Юлия Латынина – Сотворение Бога. Краткая история монотеизма (страница 12)
Моисей не создавал монотеизма.
Но Моисей создал евреев.
Время действия
Когда жил Моисей?
Как это ни странно, у нас, возможно, есть точный ответ на этот вопрос.
Раскопки свидетельствуют, что первые оседлые поселения предков евреев начинают возникать на Ханаанском высокогорье около 1200 г. до н. э. Это были крошечные поселения, минимум на 50 взрослых, максимум на несколько сотен. В самый пик расцвета этих поселений, около 1000 г. до н. э., общее число их обитателей не превышало 45 тыс. чел.
Слово «высокогорье» – ключевое в этом рассказе. Древний Ханаан, а ныне Израиль – это очень разнообразная территория с самым разным климатом и рельефом. Ад и Рай находятся в нем на расстоянии пешего перехода. Иудейскую пустыню – одно из самых бесплодных мест на земле, и Изреельскую долину, то есть место, где 12 тыс. лет назад зародилось земледелие, разделяет меньше ста километров. (Вклейка i.)
Еврейские поселения возникают именно в малодоступных, а иногда и бесплодных горных районах. В это же самое время в прибрежной полосе и в плодородных долинах существуют процветающие города с дворцами и колесницами, письменностью и бюрократией, с печатями, ремесленниками, кузнецами по бронзе, с централизованной экономикой, гигантскими храмами, с многотомными эпосами, повествующими о приключениях богов и героев, и с развитой дипломатической перепиской.
Эти города – это древний Ханаан. Эти города проходили через массу циклов роста и возвышения. Они – старейшая часть цивилизации Древнего Востока. Такие города, как Мегиддо или Бейт Шеан, к моменту появления оседлых еврейских поселений в горах насчитывают несколько тысяч лет, их строили и уничтожали десятки раз, а город Иерихон вообще является, возможно, древнейшим городом в истории человечества. Его самые ранние слои относятся к VIII тыс. до н. э. (Вклейки ii, iii.)
Еврейские поселения – в отличие от этих городов – возникают не на побережье и не в плодородных долинах, а на высокогорье. Это поселения бывших кочевников, не вполне еще перешедших к земледелию. Они расположены, как правило, на гребне холма и господствуют над окружающей местностью. Других укреплений они не имеют, не имеют они и богатых домов, административных помещений, храмов и вообще любых признаков культа или социальной стратификации. У этих поселений есть два отличительных признака: в них нет свиных костей и в них нет алтарей – или, по крайней мере, каменных алтарей, которые могли бы раскопать археологи. (Напомню, что древнейший свод законов Израиля предписывает ставить Яхве
Бедность и эгалитаризм этих горных поселений резко контрастирует с социальной стратификацией городов в долинах и на берегу моря, говоривших практически на том же, что и горные поселенцы, языке, но овладевших этими местами за несколько веков до горных кочевников.
Если Моисей или его прототип действительно жил на земле, то он жил именно в это время. Если существовало какое-то событие, которое послужило прототипом Исхода, то оно произошло на рубеже XIII–XII вв. до н. э. Оно не произошло ни в XVI в. до н. э., ни в XIV в. и т. д.
Оно произошло в конце XIII – начале XII в. до н. э.
Но было ли это событие?
И что послужило причиной внезапного массового образования такого количества оседлых поселений, в которых селятся недавние кочевники?
Бама на горе Гебал
В 1980 г. израильский археолог Адам Зерталь совершил одно из самых крупных открытий в библейской археологии.
К этому времени вся территория Израиля была разведана и раскопана. Израильские археологи с невероятной, не имеющей параллели тщательностью буквально просеяли каждый квадратный сантиметр родной земли. Именно благодаря этой тактике ковровых раскопок они сумели обнаружить сотни мелких поселений, возникающих на земле Израиля на рубеже XIII–XII вв.
Местом, которое было исследовано хуже других, была территория Палестинской автономии. Раскопки там попросту были не всегда безопасны – а между тем именно в Самарии, в лесистых и плодородных горах, которые в древности были местом обитания колена Ефрема и Манассии, находилось сердце Израиля.
Именно там, в долине между горой Геризим и горой Гебал, находился древнейший культовый центр Израиля – Шехем (Сихем), бесчисленное количество раз упоминаемый в Торе.
В феврале 1980 г. Адам Зерталь и его команда начали археологическое обследование горы Гебал, находящейся над Шехемом и относившейся, согласно Торе, к территории племени Манассии.
Гора оказалась чрезвычайно бедна археологическими артефактами. Территория вокруг буквально кишела поселениями, возникшими в интересующий нас период – на рубеже XIII–XII вв. до н. э. Команда Зерталя обнаружила в ходе археологического обзора на территории Манассии около 160 поселений. Но на самой горе Гебал не было ни одного поселения и ни одной относящейся к этому периоду постройки.
За одним-единственным – но зато каким! – исключением.
6 апреля 1980 г. Адам Зерталь и его команда заметили на склоне горы большую кучу камней. Начав раскопки, они обнаружили под ней огромное и почти не тронутое сооружение.
Стена, сложенная из необработанных камней, опоясывала почти четырехугольное пространство. На верх стены вел пандус. Размеры сооружения были внушительны: 7,5 м на 9 м. Высота стены была около 3,5 м, ширина – 1,5 м. Ширина пандуса была около метра, длина – 7 м.
Сначала Зерталь решил, что перед ним сторожевая башня. Но в стене не было ни дверей, ни прохода. Это была просто сплошная стена – основание для помоста, на верх которого вел пандус. Внутри стена была заполнена слоями земли, камней, перемешанных с обломками керамики и пепла с костями.
Керамика уверенно датировалась рубежом XIII–XII вв. до н. э., – временем появления первых окрестных еврейских поселений. Кости принадлежали молодым быкам, баранам, козлам и ланям. Все животные были исключительно самцы.
То есть это были ровно те животные, которых книга Левит предписывает приносить в жертву всесожжения (Лев. 1:3–10).
Все кости, найденные Зерталем и его командой, были обожжены на открытом огне при невысокой температуре, и многие из них были разрезаны в суставах, опять-таки в точности как это предписывает при кошерном жертвоприношении книга Левит. Ни свиных, ни конских костей (т. е. костей некошерных животных) сооружение не содержало, хотя эти кости во множестве находятся в слоях раннего железного века в Лахише, Тель Дане и в Шило.
Тут же, в слоях земли, камня и пепла, заполнявших сооружение, были обнаружены два редчайших египетских скарабея; аналогичных в мире только пять штук. Оба скарабея уверенно датировались временем правления фараона Рамзеса II (1279–1213 гг. до н. э.).
Площадка, на которой стояло сооружение, была обведена двумя стенами. Ближняя была устроена из огромных валунов, а дальняя и более поздняя – из небольших камней; в ее середине был оставлен проход, вымощенный гладкими камнями. Общая площадь, огороженная этой, второй, стеной, составляла 3,5 тыс. кв. м, и самое примечательное в этой стене была ее форма: она напоминала гигантский след – словно сандалия Бога впечаталась в скалу.
Внутри стены располагалось несколько мощеных дворов, в которых, в свою очередь, были воздвигнуты маленькие каменные объекты (не менее пятидесяти штук). В некоторых из них археологи нашли керамику, в других – сожженные кости.
Возраст костей, в особенности керамики, скарабеи Рамзеса II – все это позволяло уверенно датировать сооружение рубежом XIII–XII вв. до н. э. – то есть рубежом железного века и тем самым временем, когда вокруг горы Гебал (но не на самой горе) повсюду стали, как грибы, расти первые оседлые еврейские поселения.
Тут надо сказать, что Адам Зерталь по своему воспитанию принадлежал к минималистам. Как и большинство израильских археологов, воспитанных в светских университетах, он воспринимал Тору как коллекцию недостоверных сказок, оформившихся не раньше вавилонского плена. Талмуда он вообще не знал.
Поэтому Зерталь и его команда довольно долго терялись в догадках относительно назначения сооружения, пока однажды Зерталь не показал его примерный чертеж одному из добровольных помощников при раскопках. Этот человек был куда менее археологически продвинут, чем Зерталь. Зато он был верующим иудеем. Более того – он был знатоком Талмуда.
Ошарашенный, он выбежал из комнаты, и вскоре вернулся с томом Мишны, раскрытом на трактате Миддот в том самом месте, где трактат Миддот воспроизводил чертеж алтаря, стоявшего во Втором Храме. На этот раз был ошарашен Зерталь. Оба чертежа были практически идентичны.
После этого Адам Зерталь и его собеседник открыли Второзаконие и прочитали в нем 27 главу. Эта глава содержит очень специфическое указание Моисея, отданное им перед смертью.
В ней Моисей требует, чтобы сыны Израиля, придя в Ханаан, первым делом возвели жертвенник на горе Гебал.
«Когда вы перейдете Иордан, поставьте эти камни, о которых я повелел сегодня, на горе Гебал, и обмажьте их известью; и построй там жертвенник Яхве, Богу твоему, жертвенник из камней, не поднимая на них железа; из камней цельных устрой жертвенник Яхве, Бога твоего, и возноси на нем