Юлия Ларосса – Искупление (страница 45)

Вечеринка по случаю двадцать восьмого дня рождения Виктора Эскаланта была заговорщически подготовлена его близкими и моей подругой. Мне стало не по себе оттого, что я была абсолютно не осведомлена о его празднике, ведь об этом знали всё, кроме меня.

— Почему ты мне не сказала? — обиженно спросила я подругу, наблюдая, как Виктор распаковывает подарки с кислой улыбкой на губах.

— Не дуйся на меня, Латти! — чмокнула меня в щёку Мари. — Это и для тебя сюрприз. Хотя всё чуть не сорвалось, когда мы узнали, что он потребовал выписку сегодня. Так-то мы в больницу хотели нагрянуть.

— Мне теперь жутко неловко!

Виктор нашёл меня глазами и улыбнулся. Почему я так смущаюсь под его взглядом? Или дело в улыбке?

— Пойдём поможешь мне с закусками! — потащила я за руку подругу в сторону кухни Эскаланта.

— О нет! Только не это! Пожалуйста!

— Не ной, это твоё наказание!

Я принялась готовить всякие вкусности на скорую руку. В связи с изобилием продуктов в холодильнике Виктора, поначалу я даже растерялась, но гости были голодными, поэтому я действовала решительно.

— Нарежь-ка! — выгрузила я на всё ещё тяжко вздыхающую подругу мытые и прохладные фрукты.

— Имея такое жилище, можно было и о прислуге подумать! — бурчала она.

А я принялась делать закуски. Как-то странно, у моего любимого сегодня день рождения, а я не готова. Нужно включить фантазию… К нам с Мари на помощь пришли Ньевес и Тесса.

— Как ваши дела, Злата? — спросила меня герцогиня, когда подруга и тётя понесли полные блюда вкусностей к гостям.

— Всё хорошо, — мне неловко было общаться с этой женщиной.

Может, потому что на её фоне всегда чувствуешь себя неуместной? Она улыбнулась, поймав мой взгляд, и коснулась руки.

— Я очень и очень этому рада. Правда.

Членам семьи Эскалант ничего не стоит вогнать меня в краски смущения.

— Спасибо! — улыбнулась я.

Когда мы с ней присоединились к остальным, ребята о чём-то оживлённо спорили. Виктор, увидев меня, потянул руки. С удовольствием я почувствовала его объятья, стоя перед нашими друзьями.

— Моя умница, — прошептал мне на ухо он. — Спасибо за угощения, крошка.

Они говорили о футболе, и я утратила интерес к их беседе. Я наслаждалась тёплой рукой Эскаланта, лежащей на моей талии. Мой взгляд блуждал по огромной гостиной, залитой уютным дневным светом.

Я заметила Себастьяна, отдельно стоявшего возле какой-то угнетающей картины. Он попивал что-то из бокала и задумчиво разглядывал образчик современного искусства. У нас с ним есть один нерешённый вопрос из прошлого. Пусть сегодняшний день и вечер будут наполнены откровениями и воспоминаниями. Высвободившись из объятий Виктора, я направилась к его брату, чувствуя, как вслед мне смотрит шоколадный взгляд.

— Себастьян?

— М-м-м? — обернулся он ко мне. — Я в квартире брата находился всего лишь пару раз. Странно, правда? — он поделился со мной своими мыслями.

— Смотря насколько сильно вы дружны.

— До этого времени я думал, что достаточно… — задумчиво сказал он.

— Это ты прислал мне ту нашивку, Себастьян?

Он посмотрел на меня, удивлённо вскинув чёрные брови:

— Нашивку? Я ничего не присылал тебе, Злата.

— «Ваше имя в прессе больше не упоминается. В УБ вас будут ждать. В нашем доме тоже. С уважением, семья Эскалант», — процитировала я. — Это было написано на обороте кусочка ткани с изображения испанского флага. Разве это был не ты?

Себастьян усмехнулся, словно вспомнил что-то.

— Значит, всё же отправил… — пробормотал он, глядя куда-то поверх моей головы, и покачал головой. — Нет, Злата, это был не я.

Я выжидающе смотрела на него. Невозмутимый Себастьян кивнул в сторону, призывая меня посмотреть туда же. Я обернулась и посмотрела на Виктора в компании Хоака, Ксавьера и Адриана.

— Я видел, как он писал это, — тихо заговорил Эскалант, но я всё ещё не понимала. — Он как раз вернулся из своего добровольного изгнания. Срезал с военной формы и написал нейтральный текст. Когда я это заметил, он проигнорировал мои вопросы.

— Виктор… — прошептала я.

— Знаешь, глядя на вас, я понимаю — не хочу того, что между вами. «Любовь», кажется, её называют? — привлекая к себе мой взгляд, сказал Себастьян. — Я бы назвал это иначе — болезнью или зависимостью.

Я видел, как его крутило без тебя. Разве это стоит того? Я встретилась с его медовыми глазами.

— Ещё как стоит, Себастьян, — улыбнувшись, сказала я ему. — Какой смысл тогда в нашей человеческой жизни?

Он пожал плечами и пошёл к ребятам, оставив меня со своими мыслями. Мой задумчивый взгляд скользнул по Ксавьеру. Я помнила, что это он схватил Дворака.

Когда я направилась в сторону друзей Виктора, они заметно всполошились. Неудивительно, ведь последний раз мы общались не очень вежливо.

— Ксавьер, я должна тебя поблагодарить за то, что теперь главный враг моей семьи находится за решёткой.

— Без проблем, Злата. Я всегда готов прийти на помощь другу и… тебе.

Его плейбойская улыбка не соответствовала нервно бегающему взгляду. То же можно сказать и про Хоакина. Они меня побаивались. Я для них стала соперником в дружбе с Виктором. Они, наверное, думали, что я способна запретить общаться с участниками былой трагедии.

— Тебе идёт твоя новая причёска!

— Прямо с языка снял! Очень к лицу!..

Мне стало смешно, и я поддалась веселью. Они переглянулись и осторожно поддержали меня. Это так было странно с их стороны. Так смешно наблюдать, как они смущаются передо мной и избегают смотреть в глаза.

— Ребята, расслабьтесь! Я не такая стерва, как могло вам показаться. Да, у меня хорошая память, но я умею прощать.

Парни стали серьёзными. Хоакин взглянул на меня и протянул руку. Я опустила глаза на его руку и вложила свою ладонь. Мы обменялись рукопожатиями в знак примирения.

— Ты крутая девчонка, — закивал он и улыбнулся, демонстрируя, что не плохо бы смотрелся на рекламе зубной пасты. — Я даже завидую Эскаланту…

— Так завидуй на расстоянии, Хоак! — прогремел за его спиной голос Виктора, и тот испуганно отнял руку.

Виктор вальяжно прошествовал мимо них, демонстрируя своё лидерство, и по-хозяйски притянул меня к себе.

— Это был безобидный комплимент! — безоружно поднял руки Хоакин.

Виктор больше не покидал меня. Прижимал к себе, иногда целовал в волосы, сжимал мои пальцы. Я не верила в то, что это происходило всё на самом деле. Неужели я заслужила такое? Та чёрная полоса в моей жизни, которая, казалось, длилась целую вечность, оказалась не так ужасна и страшна. Я дождалась наступления белой. И это стоило всего того, что я пережила.

Глава 38

Первый раз

Около десяти вечера гости стали расходиться. Пользуясь моментом, я обняла своих любимых будущих молодожёнов.

— Мы так повзрослели, вам не кажется? — грустно улыбнулась я, стоя между Мари и Адрианом.

— Не то слово, Латти! — заключила подруга. — Я-то теперь выгляжу старше тебя с этой стрижкой!

Я рассмеялась её шутливо-обиженному тону.

— Ну вы-то точно изменились. Как по мне, то я всегда отличался рассудительностью и…

— Эйд! — в два голоса одёрнули мы его и рассмеялись.

— Мои дорогие! — ещё раз обняв их, молвила я.

— Ты нас простила? — осторожно спросила Мари.

— Давно уже! — таинственно шепнула я.

Когда всё разошлись, в гостиной повисла пауза, нарушаемая лёгким звучанием джазовой музыки. Виктор обнимал меня, а я его. Так бы и стояла, окружённая его тёплом и ароматом, всю оставшуюся жизнь!

— Зачем ты мне прислал нашивку? — прямо спросила я, покоясь у него на груди.