Юлия Легина – Волна безумия (страница 38)

Раздался довольно неприятный хруст, после которого Гарри лишился первого пальца. Кровь брызнула и попала мне на лицо.

– Неверный ответ, – холодно бросила я, запирая совесть и моральные принципы за толстой дверью под названием «Жажда мести».

Это оказалось пугающе просто.

– Ты не представляешь… Ты больше их не увидишь… СУКА-А-А-А-А!

Клац. Клац. Клац.

Кровь заливала его руку и одежду с завидной скоростью.

– Остался мизинец, размером с твой хер, выблядок.

Бакстер уже откровенно хрипел, его голос сорвался. Тяжело сглатывая, он простонал что-то нечленораздельное. Потом, видимо собравшись с духом, он раскрыл рот.

– Твои… дети… в Хэйвене.

Этот ответ ввел меня в замешательство.

– А это – что за место? – чуть менее напористо спросила я.

Гарри заскулил, но, почуяв, что он снова хозяин ситуации, решил увильнуть.

– Прошу, Джоанна, я все скажу, только останов… М-М-М БЛЯЯЯЯТЬ! ТВАРЬ! СУКА!

Роковая ошибка – думать, что меня можно смягчить. Мизинец и три пальца второй руки бодро покидали своего обладателя.

– Последний шанс, Гарри, – с ненавистью в голосе проговорила я, наклонившись к его уху. – У тебя есть шанс умереть с оставшимся потрепанным достоинством, или я отрежу твой член, только потом убью. Выбирай.

Самой было тошно от того, что говорила, но я прекрасно осознавала – такие, как он, по-другому не понимают. Он должен впитать всю ту боль, которую причинил мне, моей семье и всем тем, чья жизнь была сломана из-за его больных фантазий.

Значило ли это, что я готова смириться с потерей человечности, полностью отдавшись в распоряжение безнравственного и кровожадного монстра?

Только в том случае, если я верну детей.

Однако… Какая жизнь их ждет с бессердечным чудовищем, в которое я постепенно превращалась?

– Х-хорошо… Мы… В Зоне Б.

Вот черт…

Досада отзывалась кислым привкусом во рту.

Хотела закончить начатое, но движение у входной двери заставило подняться и приготовиться. Любой, кто зайдет сюда, будет неминуемо атакован. Бакстер скрючился на полу в позе эмбриона, прижимая неполноценные конечности к себе и тихо скуля.

Поудобнее перехватив секатор, приняла боевую стойку, наплевав, что стою практически голая и в крови.

Дверь чуть ли не срывается с петель, когда в комнату залетает ураган по имени Хантер. Он весь мокрый и в грязи, рукав куртки надорван, на бедре свежая повязка, под которой застыло красное пятно, в руках кольт «Питон».

Бешеный взгляд зеленых глаз встречается с моим настороженным, затем он обращает внимание на скорчившегося на полу Бакстера и криво ухмыляется.

– Кажется, я вовремя.

Нервный хохот разрезал тишину.

Глава 25

Переворот в Зоне Б прошел, как по маслу. Полковник особо не сопротивлялся. По его словам, пристрастия Бакстеров и так переходили все границы, а в последнее время еще и проблемы с мутантами добавились. Люди стали задавать неудобные вопросы. Поначалу старались действовать по старой схеме – увозить на расстрел всех неугодных, но ведь всех не убьешь, не вызвав при этом всеобщее недовольство, которое несомненно выльется в восстание.

Практически так и случилось, но вмешались Кортес и Элкай, вовремя взяв ситуацию в свои руки. Среди солдат Зоны Б у них оставались те, кому можно довериться. Сопротивление со стороны солдат Бакстера и полковника было минимальным – несколько раненых, остальные сдались в плен.

Бакстеру оказали медицинскую помощь, чтобы он не скончался от потери крови. Ублюдку еще предстоит ответить перед тем, у кого на него зуб заточен давным-давно.

Хантер отвел меня в свои апартаменты, предоставляемые Зоной Б временно пребывающим военным. Скромное убранство, я бы даже сказала, что это спартанские условия, но мне было плевать на отсутствие удобств. Горячая вода успокаивающе действовала первое время, а потом сработал механизм, отворяющий тяжелые двери, что сдерживали все мои эмоции.

Они, как Прилив, сметали все на своем пути – здравый смысл, рациональность и холодный расчет. Невыносимая тяжесть сожаления и презрения к самой себе за то, что позволила опуститься до уровня этого монстра.

На что я еще готова пойти ради своей семьи? Как далеко могу зайти в этот омут чудовищности, прощаясь с остатками человечности?

Я знаю, что каждая пролитая капля крови стоит того, чтобы снова увидеть девочек. Даже призрачная надежда на это способна стереть в порошок любую преграду на пути к заветной цели.

Монстр ли я после этого, раз могу испытывать столь сильные чувства, которые граничат с потерей здравого смысла?

Возможно.

Но я – монстр, способный на любовь, а значит для меня еще не все потеряно.

Я хочу верить в это.

Выйдя из душа, направилась к кровати, на которой уже лежала чистая одежда. Не сомневаюсь, Хантер распорядился, или Кортес позаботилась.

Как ни странно, головная боль прошла, как только я оказалась под струями воды. Теперь меня гложила только душевная боль, лекарство от которой сейчас сверлит меня взглядом. По пути сюда, когда Хантер надел на меня свою куртку и отвел во временное жилище, он рассказал о случившемся здесь, но самый главный разговор нам еще предстоит.

Пронзительная зелень его глаз следила за каждым моим движением, пока надевала белье, футболку и штаны. Натянув ботинки, выпрямилась и стала пальцами расчесывать волосы.

– Что это? – Хантер подошел ближе и, взяв мою руку, принялся рассматривать пальцы. Когда до него дошло, что это – не грязь, поднял вопросительный взгляд. – Когда это произошло?

– В штабе, – просто ответила я. – После приступа в переговорной.

Шумно выдохнув, Хантер качнул головой.

– Джо, – он переплел наши пальцы и притянул меня к себе. – О таком надо сразу рассказывать.

Серьезность в его взгляде смешалась с теплом и легкой тоской.

– Мы бы потеряли время, – резонно заметила я. – Его и так на тот момент не осталось. Лучше расскажи, как ты меня нашел? Я знаю, что Бакстер снял прослушку, когда… В общем, он ее снял.

Хантер сузил глаза и двумя пальцами приподнял мой подбородок. Не больно, но достаточно твердо.

– Сначала ты расскажешь, что произошло после того, как ты оказалась тут, – тоном, не терпящим возражений, потребовал он.

Мне неприятно было об этом вспоминать.

– Это не в…

– Если хочешь сказать, что это не важно, то можешь забыть о походе на Хэйвен. Останешься тут и будешь ждать, когда я сам приведу девочек тебе.

Это было жестко. Настолько, что я поверила в его угрозу, а отсиживаться в ожидании и бездействовать для меня – хуже пыток.

– Ладно, – кивнула я, и Хантер повел меня к кровати.

С каждой новой подробностью лицо Хантера каменело, а взгляд становился таким ледяным, что мне становилось жутко. Когда дошла до секатора, уголок его губ дернулся, а глаза потеплели. Это дало повод наконец-то расслабиться и погрузиться, в пусть и не долгий, но все же комфорт, который дарили его объятия.

– Увидев тебя голую и с секатором в руках, подумал, что это будет последним, что я вообще смогу увидеть в этой жизни, – пораженно произнес он. – Твои глаза снова стали ледяными, а во взгляде столько кровожадности. Не сразу понял, что у вас – как ты сказала? Союз?

– Симбиоз, – поправила я, виновато опустив голову. – Я сама не рада такому обстоятельству, но выбора не было. И меня до ужаса пугает, с какой хладнокровностью расправилась с этим уродом. Чувствовала, что от меня самой практически ничего не остается, но все равно продолжала отрезать его проклятые пальцы.

Дрожь пробирала все тело, а в голове все перемешалось.

– Мне кажется, что уже не могу отличить плохое от хорошего. Что с каждым появлением монстра, человечность во мне угасает. И я не знаю… Не знаю, что будет дальше.

Не смерть страшит меня, а неизвестность.

Хантер, как и обычно, прижал меня к себе и заключил в кокон из рук, дарящих тепло и покой.

– Джоанна, мы не всегда можем быть уверены в том, что произойдет дальше. Однако ничто не мешает нам сделать все возможное, чтобы будущее стало более ясным. – Он чуть отстранился и заглянул в глаза. – Я помогу тебе развеять туман над собственным будущим.

Хантер чуть наклонился и коснулся губами моего лба. Невинный, нежный поцелуй, заставивший меня вновь почувствовать себя человеком. Для него ничего не изменилось. Для него я – это все еще я.