Юлия Кот – Тайм-аут (страница 4)
Не получив ответа, Василиса победно хмыкнула и вошла в лифт. Парни последовали за ней.
– Итак, сегодня в настолках звездный состав: я, вы, Катюха и Денис с Мишей. В программе – кола, пицца, монополия и плойка[4], – возвестил Петя.
Никита и Василиса хмуро смотрели друг на друга, прислонившись к противоположным стенам лифтам.
– Ребят, ну это ни в какие ворота уже! – разозлился Петя. – Я хочу отдохнуть с друзьями перед последним рывком в сезоне, а вы глотки друг другу перегрызть готовы…
– Да я-то тут при чем? – дернул плечом Никита. – Это ты Ветровой скажи, пусть остынет.
Василиса открыла рот, шумно втянула воздух, по-видимому, готовясь разразиться очередной тирадой, но в этот момент в кабине раздался мелодичный перезвон, лифт остановился. Двери открылись.
– Неженки вперед, – мотнула головой Василиса.
– Уступаю очередь злопамятным девчонкам, – тут же ответил Никита.
– Оба на выход! – рявкнул красный от злости Петя. – Достали!
Василиса, высоко подняв голову, вышла из лифта. Никита двинулся следом за ней. Петя отвесил ему шутливый подзатыльник.
Всунув ключ в замочную скважину, он провернул его несколько раз. С громким щелчком засов замка отодвинулся, и Петя отворил дверь.
В квартире было темно. Петя щелкнул выключателем, и огромная люстра залила светом большой коридор. Никита часто бывал здесь и знал квартиру Красновых так же хорошо, как собственную. Мраморный пол, светлые обои, пушистые ковры на полу – так выглядела пятикомнатная квартира родителей Пети. Одна из гостевых комнат, можно сказать, была закреплена за Никитой, так часто он оставался тут с ночевкой. Скинув бело-синие «Данки»[5], он прошел прямо в спальню и рухнул на кровать с высоты своих ста девяноста пяти сантиметров. Матрас скрипнул, пружиня под его весом. Закинув руки за голову, Никита уставился в потолок, прислушиваясь к голосам в коридоре.
Там происходил оживленный спор. Судя по всему, Ветрова порывалась уйти… Никита сам не знал, обрадует это его или нет. Они игнорировали друг друга уже давно, старались не пересекаться в школе, на подготовке к ЕГЭ садились на противоположных концах класса, а в «Ониксе» здоровались, только если Петя был рядом.
Но Никита иногда наблюдал за Ветровой. Приходил с Красновым посмотреть на ее матчи, только она об этом не знала. Они играли на одинаковых позициях – атакующего форварда, и Никите было интересно наблюдать за ней, сравнивать их приемы и ошибки. Ветрова хорошо играла, но на площадке была слишком агрессивной и дерзкой, и это всегда выходило ей боком. Если бы она попросила у него помощи, он бы ей подсказал. Но этого от нее ждать не приходилось.
– Здесь буду спать я! – выдернул его из раздумий звонкий голос Василисы.
Упираясь руками в бока, она хмуро стояла на пороге.
– А тебе хорошо с распущенными волосами. Не замечал, что они такие… длинные. Ходи так почаще, а не как обычно, с пучком или с хвостом, – подмигнул ей Никита.
– Лебедев, даже если бы ты остался последним парнем на планете, я бы не спросила твоего мнения.
– Мне нравится, что ты представляешь себе, как мы остаемся наедине…
– Идиот! – Стянув с руки резинку для волос, Василиса швырнула ее в Никиту.
– Ранила! – Никита схватился за сердце, когда резинка пролетела мимо его головы. – Но комнату я тебе не отдам. Здесь полно спальных мест, переночуете с Морозовой на диване. Или Краснов отобрал у тебя даже Катю? Опять осталась одна?
Тряхнув темными кудрями, Ветрова развернулась и выбежала из комнаты.
– Один-один, Ветрова! – крикнул Никита ей вслед.
4
Василиса
Василиса чувствовала, как злость закипает где-то в горле. Ее кулаки сжимались и разжимались. Она едва сдержалась, чтобы не влепить Лебедеву звонкую пощечину. Перед ее глазами застыло его ухмыляющееся лицо. Как он вообще посмел так с ней разговаривать?
Она влетела в ванную рядом с гостевой спальней. И все еще продолжала слышать, как Лебедев смеется ей вслед.
Единственное, что могло ее сейчас успокоить, – это контрастный душ. Включив воду, Василиса забралась в кабину. И наконец смогла дать волю своим чувствам, зная, что никто ее не увидит и не услышит. Сев на пол, она подтянула колени к груди и подставила голову под непрерывный поток воды. Зажмурилась, чувствуя подступающие слезы, закрыла лицо руками и зарыдала. Все навалилось сразу: сегодняшний провал, сообщения от мамы о том, что, может быть, пора подумать о чем-то, помимо баскетбола, а тут еще и Лебедев…
Через полчаса Василиса вышла из душа – в Петиной пижаме, которая была велика ей на несколько размеров.
В гостиной, объединенной с кухней, было шумно. На полу, заваленном подушками, сидели, обнявшись, Петя с Катериной, а рядом с ними растянулись три долговязых фигуры: Никита, Денис и Миша. В центре разложили «Монополию», вокруг стояли коробки с пиццей и банки с колой. Василиса босиком прошлепала к одной из подушек и села.
– О, Васька! – заулыбался Миша. – Присоединяйся! Мы только начали.
– Привет! – Денис протянул ей широко раскрытую пятерню.
Василиса «отбила» приветствие. Парни играли в юношеской команде «Оникса», и все друг друга знали.
С Катей Морозовой Петя познакомился в школе – она была одноклассницей Василисы и ее лучшей подругой. Катя потянулась к Василисе, они обнялись. Никита, катая игральный кубик в длинных пальцах, рассматривал ковер.
Василиса чувствовала, что глаза все еще щиплет от слез.
– Расстраиваешься из-за игры? – прямо спросил Миша.
– Нет, все в порядке, – отмахнулась Василиса. – Я лучше поем.
– Это правильно! – хохотнул Денис. – Когда у нас еще будет читмил, или как там это у зожников называется? Меня вот мать заставляет каждый день куриную грудку есть, уже в горло не лезет! Еще и контейнеры с собой выдает, говорит: «Это важно для спортсмена». Я когда в Питер перееду, буду каждый день хот-доги есть.
– Тебя, если фастфудом питаться начнешь, из «Атлантов» тут же попрут, – заметил Петя.
– Тебя взяли в «Атланты»? – подняла голову Василиса.
– Ну… да. Просто не хотел при тебе говорить… – почесал голову Денис.
– Поздравляю!
– Спасибо! Надеюсь, что года через два попаду в основу.
Денис был самым взрослым из них, ему уже исполнилось восемнадцать.
– Ден, это здорово. Ты крутой защитник, – кивнула Василиса, протягивая Денису кулак, чтобы тот отбил.
– Ты сегодня тоже хорошо играла…
– Ой, не начинай, – отмахнулась она. – Бросайте уже кубик. Хочу увидеть, как Лебедев останется банкротом.
– Не дождешься, – тут же отреагировал Никита.
Василиса сама не знала, зачем задела его. Но это он нарушил сегодня их пятилетний взаимный игнор, вот пусть теперь и расхлебывает.
– Смотрю, ты принарядилась. – Он опять издевательски подмигнул.
Василиса стукнула его подушкой.
Утром Василиса проснулась в отвратительном настроении. Сначала она не поняла, где находится, и успела испугаться, но спустя несколько секунд вспомнила, что ночует у Пети Краснова. Катя с Никитой тоже остались, а Денис и Миша уехали. Василиса тоже порывалась покинуть хоромы Красновых, но Петя настоял, чтобы лучшая подруга осталась. На следующий день они собирались в боулинг, чтобы провести вместе хотя бы половину общего выходного.
В середине дня Петины родители должны были вернуться, а до тех пор квартира оставалась в его распоряжении.
Василиса пошарила под подушкой и свесилась с кровати в поисках смартфона, который ночью свалился на пол. Часы на экране показывали 12:30. В квартире царила звенящая тишина, и на горизонте забрезжила надежда незаметно улизнуть, чтобы избежать еще одного дня в компании Лебедева.
Василиса села и попыталась нашарить тапки ногами. Но она была не дома, поэтому двух зеленых и пушистых Майков Вазовски у кровати не оказалось. Схватив телефон, она проскользнула в ванную, чтобы привести себя в порядок. Педантичный Петя накануне вечером выдал всем по зубному набору (у его отца была стоматологическая клиника), а еще халат, пижаму и полотенце. Василиса называла это пятизвездочным сервисом.
Бесшумно пробраться на кухню, выпить стакан воды с лимоном и, возможно, найти остатки пиццы, затем вызвать такси и отправиться домой – таков был безупречный план.
Но едва войдя на кухню, Василиса поняла, что он провалился: на диване, стоящем посреди кухни-гостиной, валялся Лебедев. Лежа на животе, он сосредоточенно листал ленту соцсети. Он пока не обратил внимания на застывшую в дверном проеме Василису, так что возможность улизнуть незамеченной еще оставалась. Василиса осторожно сделала шаг назад, но тут Никита повернул голову.
– Ветрова, доброе утро, – пробормотал он, смерив ее взглядом.
– Было бы доброе, если бы тебя здесь не оказалось.
– Как всегда, дружелюбна, – заметил Никита. – Надеялась свалить, пока Петя не проснется?
– Читаешь мысли, – саркастично ответила Василиса.
– Если хочешь – уезжай, скажу, что не видел тебя.
– Что за внезапное благородство?
Василиса достала из холодильника небольшую гроздь винограда и, отрывая по одной ягоде, стала забрасывать их в рот.
– Ветрова, а кто сказал, что я тебя ненавижу?
Никита сел, откинувшись на спинку дивана. Взъерошенный, заспанный, он сверлил Василису серыми глазами.