Юлия (Ли) Ода – Механика света (страница 13)

– Подумал, – без особого веселья хмыкнула я, – что тебя снова провели и обыграли?

– Да, – без колебаний согласился он.

Такая честность лишь подтверждала – Барятин сейчас и в самом деле полностью откровенен, и я вернулась к теме.

– А второе покушение? С ним как?

– А второе стало фактическим продолжением первого – у которого тогда оказалось еще одно последствие, не афишируемое за пределами дворца. Сердце наследника, и так-то не слишком здоровое, после попытки убийства стало сбоить совсем катастрофически. Да, – кивнул он на мой вопросительный взгляд. – Это у них с отцом наследственное. Впрочем, ты ведь и без моих откровений об этом знаешь – сердечный протез для Михаила тоже делал твой отец, как и мой глаз.

– Знаю, – кивнула и я. Уточнять, что часть работы он в тот раз доверил мне, я не стала. Незачем. – Продолжай. Что именно тогда произошло?

– Кто-то разом выкачал из механизма всю силу. Всю, абсолютно. Сердце просто остановилось.

– Это невозможно! – побелевшими губами выдала я.

– Но это случилось, – кивнули мне. – Как раз во время проезда кареты по Лиговскому мосту, на виду у сотен горожан, глазеющих на возвращение наследника из Выборга в Зимний.

– Говорили, в него стреляли, – собрать разбегающиеся мысли мне все-таки удалось. – И я все удивлялась, с чего вдруг решили, что виноваты именно сильные механики? Хотя… Шептались вроде о каком-то совершенно особом оружии… Новом…

– Слухов вокруг и в самом деле наплодили достаточно, – не стал спорить Барятин, – причем с подачи очень разных сторон, никак между собой не связанных – ситуацией с неожиданным безвластием в стране тогда не попытался воспользоваться только ленивый. И утечка о причастности сильных механиков прошла сразу с нескольких направлений, тем более что арест в связи с этим делом обоих Зарвицких скрывать никто и не думал. Подогрели ситуацию, доводя до погромов, тоже много кто, причем не только в России. Те же свеи костер раздували не менее радостно, чем наши, кто благодаря этому сейчас у власти.

– Свеи?

– Сама догадаешься зачем? Или пояснить?

– Не надо, – передернулась я, в очередной раз вспомнив Вивеля с его настойчивыми уговорами уехать. – Догадываюсь. Ты лучше объясни, почему тогда забрали отца и Рому? Их ведь даже не было в столице. Мы на даче еще жили…

– Точно я не знаю, – нарочито жестко ответил он, пытаясь, видно, предотвратить мою истерику. – Меня на тот момент уже отстранили. Но все ведь и так очевидно, правда? Они сделали этот протез, они наверняка знали, как его остановить.

– Не знали, – истерики Барятин боялся зря – я, наоборот, словно окаменела, поняв, наконец, кого отец и брат прикрывали, отказываясь говорить на допросах. – Такое могла знать только я.

– Что? – немедленно насторожился тот. – Получается, все-таки причастна?

– Нет. Разумеется, нет. Но акумер… Ну то, из чего как раз и выкачали силу, это и в самом деле моя работа. И… в общем, там все очень сложно. Как оно устроено, в полном объеме знаю только я. Это, так сказать, моя часть семейного дела. И брат с отцом просто не могли ни с кем поделиться такими подробностями – хоть с допросом, хоть без. Даже если бы и захотели меня сдать. Потому что никогда в те подробности особо не лезли.

– Но ты утверждаешь, что разом опустошить этот… акумер невозможно? – слету уловил главное Барятин.

– Утверждаю. Я вообще не представляю, как к такой задаче можно подступиться – разрядить его в ноль да еще и на расстоянии, не прикасаясь.

– Занятно… – Эльдар опять покосился на меня лишь одним глазом – здоровым. – Очень занятно…

– Помолчи немного, – перебила я его. – Пожалуйста. Мне нужно кое-что обдумать.

Он кивнул, признавая, что поразмыслить и в самом деле есть над чем, и притих.

Итак. Большая часть услышанного сейчас была мне и без того известна, но те кусочки, которых раньше не хватало, сделали, наконец, картину случившегося цельной и логичной. За исключением нескольких деталей, которые все-таки стоило прояснить:

– Почему ты приехал сюда именно сейчас? С чего вдруг решил, что это я виновна?

– Выяснил кое-что. Почти случайно.

– А конкретно? – я уже догадывалась, что услышу. Вернее, знала. Считай, наверняка.

– Ты сказала, ваша семья на момент покушения еще жила на даче. И это так. Ни Андрея, ни Романа Зарвицких поблизости от места происшествия тогда не было. Зато была ты.

И я выдохнула. С каким-то даже облегчением. Вот теперь сказано действительно все. То, что я всегда и от всех скрывала наиболее тщательно, то, чего не знал даже Аршанин, всплыло. Да, вот она, та ниточка, что намертво связывала меня с покушением.

– Была, – не стала я спорить. – Ездила примерять свадебное платье в салон на Лиговке. Но, надеюсь, рассказал тебе об этом не…

– Не надейся. Именно он. Твой тогдашний жених, да. Анатоль вообще не слишком сдержан на язык относительно тебя. И, кстати, – свернул с темы Барятин, видимо, впечатленный выражением моего лица, – вот и еще одна версия причины интереса к тебе герра Скутвальссона – такими подробностями он вполне мог поделиться и с ним тоже, вращаются они в одном обществе и совершенно точно знакомы.

– После чего и свеям захотелось выяснить, как это можно разряжать акумеры на расстоянии? – я уже взяла себя в руки и ответила вполне спокойно.

– Полезное умение, правда?

– Но тогда, выходит, сами они в остановке сердца наследника престола не виноваты?

– Это всего лишь версия, вполне возможно несостоятельная, – дернул тот плечом. – И у меня сейчас слишком мало возможностей, чтобы ее подтвердить или опровергнуть.

– Тогда еще один вопрос. Прошел год, а ты все продолжаешь идти по следу. Что-то личное, да?

– Миша… Михаил был мне не просто подопечным, но и другом. Наверное, единственным. Так что да, ты угадала, Лиза. Могу я продолжать называть тебя так?

– А? – не сразу сообразила я, занятая совсем другими мыслями. – Д-да, конечно.

– Вот и замечательно. И тебя очень попрошу забыть ту мою фамилию, что ты вдруг вспомнила.

– Настоящую?

– Ну, Брашулов тоже не придуманная, это фамилия моей матери. Просто она не настолько звонкая и сейчас для меня гораздо удобнее.

– А имя? – мне неожиданно стало любопытно. Особенно после того, как я поняла, что имени-отчества князя Барятина никогда раньше не слышала. Называли его исключительно по фамилии и титулу.

– Имя тоже мое, – кивнул он. – Трудно переучиваться на старости лет.

Я хмыкнула, прикинув, что «старику» еще и сорока нет, и решила, что откровений на сегодня, пожалуй, хватит:

– Ладно, раз уж мы все равно сидим здесь, и инструмент расчехлен, закончу-ка я тогда и с Уви тоже.

– Уви? – не понял Эльдар.

Вместо ответа я встала и, вытащив из шкафа свой механизм, водрузила его на стол – словно самовар. Барятин лишь усмехнулся – в очередной раз убеждаясь, как и чем успокаивают себе нервы сильные механики.

– Вот это он и есть, – развернула я аппарат так, чтобы тот мог увидеть его со всех сторон. – Тоже мой помощник – для уборки в доме. Считай, первый настоящий автомат, который я собрала еще подростком. Потом, конечно, переделывала, и не раз, так как именно на нем первым делом проверяла все свои технические озарения, иногда весьма спорные. Но он все равно умудрился это пережить и до сих пор со мной. И даже на ходу. Вернее, будет, когда я с ним закончу.

– Так вот зачем ты притащила сюда этот самобеглый пылесос, здорово при том рискуя, – Эльдар с интересом смотрел как я, сняв верхнюю крышку и обогатив атмосферу холла едким ароматом машинного масла, монтирую туда последнюю принесенную от часовщика детальку. – Ностальгия?

– Ну, можно сказать, и она тоже, – буркнула я, сейчас больше занятая делом, чем разговором. – Но прежде всего это наш архив. Всех тех патентов, что от своего имени регистрировал для меня отец. Я ведь не шутила, когда сказала, что опробовала на нем практически все…

Установив крышку на место, я опустила механизм на пол:

– Ну вот. Теперь только дождаться вечера, влить в него силу и можно будет считать, что в этом доме появился еще и уборщик.

– Говорят, – скептически покосился на него Эльдар, – эти игрушки не слишком практичны, потому и не прижились. Очень быстро дохнут – даже на час работы не хватает. А потом опять думать, где и у кого их зарядить.

– Ну, сила у меня своя, это не проблема, а вот насчет быстро… Там стоит такой же акумер, как в протезе наследника. Почти такой же. Эту новинку я тоже обкатывала и доводила до ума на Уви. Так что нет, «дохнет» он, как ты изящно выразился, совсем не быстро – благодаря кое-каким вспомогательным технологиям, заряда хватает почти на неделю беспрерывной работы. А если все-таки довести его до ума…

– Что? – Эльдар, похоже, подумал, что ослышался. – Неделю?!

– Вот именно, – кивнула я, подтверждая. – Отец готовился получить на него патент, говорил, это будет очень серьезным прорывом в механике. Ждал только подходящего момента, когда от перспектив можно будет получить наибольшую выгоду. Рома говорил скоро…

– Подожди! – резко перебили меня. – Анатоль знал об этом?

– Мог, – подумав согласилась я. – Вполне мог и услышать что-то, бывая в доме. От него мало что скрывали. Думаешь?..

– Да! Вот тебе и третья версия того, зачем ты так нужна свеям. Если все и в самом деле так, то это не прорыв в механике, а революция! И тот, кто успеет ее оседлать, будет потом лидировать в отрасли годами. Уж ты-то должна это понимать…