Юлия Корнеева – Я с тобой... Служба магического контроля. Книга 1. (страница 6)

Все напряженно пытались понять логику девушки.

— А я вам скажу кто! Это крокодил Гена из «Чебурашки»!

Все значительно протянули: «А-а-а-а…», после чего Паша заключил:

— Я же говорил, что Лизкину логику победит только бутылка.

И тут грянул дружный хохот. Так и закончился этот вечер — весело и задорно.

Как мы укладывались спать, я не помню. Утром проснулась с Лизой на одной кровати в обнимку, потому что места было мало. Оказалось, что с нами еще два тела — подруги Лизы.

День ушел на акклиматизацию и похмелье. На следующий день мы запланировали знакомство с горами и покатушки. Выдвинулись ранним утром после завтрака всем семейством.

— Лиза, а у тебя все спортсмены?

Девушка улыбнулась:

— Марин, горы — это не про спорт. Горы и любовь к спуску — это состояние души. Если честно, зимой здесь мало чем можно заняться, а лыжи или борд — самое то для всей семьи. Совместное времяпрепровождение, как говорится.

В Белокурихе оказалось несколько гор со спусками. Мы отправились на самую маленькую, где располагалась школа для новичков и начинающих спортсменов. Взяли снаряжение, прошли инструктаж. Лиза была со мной и тоже записалась на занятия — за компанию. Остальные поехали кататься без нас. Инструктор предложил сначала встать на лыжи, а потом на борд, чтобы лучше понять, что больше подходит.

Первый спуск был кошмарным. Когда мы поднялись на подъемнике, тот уже не казался мне небольшим. Лиза меня подбадривала. Сначала мы отработали с инструктором положение ног, он показал, как нужно правильно падать и как работать со снаряжением. Потом он объяснил мне, что такое «плуг» — это когда лыжи ставишь буквой v(ви), и за счет этого можно затормозить в любой ситуации, а еще попросил побороть свой страх и попытаться отработать технику. Так мы начали учиться правильно поворачивать и ездить на кантах. Я даже не заметила, как мы добрались до спуска.

Второй заезд был более уверенным, а через пару часов я уже сама съезжала, хотя и не совсем уверенно. Но мне уже не было так страшно, и я поняла, что Лиза имела в виду, когда говорила про адреналинового наркомана.

На третий день, когда я уже уверенно каталась и мне не хватало адреналина, мы поехали покорять Церковку[1]. Лиза гоняла на сноуборде по пухляку, а я — на лыжах по трассе. На пухляк заходить она мне запретила, сказав, что у меня мало опыта, и там нужна другая техника езды на лыжах.

Все каникулы мы катались и проводили все время с семьей Лизы и ее друзьями. Я попыталась встать на борд, но это оказалось совсем не мое — неудобно, когда ноги в одном положении. Я то падала вперед, то заваливалась назад, так что ни разу не получилось на нем спуститься. Впрочем, меня это не сильно расстроило, потому что лыжи мне как-то ближе стали, да и ноги себя свободнее в них чувствуют.

Позже выяснилось, что горнолыжное увлечение — это целая субкультура. Да, существует негласная неприязнь между лыжниками и бордистами. Я сначала не понимала, в чем проблема и что они делят, а потом все встало на свои места. Делят они склон. Лыжники катаются по правилам, аккуратно. Кто сверху едет — тот и виноват, поэтому они всегда следят за тем, что происходит ниже.

А бордисты — хулиганы, вылетают на тебя со спины и удирают в закат. Мне так один палки сломал кантом своего сноуборда. Недовольное ворчание слышится при каждом спуске, это идет необъявленная война лыжников и сноубордистов. Я в шутку называла Лизу ластоногой, а она пообещала на следующий год поставить меня на пухляк, и там решить, что круче — лыжи или сноуборд.

Так незаметно пролетели новогодние каникулы. Пришло время возвращаться в столицу. В Москву добирались через Горно-Алтайск. К счастью для нас, в продаже появились свободные билеты за разумные деньги. Нас поехали провожать всей толпой на трех машинах — целый эскорт. Мы тепло попрощались с родителями Лизы, и они заверили, что с нетерпением будут ждать меня в следующем году. Я так расчувствовалась: какая у Лизы прекрасная семья и хорошие друзья!

Домой мы вернулись уставшие и довольные отпуском. Начались будни, и меня направили на дополнительную практику в столичном ресторане под руководством итальянского шеф-повара.

Попала я туда благодаря моему руководителю, Леониду Николаевичу. Он был хорошо известен в ресторанном бизнесе, но не как преподаватель вуза, а как самый взыскательный критик подаваемых блюд. Леонид Николаевич Шорох вел свою страничку в социальных сетях. Там он обсуждал места, куда стоит сходить, чтобы попробовать новые блюда, и выносил свой вердикт. Основываясь на его мнении, многие выбирали то или иное заведение.

Леонид Николаевич мог возвысить простую забегаловку или уничтожить престижный ресторан. Он был неподкупен, принципиален и считал, что приготовление пищи — это таинство, а вынос блюд к столу — искусство.

По его мнению, не только блюдо должно украшать тарелку. Важную роль играет то, как его преподнесли клиенту. Самое наивкуснейшее блюдо может быть испорчено хамским отношением к гостю. Все эти нюансы Леонид Николаевич и описывал в своих статьях и рецензиях на заведения. Он даже составил собственный топ — 50 лучших заведений столицы.

Вот так я и попала на практику к шефу Александро Понтедра, который был хорошим знакомым Леонида Николаевича. Они подружились после разгромной статьи, в которой Леонид Николаевич раскритиковал Александро, упрекнув его в неумении готовить простой борщ. В конце статьи он добавил, что если Александро захочет, то его с радостью посвятят в тонкости русской кухни, а тот взял и согласился. После этого о нем начали писать в столичных газетах, и ресторан стал популярным. Так он сам стал знаменитым, а после этой истории мастера кулинарного дела сдружились.

Глава 4. Смерть и спасение

Лиза, настоящее время

— Господи, — простонала я. — Почему так рано эта зараза звенит?

Ужас какой… Будильники и ранний подъем придумали изверги. Мне так лень вставать, как же быстро закончились каникулы. Благо, совещание можно и дома провести, но все равно нужно встать с кровати.

— Шесть утра, я умру быстрее, чем проснусь, — простонала я снова. — Ладно, прилягу на пять минуточек, а потом точно соберу себя в кучку и пойду приводить себя в порядок.

Через полчаса мой сон потревожил робкий стук в дверь.

— Лизуль, ты вчера просила тебя разбудить, — позвала Марина.

— Да, я уже почти встала, — отозвалась я и опять прикрыла глаза.

— Лизунчик-к-к, — не унималась та. — Давай, просыпайся!

Марина зашла в мою комнату, коварно стянула с меня одеяло и унесла. Выходя из комнаты, она громко произнесла:

— Давай, соня, просыпайся! Успеешь со мной позавтракать.

Еда! Волшебное слово. Ну и без одеяла в прохладном помещении особо не разлежишься. Я вскочила, потянулась и быстро запрыгнула в домашние штаны, которые стали мне явно тесноваты.

— Так… — задумчиво протянула я, а затем вбежала на кухню и Марине с порога заявила: — У меня жопа выросла на твоей еде!

Марина улыбнулась.

— А без моей еды у тебя бы в скором времени гастрит появился со всеми вытекающими. Смотри, Лиз, у меня-то с фигурой все пучком, а знаешь почему?

— Почему?!

— Потому что я, в отличие от тебя, сиднем дома не сижу. Ты даже прогулки в парке забросила. Тебе нужно хотя бы абонемент в спортклуб взять. Должна же быть хоть какая-то нагрузка на организм.

— Ладно, я подумаю над нагрузкой. А сейчас давай завтракать, а то мне еще к совещанию нужно подготовиться.

Марина

Вернувшись вечером домой, я не обнаружила там Лизу. Хорошо, если она пошла гулять в парк, как раз аппетит нагуляет. А я пока на скорую руку полезный ужин приготовлю. Пока я готовила, в дверь позвонили.

— «Лизка, наверное, ключи забыла, или я на щеколду закрыла», — подумала я и поспешила к двери.

Когда я ее открыла, на меня пахнуло морозом, и в коридор влетела Лиза.

— Ты чего так долго шла? Я ужасно замерзла!

Я даже пару слов не успела произнести, как Лиза распахнула пуховик и достала из-за пазухи увесистый комочек — щенка золотистого ретривера.

— Вот, смотри, Марин!

— Лиз, это что?

— Это, Марина, наша нагрузка на фигуру в любую погоду.

— Я не буду с ним гулять, — быстро открестилась я.

Зная Лизку, ее порыв пройдет, а любовь останется. Вся ответственность за прогулки ляжет на меня, поэтому нужно сразу распределить обязанности.

Лиза нахмурилась и тихо буркнула, словно обиженный ребенок:

— Злюка… — но тут же ее настроение сменилось, и она вручила мне щенка со словами: — Ну посмотри, какой он миленький. Теперь он наш новый член семьи, — постановила она твердо.

Я улыбнулась и сказала:

— Давай, Лиз, раздевайся и проходи на кухню. Будем ужинать и имя придумывать новому жильцу.

Вот так неожиданно у нас появился Рей. Он вырос красивым псом, правда ел много, как пылесос. Аллергиком жутким был и страдал от этого. Сидел на жесткой диете, а однажды нам пришлось целую неделю ездить в ветеринарную клинику из-за маленького кусочка колбасы. Еле спасли. Там и аллергия вылезла, и гастрит, и воспаление кишечника.

Теперь он у нас ест только специализированный корм, и мы больше не ведемся на его жалобные глаза. С прогулками все решилось само: у кого было время, тот и гулял. Наш новый член семьи, конечно, пока вырос, обоссал все и много обуви погрыз. Но мы его все равно любили.

Настало лето, и мы стали планировать отпуск Лизы, чтоб съездить ко мне в деревню. Встал вопрос: брать Рея с собой или нет? Решили оставить его на няню в собачьей гостинице, там и кинолог с ним поработает. Все складывалось очень удачно. Пока мы будем отдыхать, наглую морду уму-разуму научат. А то он веревки из нас вьет.