Юлия Красинская – Дочь Байкала (страница 1)
Юлия Красинская
Дочь Байкала
Ветер выл над озером, разрывая в клочья низкие тучи и срывая с деревьев последние пожухлые листья. Вода была будто неживой. Она не билась о камни игривыми волнами, а тяжело и лениво вздыхала, липла к берегу чёрными, скользкими языками пены и пахла гнилыми водорослями. Воздух, обычно кристально-прозрачный, был наполнен влажной, ледяной пылью, которая забивалась под одежду, щипала глаза и не давала дышать полной грудью.
Старая шаманка стояла на пороге своего сруба, вцепившись в косяк пальцами. Она не слышала воя стихии – лишь нарастающий, звенящий гул в ушах, тот самый, что всегда предупреждал о беде. Не о буре или снегопаде, а о чём-то худшем. О боли, что шла из самых недр и грозила поглотить всё живое.
Внутри, у печки, спала её маленькая внучка, крепко сжимая в кулачке тряпичную куклу. Ровное дыхание девочки было единственным звуком, противостоящим внешнему хаосу. Мир ребёнка был прост и безопасен. Мир Дари – трещал по швам.
Они уже близко. Шаманка чувствовала их приближение.
Она зашла в дом и села у стола в ожидании.
Нэгэн… Хоёр… Гурба…
Дверь с грохотом распахнулась. В проёме, заливаемом косым дождём, стояли трое. Не местные. Лица скрывали капюшоны, но Дари чувствовала, что от них веяло пустотой и холодом, чуждым её земле.
Ни один из них не переступил порог. Невидимая защита, сотканная из древних заклятий и силы самого Байкала, не давала им сделать шаг.
Средний, тот, что был чуть впереди остальных, сбросил капюшон. Лицо у него было ничем не примечательное, обычное. Но его глаза – чёрные и бездонные, они были ледяными и бездушными. Незнакомец осмотрел дом шаманки и остановил взгляд на спящей девочке.
– Дарима, – произнёс он наконец, – мы пришли к тебе не с мечом. Мы пришли с предложением.
Шаманка молчала, сжимая в кармане высохший корень ароматной травы.
– Времена изменились, – продолжил незнакомец, сделав шаг вперёд.
Дари лишь подняла руку, останавливая незваного гостя. Воздух у порога задрожал, словно от летнего зноя.
– Люди ищут духовности, Дари, – продолжил он, замерев в дверном проёме. – Они устали от бетона, хотят быть ближе к природе. Они хотят знать свою судьбу. Хотят быть здоровыми и счастливыми. И они готовы платить за это.
– Я не беру денег за свою работу! – резко отрезала шаманка.
– Ой, ну что за кокетство!?
– Вам лучше убраться отсюда, пока вы не наговорили лишнего.
Тут в разговор вступил тот, что стоял чуть поодаль.
– Дарима, мы предлагаем Вам стать лицом нашего общества.
– Вашего чего? «Общества»? – шаманка засмеялась.
– Мы организуем Вашу работу, приведем людей, готовых платить. У Вас будет хороший дом, много клиентов и стабильный доход. Ваша внучка будет расти в достатке, в городе. Она будет учиться в лучшей школе у лучших учителей, – незнакомец снова кинул взгляд на спящую девочку. – Вы же не хотите, чтобы дар малышки пропал тут, в этой глуши?
В словах незваного гостя не было злобы. Лишь леденящий душу расчёт. Они не хотели уничтожить старую шаманку. Они хотели её купить. Завернуть в праздничную упаковку и продать тем, кто готов был платить. Эти люди искренне не понимали, что оскверняют святое, пытаясь сделать из него развлечение для богатых бездельников.
Дари медленно поднялась. Её спина выпрямилась. Глаза, помутневшие от возраста, вспыхнули таким огнём, от которого мужчина невольно отступил на шаг.
– Мой дар и дар моей внучки не продаются! – её голос прозвучал тихо, но более чем убедительно. – Уходите.
Напряжение в воздухе достигло пика. Натянутая улыбка сошла с лица незнакомца.
– Очень жаль, – произнёс он почти с сожалением. – Вы выбираете трудный путь. Для себя. И для неё.
– Убирайтесь! – вскрикнула шаманка.
Небо в считаные секунды заволокли темные тучи и начался невиданный ливень. Глаза Дари зажглись ярким светом, который ослепил всех своим огнем. Лицо её стало жестким, черты – резкими. В этот миг она напоминала древнюю богиню, готовую защищать свои знания и силы.
– Вы, кто пришёл в мой дом с корыстью в сердце и низостью в намерениях! – голос Дари звучал, как раскаты грома. Слова вырывались из уст её, как заклятия, полные намерения и силы, способной вызвать дрожь в коленях даже у самых сильных и храбрых воинов. – Каждый из вас, слышите, ответит за свои действия. Духи предков наблюдают за вами, и гнев их уже пробудился! Прочь из моего дома!
Она бросила вперёд руку, и казалось, что сама буря сконцентрировалась в её жесте. Ветер с такой силой ударил в фигуры в дверях, что двое спутников отшатнулись, потеряв равновесие. Главарь в последний раз холодно окинул взглядом Дари, потом – спящую девочку. Его бездонные чёрные глаза впитали в себя весь этот гнев и ничего не ответили, замерев в ожидании нужного времени.
– Ты пожалеешь об этом, старая шаманка, – его слова едва долетели до неё сквозь вой ветра, но прозвучали с абсолютной, неоспоримой уверенностью. – Мы вернёмся.
Он резко развернулся, и три фигуры растворились в кромешной тьме и стене ливня, словно их и не было.
Дверь с глухим стуком захлопнулась.
Дари тяжело оперлась о стол, дрожа от напряжения. Она посмотрела на спящую внучку. Тихий ужас сковал сердце шаманки. Они не отступят так просто. Война была объявлена.
Буря снаружи ещё долго не утихала. Но теперь это был не голос угрозы, а песнь защиты, клятва, данная ветром и встревоженными небесами.
– Байгал-далай, элинсэг хулинсагуудай hулдэнууд, намайе хамгаалагты! – прошептала Дари в такт реву за окном.
И ветер, словно в ответ, завыл чуть тише, превращаясь в колыбельную для спящей девочки. Но в сердце шаманки, словно острые иглы засели последние слова незнакомца.
– Ты пожалеешь об этом… мы вернёмся…
Утренний рейс из Москвы перенесли на вечер. А значит, можно было не спеша пробежаться по любимому парку, отложив рабочие вопросы.
Парк, расположенный неподалеку от дома, встретил Алёну свежим воздухом и яркими красками осени. Чистый, прохладный ветерок обдувал её лицо, а под ногами шуршали листья, разламываясь на мелкие кусочки.
Бег давно стал для девушки частью жизни. В детстве она с папой бегала по тогда ещё совсем не ухоженному Битцевскому парку. Потом в юности – с подружкой в Ботаническом саду. Ну, и вот теперь, выбирая собственную квартиру, она не в последнюю очередь думала о парке в пешей доступности.
Солнце, успев взобраться на макушки деревьев, окрасило небо в нежные оттенки розового и золотого. Обычно Алена совершала свой утренний ритуал значительно раньше, пробуждаясь одновременно с солнцем и ранними собачниками. Сегодня была возможность посмотреть на парк в чудесных осенних красках. К этому времени парк наполнился не только спортсменами и владельцами животных, но и молодыми мамочками с колясками и бегающими по дорожкам неуклюжими детьми. Кто-то решительно шёл на работу, ритмично двигая рабочим дипломатом и стараясь не обращать внимания на окружающую нерабочую суету. День затягивал каждого в свой режим.
Сделав первый шаг, Алена почувствовала, как её ноги легко касаются земли, а сердце начинает биться в ритме, который она знала наизусть. Бег был для неё не просто физической активностью; это было время, когда она могла освободиться от мыслей, тревог и сомнений. Каждый шаг уносил её дальше от забот, и она погружалась в ритм природы, слыша, как ветер что-то шепчет ей на ухо. Алена улыбнулась, увидев, как лучи солнца пробиваются сквозь листву деревьев, создавая волшебные узоры на земле.
Скорость нарастала, и с каждым новым вдохом девушка ощущала, как напряжение уходит, оставляя только чистое удовольствие от движения вперёд. Она сосредоточилась на своем дыхании, на том, как тело работает, как мышцы тянутся и сокращаются, как сердце и каждая клетка тела наполняются энергией. Вдыхая аромат сырой земли и уносясь в ритме своих шагов, Алена продолжала размеренный бег пока её мысли не успокоились.
Вернувшись домой, приняла душ, привела себя в порядок, закинула папку с документами в сумку и отправилась в своё любимое кафе. Обычно на бегу она покупала здесь кофе на вынос и дальше спешила на работу. Но сегодня можно было не торопиться. Заказав капуччино и свежий круассан, она уселась за столик у окна, наблюдая за городом и суетой прохожих, и наслаждалась ароматом свежего кофе, который наполнял кафе. Девушка аккуратно разломила горячий круассан, и его хрустящая корочка рассыпалась, выпуская наружу ароматный жар. Каждый кусочек был пропитан нежным маслом и сладким вкусом миндаля. Настроение в кофейне со всеми её вкусами, ароматами и мелодичной болтовней утренних посетителей не настраивало на рабочий лад, но перед вылетом нужно было ещё раз просмотреть дело.
Собравшись с мыслями, Алена достала из сумки папку с документами.
Дело о нарушении природоохранного законодательства. Иркутск. Байкал. Какой-то местный предприниматель в начале 2000-х годов основал фирму SibTech, которая за короткий срок заработала репутацию стабильного игрока на рынке разработки и добычи полезных ископаемых в России. В последние годы компания проявила интерес к освоению новых технологий, стараясь адаптироваться к современным требованиям рынка. И в целом дела у компании идут хорошо. Вот только относительно небольшой участок земли, который находится в собственности компании, стал камнем преткновения с местными экозащитниками. Земля на берегу Байкала была выкуплена в начале нулевых и сейчас активно осваивалась. Началось строительство многофункционального эко-курорта «Золотая Ривьера». В документах – сертификаты на «зеленые» технологии и обещания о создании заповедной зоны. В реальности, по данным активистов, ведутся работы в водоохранной зоне, вырублены реликтовые леса, а проект очистных сооружений не учитывает все риски для уникальной экосистемы озера. Компания «SibTech» позиционирует проект как флагманский, но для экологов это приговор для самого чистого озера на планете.