Юлия Короткова – НеКультурные люди (страница 5)
Искра, феерия, дружба. Поскольку все мои прежние подружки в тот период пили, влюблялись и тусили до утра, а я сцеживалась, меняла подгузники и трясла до утра орущее чадо, иного расклада и быть не могло.
Мы гуляли, болтали, учились новому. Обсуждали прививки. Ржали над какашками. Сравнивали количество зубов. Детских и своих. В общем, деградировали по-мамски на полную катушку.
И когда меня позвали на нашу, внезапно! общую работу, я выслушала столько негатива, что даже немного растерялась. Маша уверяла: в этом дивном учреждении культуры царят столь бескультурные законы, что в пору бежать без оглядки. И из декрета она туда ни ногой!
Но, поскольку я-то была не богиней ведения праздников, а девочкой без планов на будущее, перспектива идти в какое-то другое место оказалась сильнее предостережений.
В тот же момент я решила испытать выражение о благих намерениях и дорогах. Я столько слышала о подработках мужа и считала, что он гениальный звукач, я столько слышала о подработках подруги, и считала, что она гениальная ведущая, что единственным логическим выходом распиравших меня чувств было уговорить их поработать на свадьбе вместе. У меня получилось.
Спустя пару месяцев моей работы в ДК, Маша тоже вышла на свое основное место. Нужда заставила. Как здорово, думала я. Муж, подруга и я – вместе работаем!
Идиллия, не иначе.
А потом случилось так, что Маше предложили провести юбилей за очень небольшие деньги. И она уговорила меня взять первый заказ. Мне было ужасно страшно – глаза Веры Ивановны взирали мне в самое нутро, как бы намекая: куда ты суешься?
Но подруга помогла фишками, подсказками, и даже одолжила свой реквизит. Своего диджея, впрочем, не одолжила – в Доме культуры был еще один звукач, наш общий товарищ Кирилл, с ним и отработали. Хоть я и волновалась, но всё прошло успешно. Гости остались довольны, и я немножко поверила в себя.
Тогда мы, четверо работников ДК, с подачи Маши, решили забацать свое праздничное агентство. Она давно мечтала о чем-то своем, а тут и команда собралась. Мы начали разрабатывать сайт, писать тексты, подбирать фотки. Было безумно интересно, и я думала: наконец я нашла свое призвание! Как прекрасно жить на этом свете!
Оплата натурой
Потом к Маше пришли еще одни постоянные заказчики, и снова юбилей – но дата у нее была забронирована свадьбой. И она предложила им наш с Кириллом тандем.
– А Юля справится? – в голосе заказчицы сквозил скепсис. – Она сможет потянуть нашу компанию?
– Конечно, не переживайте! – уверила Маша.
Позже подруга объяснила, что недоверие объясняется «своеобразным юмором», который присущ заказчикам и их друзьям по их собственному заверению.
Например, на прошлом празднике во время обычного конкурса Маша присела на корточки возле мужа моей будущей заказчицы, чтоб закатать ему штанину, а тот взял ее за голову и начал имитировать возвратно-поступательные движения.
Примерно такой поворот мог ждать и меня.
Мне снова стало страшно. Но отступать было поздно.
Итак, юбилей у «особенной» компании. Пять часов – как один. Все классные, веселые, общительные. Никаких казусов и в помине!
Праздник подходит к концу. Я даю финальное слово имениннице. По своеобразной иронии судьбы мы с ней родились в один день, и празднование выпало именно на эту дату. И вот юбилярша произносит благодарственную речь, в конце которой упоминает, что ведущая сегодня тоже именинница.
О, как было приятно то, что началось после!
Гости, ставшие за пять часов праздника родными, ринулись ко мне. Кто-то приобнять, кто-то – принести символическую рюмочку, кто-то – пожать руку.
А на десерт был супруг юбилярши. Тот самый, что с возвратно-поступательными.
Видели когда-нибудь древний массивный шифоньер из дуба? Который фиг сдвинешь, а если вдруг он упадет на тебя, то шансов выжить нет? Так вот, такой шкаф на фоне этого товарища кажется комодиком из Икеи.
Гражданин выходит меня поздравлять: уверенным движением сгребает меня в охапку и дарит горячий французский поцелуй. По-русски говоря, засасывает меня, как мощный пылесос немецкой марки. Я в его объятьях не то что трепыхнуться, вдохнуть не могу! И все три секунды, что длится поздравление, я чувствую, что жизнь из меня уходит, а конечности хладеют от мысли, чем всё это закончится.
Наконец, выпав из охапки, поворачиваюсь на именинницу – а она хохочет. И все вокруг смеются:
– Это шутка, Юля!
Так я поняла, что с юмором у меня неважно.
А еще спустя время осознала:
Когда ты выжал все ресурсы на максимум, чтоб сделать праздник, вариант благодарности с поцелуями предпочтительнее варианта с головомойкой.
Чем больше мы нашей компанией погружались в работу коллективную, тем напряженнее становились отношения личные. В один момент мы с Николаем посмотрели друг на друга и не поняли, как оказались вместе. От этих отношений каждый приобрел свое: Коля открыл мне дорогу в культуру, я – подарила ему дочь, которую он безумно любит. А еще каждому досталось по свидетельству о разводе.
Отмороженный праздник
Потом случилась предновогодка. Это то самое волшебное время, когда нормальные люди ставят елку, закупают горошек и кукурузу. А ты бегаешь, как ужаленный, и просишь у Дедушки Мороза, чтоб это поскорее закончилось. Чтоб оливье сам приготовился. И чтоб Дедушка Мороз тоже был готов, но не так, как в детстве.
Будучи Снегурочкой, я нашла себе Деда – парня с тачкой, написала сценарий, отрепетировали. В успехе я была уверена.
А утром первого дня заказов Дед пропал. Перестал брать трубку и не перезвонил позже. Возможно, отморозил уши или еще чего. История об этом умалчивает.
Но факт остается фактом – за несколько часов до первого выезда Снегурочка внезапно осиротела. А если брать в расчет, что график в тот день имел зазоры только доехать от адреса и до адреса, становилось еще печальнее.
Я позвонила Маше – та вела бесконечную череду корпоративов и абсолютно не могла решать мои проблемы. Оказавшиеся отчасти и ее проблемами тоже, так как этим вечером мы должны были развлекать народ у нее на празднике.
Благо, тогда у меня был поклонник, который сильно меня любил. Так сильно, что попроси его прооперировать левый желудочек сердца – не сможет отказать. Вот и тогда не смог, хотя, возможно, на роль кардиохирурга он подходил больше, чем на роль главного новогоднего волшебника. Не имея альтернатив, я его принарядила, попыталась прорепетировать текст, и – в бой.
Эпичность ситуации дополнял тот факт, что из-за стресса буквально за пару часов у меня село горло. А учитывая то, что вынужденный Дед Мороз способен был лишь важно стоять посреди комнаты и супить брови, наш дуэт был поистине неординарным.
Маша кричит:
– Ну что, ребята, кажется кого-то на празднике не хватает?!
Ребята нестройным хором трижды вопят: «Дед Мороз!»
В зал врывается милая Снегурка, которая внезапно прокуренным голосом матерой путаны вопрошает:
– Ждали нас?!
Ребята переводят взгляд на Деда Мороза, который поначалу семенит за внучкой, а увидев толпу – начинает пятиться назад. Весело. Жаль, дело происходит не у компании со «своеобразным юмором». Они бы оценили.
На первом корпоративе нас не вынесли на вилах только потому, что гости уже были разгорячены на полную, и этот цирк новогодних уродов их не смутил.
На втором заказе я обнаружила, что забыла подарок заказчиков дома. На третьем не могла битый час найти нужную улицу, пока не выяснилось, что клиенты находятся в 300 км от меня.
В общем, если верить тому, что «дуракам везет», в тот момент я должна была получить нобелевку. А получила в очередной раз чувство собственной никчемности.
Зато, питаясь исключительно батончиками «Баунти», в ту пору мне удалось достигнуть своей лучшей физической формы!
Увы, сколько я ни пыталась позже повторить сей успех, килограммы только прибавлялись. Пришла к выводу, что в словосочетании «красивая и умная» в моем случае оба прилагательных сосуществовать не могут. Я до сих пор помню, что такое прилагательное. Вы, наверное, уже догадались, что райского наслаждения из очередной диеты опять не получилось.
А после Нового года внезапно оказалось, что вся наша стройная праздничная компания рассыпалась. Честно говоря, выпала из нее только я.
Вроде бы со мной здоровались, разговаривали, порой улыбались. Но каждый раз в воздухе повисала какая-то неловкость и недоговоренность.
Решив, что возможно мою психику так расшатало снегурье прошлое, я пошла к психологу. Первый раз в жизни. Психолог попалась высококлассная. Выслушала сумбурную речь и начала приводить примеры неправильности моих суждений на основе историй из своей личной жизни.
«И чего вы все привязались к мужикам, что вам цветы надо? Мне вот, например, они и даром не нужны». Ну и всё в том же духе.
Закончили мы тем, что у меня слишком узкие плечи, а значит я не умею брать на себя ответственность. И мне срочно нужно походить в группу по телесной терапии. Я покивала головой, ушла и со всей присущей мне безответственностью больше не вернулась.
Хотя поход к психологу не прошел бесследно. Идея безответственно уйти засела в мозгу накрепко. И, еще немного порефлексировав в компании нерадостно улыбавшихся мне товарищей, я написала заявление на увольнение.
Две недели я сидела дома и смотрела фоточки Джейсона Стэтхема. Почему Джейсон? Не знаю. Должно быть, в тот шаткий период мне хотелось чего-то надежного, монументального и стабильного. А Джейсон во всех своих фильмах актерски стабилен до невозможности.