Юлия Лавряшина – Взгляд со дна (страница 6)
– Я все видела. Это была русалка.
– В смысле девушка? – встрял студент, но Артур не стал его одергивать. Не при свидетелях устанавливать субординацию.
Рыбачка метнула в него гневный взгляд:
– В смысле русалка. Не слыхал о таких?
– Ну как… Читал.
– А у нас они испокон веков водятся. В этой самой речке. Я их с детства навидалась – во! – резким жестом она перечеркнула шею, спрятанную под грязноватым платком.
Артур незаметно опустил глаза, нашел запись. Имя рыбачки звучало слишком обыденно…
– Антонина Семеновна, расскажите подробнее, как это все происходило. Где вы находились во время нападения? – Он дружелюбно улыбнулся, сделав то движение бровями, которое почему-то располагало к нему людей, точно Логов подавал им некий тайный знак.
Раз она сама поделила их на «плохой-хороший полицейский», придется соответствовать. Хотя ему самому не верилось, что «Антошка» может кому-то не понравиться…
– Не спалось. Лодку проверяла. – Старуха с подозрением покосилась на Никиту. – Пацаны городские шныряют по кустам. Шантрапа… У соседа вон давеча увели моторку!
– А ваша лодка на месте оказалась?
Антонина Семеновна молча кивнула, метнув в помощника еще один не менее суровый взгляд.
– Это хорошо. – Артур убрал улыбку, чтобы не выглядеть жизнерадостным идиотом. – В каком часу вы вышли на берег?
Она подумала, пожевала губами:
– Двенадцати еще не было. Где-то около того.
Никита усердно делал пометки в смартфоне, ловко орудуя большими пальцами, и Артур мог расслабленно кивать, приняв заинтересованный вид.
– И что вы заметили?
Вот тут она дрогнула, даже острый подбородок мелко задергался:
– Не поняла я… Думала, что парочка в воде забавляется. Голые ж оба были.
– Вы это с другого берега разглядели? – Он обернулся к реке: ширина метров двадцать.
– Полная луна была… Все как на ладони. А зрением меня бог не обидел, можете проверить.
Артур на секунду чуть опустил веки, пытаясь вообразить картину.
– Вы ее грудь видели?
Со стороны помощника донесся какой-то невнятный звук, но Артур даже головы не повернул. А рыбачка так и взвилась:
– Чего?! Ты меня за кого… Думаешь, я на девку пялилась?
– Ну что вы, никаких грязных намеков! Я к тому, что это мог быть длинноволосый парень…
Она тяжело засопела:
– Была грудь. Торчала… будь здоров!
– Ясно. И вы увидели, как она… Русалка его топит?
– Нет! – Антонина Семеновна выкрикнула это так резко, что Никита уставился на нее с ужасом. – Поняла бы, что происходит, так уж, наверное, сразу милицию бы вызвала… А до меня только утром дошло. Когда труп увидала… А ночью-то я дальше не стала смотреть! Я не из тех, кто всякой порнографией забавляется.
Артур с пониманием кивал:
– Я даже не сомневаюсь. Утром вы сразу же узнали в убитом того парня, который ночью плескался с Русалкой?
Тяжело засопев, она выпрямилась:
– Ну прям руку на отсечение не дам. Но похож. Толстун такой… Белый. Видимо, стесняется загорать.
– От вас ничего не скроешь…
– Да и лето еще не раскочегарилось. Опять же одежа его на том самом месте до сих пор лежит, так?
– Так, – согласился Артур. – Вы очень наблюдательны, Антонина Семеновна. А с рукой у вас что?
Подняв кисть, замотанную грязноватым бинтом, рыбачка несколько мгновений смотрела на нее с удивлением, будто не узнавая, и вдруг вскинулась:
– Вы меня, что ли, пытаетесь к этому делу притянуть?!
– С чего такие подозрения? – ласково протянул Артур. – Я лишь поинтересовался. Так что у вас с рукой?
– Крючком поранила. Рыболовным. Показать?
– Обязательно. Сами понимаете, мы должны проверить все. – Он улыбался, чтобы рыбачка продолжала думать, будто следователь на ее стороне.
Она уже взялась за бинт, потом прищурилась, почти слепив короткие, выцветшие от времени ресницы:
– Так его ж утопили… Не зарезали.
– А вдруг он укусил убийцу? Или тот о корягу поранился во время драки.
– Да не было никакой драки! Шум я бы услыхала. Вернулась бы. И где там коряги? Ты место хоть осмотрел?
«А ведь верно. Вот чертовка старая!» – Он старался смотреть на рыбачку приветливо:
– Значит, она застала его врасплох?
Ее прямые и костистые плечи дернулись: «А я почем знаю?!»
Большие пальцы Никиты опять застучали по экрану. Он там правда записывает что-то или комменты в сетях оставляет? Логову так хотелось заглянуть ему через плечо, что он отвернулся и настойчиво указал на руку рыбачки:
– Так я могу взглянуть?
– Да ради бога! – Антонина Семеновна раздраженно рванула бинт, но грязный узел не поддался. – Нож есть?
Никита просиял, почувствовав свою нужность:
– У меня есть. Перочинный.
– Режь, – скомандовал Артур.
Ему не хотелось трогать изгвазданный бинт. Для таких дел у него теперь имеется помощник!
А тот уже отработанным движением сунул смартфон в задний карман и вытащил складной ножик из переднего.
– Господин Коршун, можно вас на минутку? – позвал Артур, заранее предугадывая гримасу, которая сейчас появится на физиономии криминалиста: мало того, что этот Логов беззастенчиво нависает над ним, так еще и от дела отрывает…
Но рану на руке старухи должен был осмотреть специалист, чтобы потом не возникло формальных придирок к материалам дела.
Именно с тем выражением лица, какое Артур и представлял, Коршун нехотя приблизился к ним и уставился ненавидящим взглядом: «Ну? Чего тебе?!»
– Можете определить, как давно была получена травма? Только вам это под силу. – Логов улыбнулся так добродушно, что даже Коршун дрогнул и бросил взгляд на сморщенную ладонь рыбачки.
– Порез был получен не менее трех дней назад, – буркнул он.
– Порез? Не укус?
– Какой еще укус? – Криминалист провел пальцем, затянутым в латекс, над зажившей раной. – След неровный, но практически прямой. Человеческие зубы такой оставить не могут.
Артур окатил его нежностью: