Юлия Крымова – Курс по соблазнению. Секс против дружбы (страница 14)
— Здорова, Макс. А ты в городе? А квартиру свою не сдаешь случайно? Мне очень нужно одну хорошую девушку поселить с ребёнком. Взрослым. Что за вопросы такие? Нет, не мою. И ребёнок не мой. Так бы и сразу. Супер. Спасибо! С меня причитается.
Спрятав в карман телефон, Костя с довольным видом распахивает передо мной пассажирскую дверь.
— Поехала, Ксень, — мягко произносит друг, жестом приглашая садиться в машину. — Будет у вас квартира.
И, дождавшись, когда я займу пассажирское кресло, коварно добавляет.
— Но завтра. Сегодня ещё у меня переночуете.
Ох… «Нам бы только ночь простоять, да день продержаться». Кажется, так было у Гайдара?
Глава 13
— Ксю, вот это ты хоромы отхватила, — присвистывает Нинка после короткой экскурсии по нашей новой двухкомнатной квартире. — Признавайся, нашла себе богатого ухажера?
— Что? Какого ещё богатого ухажёра? — вспыхиваю от слов подруги.
Квартира и правда хорошая: новая, просторная. Поэтому не удивительно, что у Скориковой лишь непристойные мысли. Район тоже отличный. Всё рядом. Множество парков и небезызвестный стадион «Лужники». И недалеко от жилого комплекса, где живёт Ерохина. И Костя, — подсказывает кто-то внутри.
— Ну а как? Без году неделю в Москве, а уже так хорошо устроилась!
— Нин, это всего лишь арендованное жильё, — пожимаю плечами. — Не сама купила! И даже не подарили, на что ты так усердно пытаешься намекнуть. Аверин помог снять. Хозяин квартиры — его друг.
Ох, ну вот зачем я это говорю? Ведь глаза Нинки загораются как у львицы, в вольер к которой кинули беззащитного оленёнка.
Шестое чувство подсказывает, что сейчас меня будут пытать похлеще, чем на полиграфе. Вон уже шипучей сыворотки правды плеснула мне до краёв.
— То есть вы общаетесь? — уточняет Скорикова, подрезая клубнику в свою Суперлетную окрошку.
Слышали о такой, нет? Тогда берите на заметку. Килограмм красных ароматных ягод заливаем охлаждённым шампанским и вуа-ля. Даже я, которая не особо любит классический рецепт с квасом или кефиром, наворачиваю вторую порцию.
— Общаемся. Как друзья.
— И всё?
— И всё!
То, что мои мысли последнее время назойливо крутятся возле его персоны, благоразумно решаю не уточнять. Зачем?
Я запрещаю себе о нём думать в любом контексте, кроме как дружеском.
У меня достаточно забот, о которых стоит переживать. Насущных. Более земных и первостепенных.
Хватит ли моего заработка от оказания аудиторских услуг для столичной жизни? Я веду бухгалтерию представителей малого бизнеса. Часть клиентов намекнула, что формат удалённой работы им не по душе, и на следующий квартал они будут искать специалиста по месту жительства. Конечно, большинство, кто со мной не первый год, заверили, что останутся переедь я хоть на Луну. Это радует. А вот столичные цены нет.
— Ксю, у тебя со зрением всё в порядке? — не унимается Скорикова. — Дружить с таким красавчиком — просто преступление. Тебя оштрафуют. Да-да, не надо закатывать глаза. Найдётся с десяток обделённых вниманием женщин, которые подадут на тебя в суд. А судья признает тебя «Виновной», ведь она тоже окажется женщиной.
Слушая Нинкины бредни, моя выдержка даёт слабину. Я зачем-то пересказываю ей разговор тех подруг из спортивной школы. Наивно верю, что Скорикова меня поддержит. Я прямо говорю, что меня не интересуют одноразовые связи. А Аверин, кажется, по-другому не умеет.
— И что? Порадует тебя разок и дальше продолжите дружить. Хотя, если верить той рыжей, то и не разок вовсе. А как минимум два. Я уже и забыла, что это такое, — мечтательно произносит Нинка. — Когда страстный секс, да на всю ночь. А не пока дети плещутся в ванне.
— Олька скоро будет? — аккуратно перевожу тему, поглядывая на телефон. — Вроде бы на семь собирались.
— Ой, та ну её, — отмахивается Нинка. — Сообщение прислала десять минут назад:
Пока Скорикова представляет, что она на сцене стендапа и откровенно шутит на тему отношений с женатым мужчиной, я задумчиво пью клубничную окрошку.
Да, я в тайне ждала прихода Ерохиной. Сильнее, чем деда Мороза в детстве. Надеялась, что с её появлением разговор автоматически потечёт в другое русло. Что она опять будет учить нас женским хитростям, и моя скучная личная жизнь отойдёт на другой план. Даже не на второй. И не на третий. А куда-то далеко-далеко. Туда, куда обычно складывают вещи на случай «Похудею».
— Я хоть не поддерживаю её в этом вопросе, но тебе бы советовала у Ольки поучиться, — с умным видом изрекает Нинка. — Живёт человек как ей нравится и не парится: кто что думает, что говорит.
Согласна. Если стараться всем угодить, то проще сразу лечь посреди комнаты и сложить на груди руки.
Жаль, это прозрение пришло ко мне лишь после тридцати.
— Ну ты мне скажи, приходил ведь Аверин в первый вечер? — допытывается Скорикова, не сбавляя напор.
— Приходил, — всё-таки признаюсь и мысленно прикусываю язык.
— Вот! И что я говорила? — с победным видом Нина отпивает добрый глоток шампанского. — Чего тогда теряешься? Парень явно не против, чтобы вечерний кофе плавно перетёк в совместный утренний.
Что она заладила с этим «кофе»? Вчера, вопреки моим переживаниям, мы спокойно провели вечер. Никаких намёков сексуального характера Костя не делал. Мы поужинали, а потом играли в какие-то уличные бои на приставке, что предназначалась для Никиты. Среди шуток и громкого смеха попросту не было места для флирта или чего-то большего.
— Потому что я против, Нин! Откуда вообще такая уверенность, что он стал бы со мной спать? По-моему, ему и так хватает кандидаток. Просто непаханое поле. Как бы «плуг» не сточился.
Нинка громко ржёт над моими метафорами, но не сдаётся.
— То есть, хочешь сказать, он оставил вас ночевать, потом полдня возил по городу, стоя в пробках, в итоге замолвил перед другом словцо и помог с арендой, просто так? От скуки? По доброте душевной?
— Да! А что? Костя очень хорошо воспитан. Он бы и тебе помог. Поэтому не надо акцентировать внимание на каком-то его особом отношении ко мне.
— Даже моя бабка, пропагандирующая «не прелюбодействуй» рассмеялась бы тебе в лицо, — хохочет Нинка.
Но, глядя как я волком смотрю на неё, тут же добавляет.
— Хорошо. Давай проверим ещё раз, только уже по-взрослому. Позови его на ужин. Оденься красиво и используй все те приёмчики, которым учила Олька. Если никак не среагирует — твоя взяла. Я признаю, что абсолютно ничего не понимаю в этой жизни и больше про Аверина не заикнусь.
Глава 14
Скорикова явно обладает каким-то исключительным даром убеждения. Иначе как ей удается всё-таки уговорить меня позвать Аверина в гости?
Стоит подруге запрыгнуть в такси и помахать на прощанье ручкой, как я сама пишу Косте:
Я внушаю себе, что это будут дружеские посиделки. В знак благодарности за помощь. Кажется, одного спасибо мало.
Только чем объяснить мою довольную улыбку, когда Аверин отвечает коротким «Ок! Буду»? Или то, что я выворачиваю вверх дном чемодан в поисках чего-нибудь подходящего для ужина с лучшим другом? Чего-то не слишком откровенного. Но и не скучные шорты с майкой.
Хотя тут вырисовывается целая проблема. Из прошлой жизни я, оказывается, взяла самый необходимый минимум. Предпочла тащить как можно меньше старого и теперь сижу в недоумении.
Но если выбор с одеждой решается в пользу простого сарафана, вся изюминка которого в расшитой белой ткани, то вопрос «чем угощать друга?» мучает меня долго.
В итоге останавливаюсь на запечённом картофеле, стейках и салате хрустящими баклажанами. Правда больше времени у меня уходит на два вида соуса, которые я предпочитаю готовить самостоятельно. Кисло-сладкий ягодный и островатую сальсу.
Когда стол красиво сервирован, а в холодильнике охлаждается красное сухое, именно его советовали в супермаркете к мясу, ловлю себя на мысли, что заметно нервничаю. По третьему разу перепроверяю чистоту бокалов и перекладываю салфетки.
— Мы кого-то ждём? — спрашивает сын, окидывая недовольным взглядом три комплекта посуды.
— Костя придёт в гости.
— Тогда я не голоден.
— Никит, может, хватит уже?
— Вот именно! Может, хватит ему катить яйца в твою сторону? А тебе делать вид, что так и надо?
— Что за слова? Чтобы я больше не слышала такого! — впервые за десять лет материнства повышаю на сына голос.
Он никогда не закатывал истерик в магазине со словом «Купи». Не отбирал у детей игрушки на детских площадках. Не орал, будто в него вселились бесы по дороге в детский сад. Мой не по годам умный мальчик всегда был на моей стороне. Всегда слушался и понимал с полуслова. Тогда откуда взялся этот требовательный и наглый подросток?
— Называю вещи своими именами. Или у тебя есть другое объяснение, почему он трётся возле тебя?
— Во-первых, никто возле меня не трётся, — устало вздыхаю. — Костя помог нам с переездом. За это я пригласила его на ужин.
— Ага. И полчаса провела у зеркала, закручивая волосы, тоже поэтому?
Всего лишь завила несколько прядей от лица и нанесла на ресницы тушь.
— Я дружу с ним с шести лет, — привожу последние разумные аргументы. — Костя помогал искать мой зуб, который выбило старой железной качелей. И выстригал жвачку из волос, когда противный Женька Синицын решил неудачно пошутить. Как думаешь, есть ли смысл красоваться перед ним?