Юлия (Ли) Ода – В пепел. Кадет (страница 9)

Определиться Дари не успел: опередили.

– Какого?! Вы чего здесь расселись? – новый голос был, по мнению Пепла, слишком визглив, чтобы принадлежать «хозяину». Что тут же и подтвердилось.

– Заткнись! – зашипел на него Кусок. –  С тобой поговорим еще. А вы, ваше ресство, гляньте на пальчик той мадам. А потом объясните мне…

– Молодцы, – «ваше ресство» осадил Куска настолько неожиданно, что тот поперхнулся. – Умеете думать. Плату удвою.

– Так мы… это… – наемник, судя по тону, еще не успел отойти от внезапной похвалы.

– Все сделали правильно. А сейчас заверните ее… ну хоть в одеяло, что ли? Потом вытащите в окно, здесь низко, и задворками несите в мою коляску. Дальше сам разберусь. И осторожнее!

– Так лягается же, с-су…

– А второго? – Кусок быстро перебил своего менее сообразительного компаньона. – Прям здесь прирезать или тоже сначала убрать подальше?

– Нет, его мы, пожалуй, пустим на другое. Завтра же будет болтаться в тюремной петле за убийство и ограбление хозяйки. Сиш, понял? Бегом в холл и зови сюда полицейских, тех, что возле стойки портье отирались.

– Да, ресс, – визгливый голос быстро удалялся, похоже, и вправду бегом.

– Где он? – хозяин тем временем проявил любопытство.

– Вон там, возле дивана сложили.

По ковру прошуршали осторожные шаги, а затем в номере повисла длинная и очень нехорошая пауза.

– Кто? Это? – от тона, каким были сказаны два коротких слова,  дыбом встали волосы даже у Пепла, что уж говорить про наемников – те с ответом собирались пару секунд, не меньше.

– Так слуга. Ее. Вроде…

Ресс загадочным образом умудрился заледенить голос еще на десяток градусов:

– Вам не сказали, что это должен быть мальчишка? Со шрамом?

– С-сказали…

Когда рявкнули: «Обыскать здесь все!» – Пепел уже протискивался сквозь узкое окно, пытаясь не вывалиться башкой вниз и не сломать шею. Впрочем, о нем позаботились – то, что были еще «пятый» и «шестой», оставленные под окнами гостиницы как раз на такой случай, Пепел сообразил быстро. Ровно в тот момент, когда его подхватили под руки, вломили сначала по морде, а потом еще и под ребра и, пока он вспоминал, как дышать, защелкнули на запястьях наручники. И лишь тогда браво отчитались:

– Все, готов, красава. Тот самый, с покоцанной мордой. Резать? Или тоже легавым подарим?

– Бросайте! И уходите, быстро, – паника впервые прорвалась сквозь нарочито холодные интонации хозяина. – Идиоты! Полиция, считай здесь уже!!!

Когда Пепла сквозь открытое окно гостиной кулем забросили обратно в номер, по коридору во всю грохотали кованые сапоги полицейских. Он попытался приподняться, но получил удар, после которого давешний тычок под ребра выглядел легкой щекоткой – и это при том, что его и пальцем никто не тронул. Все фейерверки случились прямо в башке, и ощущение было, что взболтали и припекли сразу мозги.

Не попытайся Эрселин влезть ему в голову в больнице, возможно до Пепла бы и не дошло, что происходит, а так сообразил: его ломали. Жестко, стараясь сделать это одним сокрушительным ментальным ударом. Но Дари тот удар не просто почуял, он его еще и сдержал. И мог бы держать дальше, не сообрази, что удивляться таким вещам лучше тихо и в одиночестве, желательно не ставя в известность противника. Поэтому послушно прилег обратно и замер, скрючившись под подоконником, а ресс, довольный результатом, сразу выскочил в коридор, успев перехватить легавых там:

– Господа полицейские, мои люди услышали шум в соседнем номере и успели предотвратить убийство и ограбление дамы. Но, увы, не смогли помешать похищению: там, оказывается, были еще и сообщники. Их преследуют сейчас, но боюсь…

Дальше Пепел не уловил, но и услышанного хватило, чтобы понять: версия у загадочного ресса вышла сильно хреновая и сляпанная прямо на коленке. Прокатить подобное могло, только если в местной полиции сидят полные идиоты или если до нужного состояния их подмажут купюрами. И ведь подмажут, как пить дать.

Короче, ситуация выходила поганей некуда, да еще и совершенно непонятная… А сориентироваться в ней следовало сразу и правильно – попытка у него будет только одна, башку можно прозакладывать, что второго шанса ему не светит ни при каких условиях.

Ладно, выяснять, что и почему здесь происходит, придется позже. Сейчас главное – не ошибиться с единственно верной линией поведения.

Возмущаться и требовать разбирательства? В столице – возможно и имело бы смысл, но не здесь, где все в руках у рессов, явно имеющих о правосудии какое-то собственное, весьма оригинальное представление.

Звать на помощь тех же полицейских? Смешно.

Бежать?

Да!

При первом же удобном случае. А пока затаиться и случая этого выжидать.

Именно поэтому Пепел позволил закинуть себя в полицейский возок как бревно, за руки и за ноги, сразу вслед за бесчувственным Валентом. И лишь когда дверь захлопнулась, уже в полной темноте нашел его голову и прижал к полу – чтоб не мотыляло на поворотах и не добавило шишек к тому, что и без того уже имелось. Ощупав скованными руками его волосы, нашел под ними подсыхающую коросту и взмолился всем богам, чтобы это оказалось всего лишь ссадиной.

Молился он, видать, хорошо и тем, кому следовало, потому что через несколько минут Валент застонал и начал приходить в себя:

– Что?.. Где?..

– Да лежи ж ты смирно! – прошипел Пепел, пытаясь одновременно и сам удержаться, когда возок затрясло по кочкам, и удержать вырывающегося и ничего не понимающего декана. – Уймись, господин Штопор, поздно руками махать. Да и не сподручно в браслетах-то.

Валент притих, стукнулся обо что-то на повороте и простонал:

– Что? Что произошло?

– Мозги отшибло? – Злой Пепел потер ребра с той стороны, куда Валент чувствительно зарядил ему локтем. – На каком этапе, интересно?

– Подожди… Эрдари? Мы где?

– В карете, как видишь. Жаль, позолоты маловато. И бал, где нам плясать придется, тоже тебе не понравится. Виселица обычно только зрителям доставляет, актерам как раз не очень.

– Кадет Ра…

Дари успел не глядя, но метко ткнуть ногой куда-то в темноту – попал, судя по тому, что декан подавился на полуслове.

– Охренел?! Господин Штопор, приходи уж в себя. Пора.

Через пару секунд тишины стало понятно, что призыв услышан и понят: Валент в себя пришел.

– Пепел, мы сейчас где?

– В полицейской таратайке. Вроде бы нас в камеру должны сейчас доставить. А там, без задержки – на виселицу.

– Почему?

– За убийство Эрс.

– Она? – Валент спросил это так, что Дари перестал ерничать.

– Жива. Пока. Что вы помните последнее?

– Как открывал дверь горничной, – прошипел тот сквозь зубы, приложившись о борт на очередном резком повороте. Впрочем, оно пошло ему на пользу и помогло справиться с шоком.

– Точно горничной?

– Точно. А вот потом – все. Как отрезало

– Надеюсь, ее не порешили прямо там же.

– Пепел, доклад. – Валент окончательно встряхнулся и начал брать ситуацию под контроль. – Подробный.

С огромным облегчением он выдохнул и доложился. Шепотом, но подробно, как и велели, благо мотылять и грохотать перестало: возок теперь полз еле-еле, протискиваясь какими-то переулками. Уложился в пару минут, после чего декан неожиданно нервно выдал:

– Демоны! Ну как я мог так облажаться?

У Пепла почему-то появилось ощущение, что Валент сейчас побьется башкой о борт или сделает еще что-нибудь столь же театральное и смешное. Например, начнет каяться, будто Эрс пострадала исключительно по его вине.

– Т-с-с! Тихо! – попытался он предотвратить катастрофу. – Не шумите. И вообще… Никто не совершенство, а вы не Алетри. В смысле, не боевик и не телохранитель. Вы в других вещах специалист. Так что кончайте уже себя грызть и прочей дурью маяться, не до того нам сейчас.

Валент отреагировал мгновенно и, к счастью, совсем не так, как того ждал Дари:

– Пепел, во-первых, еще раз услышу «вы» – огребешь по полной.

– Ну слава всем богам, и вправду оклемался, – буркнул Дари. – А во-вторых?

– Сними с нас эти браслеты, наконец! Какого хрена ты до сих пор этого не сделал?!!

Пепел как раз заканчивал доламывать вторые наручники, чтобы их можно было прикрыть, не защелкнув, когда возок приехал. Куда-то.