Юлия Левченко – Маленькая женщина в большой психиатрии (страница 6)

– Юлия Вячеславовна, они меня дратуют, они меня дратуют.

Я насторожилась и попросила его пройти ещё раз. Он подчинился, продолжая мрачное повторение своих слов. В недоумении я обратилась к своему куратору, Николаю Александровичу. Он вошёл в отделение и, хмыкнув, произнёс:

– Пойдем, Юля, перекурим.

Мы спустились вниз, и он закурил сигарету, позволяя себе выдохнуть клубы дыма. Затем с серьёзным видом сказал:

– Вот сейчас ты наблюдала такое явление как нейролепсия. Ты читала в книгах про это?

– Конечно, читала, Николай Александрович.

– Так вот, так нейролепсия выглядит на самом деле.

– Но как такое может быть?– возразила я.– Это же ятрогения[3]. Как можно довести человека до нейролепсии? Так не может же быть!

– Может, Юля. Когда невозможно подобрать нейролептики и нужную дозировку, а психика человека очень долго сопротивляется, нам ничего не остаётся, как убирать все галлюцинации и бред с помощью нейролептиков. Но у них есть и другая сторона – побочные эффекты. Мы дадим ему корректор, и его состояние нормализуется.

После этого случая я поняла, что не всегда лекарства, которые мы назначаем, приносят ожидаемую пользу. И эта встреча осталась в моём сердце надолго. Образ этого бывшего военнослужащего, его отчаяния и страха, запечатлелся в моей памяти. Слово «дратует» так ярко врезалось в сознание, что я до сих пор использую его в своей практике и ничем другим заменить не удается. Оно стало символом той тонкой грани между медицинской помощью и психической болью, которую мы обязаны преодолевать, чтобы помочь людям.

Нейролептический синдром – неврологические нарушения, возникающие вследствие приема нейролептиков и других средств, влияющих на дофаминергические рецепторы. Наблюдаются двигательные расстройства: паркинсонизм, тики, гиперкинезы, стереотипии, двигательное беспокойство, дрожание туловища и конечностей[4].

Нейролептический синдром – распространённое следствие применения медикаментов с антипсихотическим действием. Ранее считался практически неизбежным следствием назначения таких лекарств. В настоящее время эта точка зрения пересмотрена. Появились средства нового поколения, обладающие менее выраженными побочными эффектами. Разработаны схемы терапии, призванные улучшить качество жизни. Тем не менее, проблема по-прежнему остается актуальной. По мнению некоторых специалистов, лекарственный паркинсонизм составляет около 30% от общего количества случаев синдрома Паркинсона[5].

Эпизод 11

Подстава от профессора

Каждый день моей практики был насыщен бурей эмоций: от глубокого сожаления до искренней радости, от злости до трогательного умиления. Ординатура по психиатрии запомнится мне как борьба нескольких частей моего «я»: одна часть стремилась продолжать свой путь, в то время как другая не раз задумывалась о том, чтобы всё бросить и сменить специальность.

В группе ординаторов я исполняла роль старосты, и в какой-то момент наш профессор вызвал меня к себе. Он попросил заменить лекцию для студентов. Это был конец первого года ординатуры, и я чувствовала невероятную важность момента. Мне так хотелось увидеть этих студентов, ребят, ощутить в их глазах искренний интерес и желание узнать больше о психиатрии. Ведь к тому времени у меня уже было что рассказать.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.