Юлия Ковальчук – Возвращая прошлое (страница 10)

– Я столько лет ждал этой встречи и отдавать тебя в чужие руки не собираюсь.

Волна дорогого парфюма ударила в нос. От Кирилла всегда пахло дорогим парфюмом, видимо, эта привычка у него до сих пор не исчезла. Я гнала прочь от себя призраки ностальгии. Возвращаться к прошлому мне вовсе не хотелось.

– Кирилл, что было, то прошло, – выдала я. – Я никогда тебя не прощу, заруби это себе на носу! – С этими словами оттолкнула мужчину от себя, освобождая дорогу.

Столько лет скрывалась, и все коту под хвост, а виновата Дана. Если бы я не пошла с ней в то злополучное место и в тот час, а поехала домой, сейчас бы так не страдала. Надо же было ей потащить меня именно в этот гадюшник. Быстрыми шагами я двинулась по улице к автостанции. Кирилл не собирался так быстро сдаваться, его догоняющие шаги заставили меня ускориться.

– Ань, давай поговорим? – не унимался он.

– Не о чем! Слушать тебя у меня нет никакого желания!

– Прошу, остановись!

– Отвали!

– Ну Ань?

– Кирилл! Наши пути, слава Богу, давно разошлись, у тебя своя жизнь, у меня своя! А своей я очень довольна и впускать в нее горькое прошлое не собираюсь, ясно?

– Значит, это я – горькое прошлое?

– Именно! Не попадайся мне больше на глаза, иначе мне снова придется менять место жительства, – уверенно выпалила я и остановилась у общественного транспорта.

Подошедший автобус спас меня от дальнейшего неприятного разговора. Как только распахнулись двери, я забежала внутрь, выбрала свободное место у окна и, не задумываясь, села, машинально посмотрев в стекло, через которое было видно Кирилла. Он опечаленным взглядом провожал автобус, не отводя глаз от меня. Стало даже немного жаль его, но себя мне жальче, этот актер разные маски умеет на себя примерять. А ведь когда-то я была на седьмом небе от счастья, которое дарил мне Кирилл. Считала его своим спасителем, ангелом, спустившимся с небес для того, чтобы оберегать меня и окутывать ласковой нежностью. Забота, о которой я давным-давно позабыла, в его обществе обретала новые, неповторимые краски. Он был всем для меня. Миром, где чувства были настолько сильны, что ни я, ни он не хотели покидать его, мир, полный любви. Но сказки заканчиваются, и не всегда счастливым концом, где все жили долго и счастливо и умерли в один день.

Тогда

Тело ныло, каждая его клеточка кричала от боли, а душа рвалась на части, распадаясь на осколки. Я жаждала сбросить оковы этой невыносимой тяжести, улететь туда, где, быть может станет легче, но это было невозможно. В голове крутились мысли о Кирилле. Зачем он возится со мной, совершенно чужой? Эта загадка леденила душу, вселяя безотчетный страх. Иногда я ловила на себе его взгляд – в нем вспыхивал хищный огонь, но тут же гас, оставляя после себя пепел сомнений. И в этот миг в памяти всплывали голодные, звериные глаза того кошмара, при одной мысли о котором меня пробивала дрожь. Куда мне теперь возвращаться? Мой дом осквернен, захвачен этим чудовищем, но и здесь я – чужая, незваная гостья. От этих гнетущих дум сердце сжималось в тиски, готовясь разорваться на части. Плакать больше не было сил, слезы высохли, оставив лишь соленую горечь на искусанных губах. Как жить дальше? В голове возникал вихрь отчаянных мыслей, пропитанных ужасом: если я появлюсь в поселке, мне не жить. Страх новой встречи с этим изувером парализовал меня, сковал каждое движение. Нужно идти в полицию, рассказать им все, выложить душу, но поверят ли мне? И где гарантия, что после моего визита в этот оплот правосудия не станет еще хуже? Угрозы того извращенца до сих пор не покидали меня.

Я откинула одеяло, ощущая неловкость под взглядом невидимого наблюдателя. На мне были коротенькие шорты и розовая футболка – новый, не прошеный наряд. Кирилл снова облачил меня в это подобие пижамы, и от одной мысли об этом щеки заливались краской. Он видел меня… всю. То, что я никогда и никому не позволила бы, свершилось.

Руки мои, туго забинтованные, ныли под повязками. Наверное, приходил добрый доктор, колдуя над спасением моей никчемной жизни.

Попытка подняться с кровати отозвалась дурнотой и головокружением. Слабость сковывала, но и лежать было невыносимо – кости ломило. Еще немного, и пролежни точно украсят мою измученную плоть. К тому же, желудок, прилипший к позвоночнику, издавал предательское урчание, требуя пищи. Я была голодна до безумия, способная проглотить слона целиком.

Опираясь на стену, словно старая развалина, я поплелась к выходу. Звук льющейся воды подсказал, что Кирилл на кухне. Оттуда манил дразнящий аромат жареной колбасы и яиц, затуманивая остатки разума.

Когда, наконец, доковыляла, силы покинули меня окончательно. Прислонившись к дверному косяку, я перевела дух и позволила себе рассмотреть Кирилла. Он стоял спиной, намывая овощи. Чёрная футболка, обтягивающая широкие плечи, словно нарочно подчёркивала его атлетическое телосложение. Высокий, статный… Кажется, почувствовав мой оценивающий взгляд, он резко обернулся. Его огромные, кофейного цвета глаза округлились от удивления, когда он увидел меня. Да, он был красив: тёмные ресницы, густые, правильно очерченные брови, чувственные губы, высокие скулы. Но эта красота настораживала, особенно в сочетании с его взглядом, скользящим по мне с непонятной оценкой. В очередной раз меня охватил страх. Он – мужчина, а я – в его доме, совершенно беспомощная. В голове роились самые непристойные мысли. Нужно быть готовой ко всему.

Кирилл, казалось, прочитал мои опасения, потому опустил глаза, словно демонстрируя, что не причинит вреда… по крайней мере, сейчас, когда я еще очень слаба. Но что будет потом? Нужно уходить отсюда. Только вот куда?

– Аня… Ты зачем встала? Позвала бы, я пришёл.

Что это за забота такая? Неужели готовит к худшему? Как в сказке про Бабу-Ягу: накормить, напоить, спать уложить, а потом и съесть. Еда! Как же я хочу есть… Пусть накормит, а там буду выкручиваться.

– У меня все бока болят уже. Если честно, я очень проголодалась. Угостишь?

– Конечно, присаживайся, – проговорил Кирилл, отодвигая стул.

Я медленно, опираясь на стену, побрела к столу. Оступилась, споткнулась и чуть не упала, но Кирилл мгновенно подхватил меня за талию. Инстинктивно отшатнувшись от его прикосновения, я со страхом посмотрела ему в глаза.

– Прости, – тихо извинился он. – Ты слаба, я хотел помочь, – добавил он, словно оправдываясь.

– Я сама. Сама справлюсь. Только не прикасайся, – мой голос дрожал, ведь тело всё ещё помнило зверские ласки.

Кирилл не стал настаивать, сохраняя дистанцию.

– У меня омлет, колбаса и овощи.

– Я всему сейчас рада. Слона съем, – попыталась выдавить улыбку.

– Это хороший знак, значит, идешь на поправку.

Я села на стул. Кирилл поставил передо мной тарелку с едой, усаживаясь напротив.

– Надеюсь, ты не будешь возражать, если я поем вместе с тобой? Я тоже сейчас слона бы съел.

Я одобрительно кивнула и жадно впилась в кусок колбасы. Ещё никогда в жизни еда не казалась такой вкусной. Я проглотила его почти не пережёвывая. Второй, третий кусок последовали незамедлительно. Чувство насыщения пришло быстро, желудок принялся переваривать непомерные порции, которые я в него впихивала. Кирилл ел медленно, тщательно пережёвывая каждый кусочек. Он удивлённо посмотрел на мою тарелку, которая опустела в мгновение ока.

– Ещё положить?

– Нет! Спасибо, я, кажется, наелась.

– Чай?.. Кофе?

– Лучше чай.

Вскоре горячий напиток оказался передо мной. Я благодарно кивнула, обхватила чашку ладонями и сделала громкий глоток. Молодой человек скупо улыбнулся и принялся доедать свой ужин. Тишина, повисшая в кухне, начала давить. Сделав еще несколько глотков, я уже собиралась уйти в спальню, но Кирилл остановил меня:

– Ань… Мы можем поговорить?

Я опустила глаза, сейчас его расспросы были совсем некстати.

– Анечка… Но… Поговорить нам нужно! – в голосе парня звучала настойчивость, смешанная с осторожностью. Казалось, он и сам не знал, с чего начать разговор.

– Кирилл, я очень благодарна вам… то есть тебе за всё. Сейчас уже поздно, но утром я уйду. Моё пребывание у тебя и так затянулось.

– Я не это имел в виду… Я не отпущу тебя в таком состоянии.

– Я ведь не пленница?

– Конечно же, нет! – удивлённо воскликнул он. – Я не держу тебя, но ты ещё не совсем здорова… Леонид Иванович… Ты под его наблюдением, необходимо продолжить лечение.

– Я… Мне уже лучше, – настаивала я.

– Ага, я вижу, как ты по стеночке… Лучше ей, – Кирилл встал, собрал грязные тарелки со стола и поставил их в мойку. Мне стало стыдно, ведь я даже не подумала убрать за собой.

– Анечка, ещё пару дней, а потом уйдёшь, если тебе так надо идти!

Он сделал акцент на словах «если тебе так надо», словно знал, что идти мне было совершенно некуда.

– Я ведь доставляю тебе неудобства.

– Пфф… Я сам себе доставляю неудобства, – пробормотал он еле слышно, но, взглянув на меня, убедительно сказал: – Всё в порядке, расслабься и отдыхай, хорошо?

– Угу, – в ответ кивнула. – Я пойду? – Мне очень хотелось избежать его расспросов о своей горькой судьбе. Говорить с незнакомым человеком, выворачивать ему душу наизнанку, рассказывать, как мне плохо, совсем не хотелось. У него своя жизнь и, судя по этим хоромам, в которых я сейчас находилась, довольно-таки неплохая.