Юлия Ковальчук – Возвращая прошлое (страница 3)
Ее глаза радостно заблестели. Вот оно, причина ее прекрасного настроения. Ей просто хотелось выпить. А пьяная она становилась совершенно неуправляемой. И этот Сергей… ее новый ухажер и по совместительству собутыльник. Здоровенный лысый мужлан с гнилыми зубами, неоднократно сидевший. Он сам рассказывал тетке о своих сроках.
Буквально недавно Сергей освободился после очередного срока, и это меня настораживало. Встречи с этим типом всегда заканчивались ее пьяным угаром и скрипом кровати, по которому я догадывалась об их ночных «развлечениях».
«Не смотри так, я ведь еще молодая, мне всего сорок!» – оправдывалась родственница наутро.
Я испытывала жуткий страх перед Сергеем, его злые бесцветные глаза смотрели на меня, как на жертву. Лицо мужчины было хитрым и мерзким, а шрам, проходящий вдоль всей щеки, вызывал животный ужас.
«Шрамы украшают мужчину, запомни, сиротинушка», – говорила тетка, нежно поглаживая амбала по щеке.
Идти мне было некуда, а иначе бы…
Шагнув в свою комнату, я скинула с себя одежду, развесила на спинку стула и облачилась в домашний халат – жалкое подобие брони. Ожидание Сереги не затянулось. Тяжелая поступь, словно топот слона в посудной лавке, возвестила о прибытии «долгожданного» гостя.
– Лелик, вот, как и обещал, огненной воды принес! – просипел он прокуренным басом.
Грохнул на стол две бутылки, а третья, звякнув стеклом о стекло, юркнула в полупустой холодильник.
– А где виновница торжества?
Волна ледяного ужаса окатила меня, волосы на затылке встали дыбом. Хотелось раствориться в воздухе, лишь бы не идти. Казалось, что если откушу чего-нибудь съедобного за столом, то кусок непременно застрянет поперек горла.
– Сиротинушка наша!.. Аня? Мы ждем!
Будто бы приговоренная, я вошла на кухню и опустилась на стул напротив тетки. Сергей, буравящим взглядом хищника, изучал меня, заставляя желать одного – провалиться сквозь землю, исчезнуть навсегда. Ольга, заметив это, попыталась отвлечь его внимание на себя.
– Серега, ну наливай же! Восемнадцать лет девке стукнуло! Лей, а то у меня в глотке пересохло!
Сергей не раздумывая более разлил водку по двум приготовленным стопкам, а затем, сжимая бутылку в руке, начал искать третью. Не найдя, бросил на тетку испепеляющий взгляд.
– А где еще? Имениннице тоже полагается!
– Нет! Нет! Не надо мне, я не пью… – пролепетала я дрожащим голосом, еле шевеля губами.
– Рано ей еще! – грубо отрезала тетка.
– Да ладно, возраст согласия, пора приобщаться!
В этот момент мне хотелось разрыдаться и бежать, бежать без оглядки, но я прекрасно знала – не отпустят. Аппетит пропал окончательно, даже боль в желудке отступила. Инициативу снова перехватила тетка.
– Брось, Сереж, давай лучше выпьем за здоровье нашей Анечки, совсем взрослой стала! Эх, если бы только родители могли ее сейчас видеть!
"Только не о родителях, прошу…" – эхом пронеслось в голове. Расковыривать старые раны не хотелось – слишком сильна была боль от того рокового дня.
Осушив залпом первую стопку, собутыльники перешли ко второй, расхваливая и поздравляя меня. В фальшивую искренность невозможно было поверить – просто нужен был повод, чтобы напиться до беспамятства. В этой пьяной компании я чувствовала себя чужой и потерянной. С каждой выпитой рюмкой внимание Сергея ко мне становилось все более навязчивым и откровенным, и мне оставалось лишь терпеть эту мерзость.
– А что? Ты теперь взрослая, пора и во взрослую жизнь вступать, – проскрипел Сергей. – Ты вроде ничего, правда, худющая как щепка, зато сиськи вон какие выросли!
Меня бросило то в жар, то в холод. Я судорожно потянула халат на груди, сжала мягкую ткань кулаками до побелевших костяшек.
– Эй, я ведь и ревновать могу! На сиротинушку глаз положил? – пробормотала заплетающимся языком тетка с напускной обидой.
– Да я просто так, ляпнул! Ты у меня самая лучшая, и грудь твоя мне больше нравится!
– А-ха-ха, а-ха-ха, да, грудь у меня – что надо! – развеселилась Ольга, похотливо обхватив себя за грудь и бросив на меня взгляд, недвусмысленно намекающий на то, что мне пора убираться. Я поднялась из-за стола и направилась к выходу.
– И-ме-нин-ница, ты это куда? Мы тебя не отпускаем, садись обратно! – скомандовал гость.
– Уже поздно, мне завтра рано на учебу…
Училась я на отлично, мечтая закончить техникум, а потом поступить в университет. Высшее образование – вот мой шанс вырваться из этого кошмара, именуемого домом!
Не обращая внимания на пьяные вопли теткиного ухажера, я юркнула в свою крохотную комнату и заперла дверь на хлипкий крючок. Мой старенький диванчик у окна уже ждал. Я прыгнула на него, закуталась в теплое ватное одеяло, пытаясь согреться не только телом, но и душой.
Праздничный ком застрял в горле, душил слезами, подступающими к глазам. «Замечательный» выдался день рождения, впрочем, как и всегда. Тягучую, как патока, грусть я отгоняла прочь – нужно провалиться в сон, раствориться в нем. Чтобы наутро, с чистой головой, жадно впитывать знания. Но тишина ускользала. Пьяная болтовня за стеной становилась все громче, резала слух. Теткин визгливый смех и хриплый, со скрипом, голос терзали нервы. Когда же они угомонятся?!
Примерно час спустя Сергей поволок бесчувственную тетку в комнату. За стеной раздался грохот падающей мебели, посуды, а опекунша, не стесняясь, осыпала мир проклятиями на каждом шагу. Наконец, воцарилась тишина. Какое счастье, теперь можно уснуть! Но тщетно.
Тяжелые шаги по деревянному полу неотвратимо приближались к моей комнате. Я вскочила и замерла, прислушиваясь. Да, точно, это он. Сергей шел ко мне. Никогда в жизни я не испытывала такого ужаса. Окаменев, я села на диван, поджав ноги, и вслушивалась в каждый шорох за дверью.
Сергей не медлил. Дернул ручку – дверь заперта. Стал колотить кулаком, требуя:
– Открывай, сегодня я покажу тебе, что такое настоящая мужская сила!
Все тело била дрожь, в висках пульсировала кровь. Я понимала, что хлипкая дверь долго не выдержит, а маленькое зарешеченное окно навсегда заколочено. Бежать некуда. Затаившись, я сидела тихо, как мышь, боясь издать хоть звук. Может, успокоится и уйдет? Как же я жестоко ошибалась…
Удар ногой – и дверь, сорвавшись с петель, с грохотом ударилась о стену, лишь немного притормозив разъяренного зверя. Он снова толкнул ее и ворвался внутрь.
Я вжалась в стену, с ужасом глядя на мерзкую гримасу Сергея.
– Пожалуйста, уходите…
– Не строй из себя невинность! Небось, уже успела поваляться с мужиками? Я не твоя тетка, меня не проведешь!
– О чем вы? – Голос дрожал, как осенний лист на ветру.
– Сама разденешься, или помочь? – мерзко усмехнулся гость.
– Уходите…
– Значит, помочь! Я люблю недотрог! – прошипел Сергей, сверкая безумными глазами.
Он резко схватил меня за ногу, грубо потянул к себе. Я отчаянно пыталась вырваться, но сил не хватало.
– Отпусти, прошу, не надо! – истерично заверещала я.
– Ори, все равно никто не услышит, а меня это только заводит!
– Нет, умоляю… Не надо!
Но меня никто не слушал. Сергей стал рвать мой халат. В отчаянии я что было мочи ударила его по уродливому шраму на лице. Ответ последовал мгновенно: от удара в бровь в глазах потемнело, посыпались искры. Не давая опомниться, он схватил меня за волосы, бросил на диван и навалился сверху, жадно облизывая грудь и удерживая мои руки над головой. Я пищала, кричала во все горло, но мои вопли тонули в пустоте. Удары по лицу обжигали щеки, и во рту появился мерзкий, сладко-соленый привкус крови. Сергей кусал мои соски, причиняя невыносимую боль. Сорванные трусики отлетели в угол комнаты. Он грубо ласкал между ног, проникая внутрь своими мерзкими пальцами. То, что творилось со мной в этот момент, невозможно описать словами. Я лишь громче завопила, что еще больше взбесило его. Зверь сжал горло одной рукой, перекрывая кислород. Он был между моих ног, и я чувствовала, как его твердый, огромный член упирается в мое тело. Неужели он собирается засунуть ЭТО внутрь меня?
Больше не было сил кричать, воздуха не хватало, я задыхалась, но это не останавливало его. Он силой вошел в меня, и боль была такой адской, что на мгновение показалось, будто я умираю, и эта смерть станет избавлением, концом мучений. Но нет, я была жива, и этот ублюдок продолжал свое грязное дело. Толчок за толчком – терпеть нет сил! Боль. Ужас. Я задыхалась. Он ослабил хватку на горле, и я судорожно глотнула воздух. Движения его тела становились все быстрее и жестче, и наконец все закончилось. Его туша придавила меня всей своей тяжестью. Отлежавшись, он перекатился набок. Слезы и кровь текли по моему разбитому лицу. Горело огнем все тело – и снаружи, и внутри. Я попыталась встать, но Сергей грубо откинул меня назад.
– Лежать! Мы еще не закончили! – прорычал он.
Второго раза я не переживу. Нужно что-то придумать, нужно бежать!
– У меня… кровь… пойду умоюсь… и вернусь.
– Только посмей сбежать или рассказать кому-нибудь! Я убью тебя! Нет, не убью – заберу к себе и каждый день буду трахать, жестко. Поняла?
– Я… вернусь… вернусь….
– Иди.
На заплетающихся ногах, едва чувствуя их, я побрела к выходу, предварительно пошумев в кухне, делая вид, что умываюсь. Наспех надела еще не высохшие сапоги, на голое тело накинула пальто и, крадучись, выскользнула из дома.