поняв, что она все равно не отстанет. – Убийство – случайность. Просто в бордель заглянул кто-то из измененных и ту самую кровь в ней почуял.

– Боги! – Лаис прижала ладонь к губам. – Как же она тогда умирала?

– Ты знаешь! – зло ощерился он, но тут же спрятал лицо в сложенные ладони. – Весь город знает – неделю потом ходили туда на забрызганный потолок пялиться.

Выдохнув, та явно хотела тронуть его за белобрысый вихор, но в итоге решила, что правильнее будет продолжить:

– Выходит, кто-то сопоставил факты, сумел понять, что это было за убийство… и кого… А потом пришел за тобой?

– Выходит, – теперь он уставился ей прямо в глаза. – Осталось выяснить кто.

– Лучше выяснить зачем. Что ты такого знаешь, Эрдари? А? Как только поймешь это, поймешь и кому ты нужен. Вернее, наоборот, не нужен.

– До хрена я знаю. Вот реально – до хрена. Так что выяснять, отчего конкретно припекло ту сволочь, та еще задача.

– Н-да…

– Слушай, не сопи. С той смерти два года прошло, плакать мне уже не хочется. А вот убивать – да. До сих пор. И если поможешь мне с поисками тех, от кого она пряталась, считай, я твой вечный должник. Идет?

– Дари, но ты же понимаешь… – начала было Лаис, и он быстро перебил:

– Понимаю. И не прошу бросить ради этого все остальные дела. Но если вдруг… Где-нибудь… Случайно… Ты мне поможешь?

– Идет, – все-таки согласилась та, пусть и не сразу – Но только если случайно. Специально лезть в это я не буду, понял?

– Другой разговор! – Улыбка явно получилась больше похожей на гримасу, хоть он и старался.

А потом все-таки сумел собраться и посмотрел на Лаиссу уже совсем с другим выражением лица:

– Слушай, но ведь когда ты меня на площади пасла, знать всего этого еще не знала, – Пепел даже не заметил, как перешел с ней на «ты», вышло оно само собой и на удивление естественно. – Тогда зачем? Что тебе от меня надо?

– Верно мыслишь, – похвалили его. – Я работала. Искала то, к чему ты мог иметь отношение. Рассказать?

Он кивнул. Пауза ему сейчас была нужна, даже такая.

– Позавчера ночью из одного особняка в городе кое-что пропало. И кое-какие люди видели там Косого. А потом еще кое-кто видел, как этот Косой гонял по городу, словно зайцев, двух мальчишек. Черненького и беленького. Понимаешь?

– Понял, ага. Так ты те письма ищешь? Сколько?

– Даже так… – озадачилась Лаис. – Действительно, умный мальчик, я не ошиблась. Читал?

– Сколько?

– Что «сколько»?

– Сколько я с этого буду иметь, чего непонятного?

– А во сколько ты оцениваешь собственную жизнь? Ту, что тебе сегодня спасли?

– Не, – дернул он плечом. – Так дешево эти писульки стоить не могут.

Лаис расхохоталась:

– И правда. Хорошо, а сколько бы хотел?

– Половину с того, что получишь ты.

– Ага-а… Мальчик еще и жадный.

– Нет, просто умный – сама сказала. Без меня вообще ничего не получишь.

Госпожа Лаисса Нокс, частный детектив, с полминуты испытующе смотрела на него, а потом улыбнулась:

– Двадцать процентов.

– Сорок, – тут же возразил он.

– Двадцать. И перспективы дальнейшего сотрудничества.

– Идет. – Пепел протянул ей грязную ладонь, которую та пожала не поморщившись:

– Но письма мне нужны сегодня.

– Легко, – не стал он спорить. – Вот только темноты дождемся, а то сейчас я по городу не ходок.

– Как эти бумаги вообще к вам попали?

– Бонч подрезал бумажник у одного из людей Косого.

– Зачем? – непритворно удивилась Лаис.

– Да хрен его знает? Это же Бонч.

– И? – хмыкнула она.

– И мы все равно смогли удрать.

– Это я уже поняла. А дальше? Ты их читал?

– Конечно. Вдруг там векселя или расписки.

– А там?

– Любовные писульки всего лишь. Шантаж, да?

– Дари, иногда сильно умным быть вредно.

– Ха! Быть умным всегда полезно. Иногда вредно это показывать. Но у нас ведь разговор по душам, нет?