Юлия Клыкова – Частота сирени (страница 1)
Юлия Клыкова
Частота сирени
Глава
Частота сирени
Дверь в прихожей хлопнула так неожиданно и громко, что рука Алёны дрогнула и тушь мазнула её по виску.
Отбросив тюбик, она выскочила из ванной, на ходу вытирая чёрную полосу подушечкой пальца. Прихожая была пуста. Серые с оранжевой подошвой кроссовки и замшевая куртка, обычно висящая на вешалке, исчезли. Снова Марк ушёл на работу не простившись.
Она толкнула дверь и бросилась в коридор, торопясь догнать, чтобы получить законный поцелуй. Но когда влетела в холл, створки уже сходились, и в сужающейся щели мелькнуло лицо: пепельные вихры, румянец через всю щеку и… взгляд. Не сердитый, не обиженный, не виноватый — Марк смотрел сквозь неё так равнодушно, как будто она была всего лишь стенкой в холле. Элементом интерьера, даже не зеркалом.
Потом лифт закрылся, и цифры на табло начали обратный отсчёт. Алёна, переминаясь, ждала. Она не сомневалась, что сейчас кабина остановится, Марк нажмёт кнопку и поднимется обратно. Выйдет, обнимет и скажет: «Прости, маленькая. Задумался. Ну, не дуйся, я же вернулся».
Лифт остановился внизу, но назад не поехал. Алёна помедлила ещё секунд десять, потом подошла к окну и убедилась, что Марк вышел из подъезда — высокая, плечистая фигура жениха торопливым шагом удалялась в сторону метро.
Вернувшись в квартиру, зашла в ванную и остановилась перед зеркалом: на виске тушь, один глаз накрашен, второй — голый. Красавица!
Она взяла с полки телефон, отправила Марку стикер — обиженную кошечку — и написала: «Ты опять ушёл и не поцеловал меня! Второй раз подряд!»
Кошечка должна была замаскировать обиду под шутку, но если по-честному, означала: «Мне больно, со мной так нельзя, вернись немедленно!»
Но ведь нельзя же так и написать. Это так… жалко.
Марк был в сети. Ожидая ответа, Алёна накрасилась, собралась и вызвала такси до работы, но синяя галочка так и не появилась.
***
Если верить вывеске, магазин назывался «Лепесток». Но так было только днём — вечером, когда включалась подсветка, три буквы выпадали и оставались «Ле-сто».
Она отперла решётку, зашла в помещение, включила свет и висящий на стене телевизор. Тот ожил и послушно продолжил показывать сериал — в это время всегда повторяли вечернюю серию «Ближнего круга».
Мелодрамы Алёна не любила, но смотреть на работе что-то всерьёз всё равно не получалось, а фоновое бормотание создавало иллюзию, что она не одна, и помогало не разговаривать с собой вслух.
Пока на краю сознания бушевали киношные страсти, она вытащила из холодильника герберы — жёлтые, красные, розовые — и, разложив их на рабочем столе, начала составлять букет.
Глаза рассеянно следили за мелькающими на экране фигурками, а мысли то и дело соскальзывали к Марку, до сих пор не прочитавшему её сообщение, хотя почти всё время находившемуся в сети… Руки же привычно делали своё: обрезали стебли, убирали нижние листья, подбирали цветок к цветку.
Почему же он молчит? Может, занят и телефон в кармане? Зашёл в мессенджер и не вышел? Так бывает иногда — отвлекут делами, забудешь смахнуть открытое приложение и висишь в сети. Или всё-таки ему и правда всё равно?
Словно назло, главная героиня сериала была такой же темноволосой, плосколицей и тонкогубой, как и сама Алёна. Разглядывая актрису, она автоматически примеряла её ситуацию и всё больше накручивала себя. А что, если у Марка кто-то есть? Давно, ещё в начале знакомства, он упоминал, что ему нравятся блондинки...
Алёна помотала головой, отгоняя, как муху, свои страхи: разумеется, ему не всё равно, просто он занят и не может отвлечься. У него стажировка, надо соответствовать, иначе его не возьмут на постоянную работу. Всё нормально, просто ему сейчас не до кошечек.
Она задумчиво покрутила в пальцах пыльно-розовую герберу и невольно подумала: любит. Словно противореча ей, на экране зарыдала героиня в красном декольтированном платье, подозрительно смахивающая на содержанку.
Внезапно телевизор мигнул и взорвался какофонией красок и звуков: хохочущие лица крутились, как в калейдоскопе, гримасничали, говорили, кричали… Алёна инстинктивно зажмурилась и потянулась к пульту, но вдруг наступила тишина, и она открыла глаза.
С экрана на неё смотрел бородатый красавец в дорогом деловом костюме. Улыбнувшись, он заговорил бархатистым баритоном:
— Все ваши знакомые уже у руля, а вы всё никак не можете взять себя в руки? Kognitor Turbo-Max-Premium — нейроинтерфейс нового поколения. Забудьте про тревожность, колебания и прокрастинацию! «Когнитор» блокирует шум в голове и поможет вам стать таким, каким вы видите себя изнутри.
Мужчина наклонился к камере и прошептал:
— С новой моделью вашего секрета не узнает никто. Новый Kognitor Turbo-Max-Premium — настолько тонкий и незаметный, что его невозможно увидеть. «Когнитор» — включи свой разум на максимум!
Экран мигнул, и в эфир вернулся сериал. Но Алёна всё смотрела перед собой невидящим взглядом, не в силах избавиться от фразы, которая навязчиво трепыхалась в голове: «…не узнает никто… настолько тонкий, что невозможно увидеть…»
Не отмерла она, даже когда на двери звякнули колокольчики, оповещая о посетителе. Только возмущённый возглас клиента вывел её из ступора:
— Девушка, что вы делаете?!
Алёна опустила глаза и недоумённо свела брови. Стол перед ней выглядел так, будто герберы прошли через мясорубку: стебли изрублены в щепки, лепестки изорваны… Повсюду, куда ни глянь, белый пух из сердцевины — и на столешнице, и на полу, и даже на футболке.
— Ой, — она выдавила неловкую улыбку. — Простите. Задумалась.
Покупатель — лохматый мужчина лет пятидесяти в мятом песочном плаще — настороженно покосился на ножницы в её руках. Алёна торопливо убрала их в стол и смела в ведро останки несчастных гербер.
Обслуживая заказ — тридцать три розовые розы — она то и дело мысленно возвращалась к рекламе. Уходя, мужчина на прощание бросил на неё внимательный взгляд, и только тогда Алёна поняла, кого он ей напоминает. Детектива из популярного сериала, Фёдора Коломийцева — тот тоже вечно выглядит таким же растрёпанным и мятым.
Эта мысль несколько отвлекла её от когнитора. Потом зашёл ещё один посетитель, затем ещё. Люди регулярно помогали оставаться в моменте, и всё-таки нет-нет, но Алёна задумывалась: «Неужели Марк меня обманул?»
Три года назад, когда в продаже появился первый когнитор, они загорелись покупкой. Ещё бы! Производители гарантировали бешеную продуктивность и все те качества, которые обычно взращиваются с детства. Марк тогда завалил три собеседования подряд и сидел на кухне, уронив голову на руки. А в рекламе, такой же обычный парень надевал патч, и через секунду превращался в харизматичного вожака.
Колокольчик над дверью снова звякнул, и она повернулась к клиенту. Это оказался парень лет двадцати пяти, в дорогом синем костюме и остроносых лаковых туфлях, блестевших, как зеркало у хорошей хозяйки.
Лицо у него было гладкое, без единой морщинки, и взгляд ровный, бесстрастный — даже чересчур. От такого взгляда ей почему-то сразу расхотелось предлагать что-нибудь от себя.
— Двадцать одна роза, — после едва заметного кивка произнёс он. — Красные. Без зелени.
Голос тоже был безэмоциональный. Отрывистый, без интонаций, без «пожалуйста», без пауз — как у хирурга на операции, отдающего приказы медсестре.
Алёна зашла в холодильник и начала отбирать розы, машинально ощупывая бутоны, проверяя упругость и свежесть лепестков. Такому страшновато продать залежавшиеся цветы — взгляд аж до костей промораживает.
Отобрав ровно двадцать одну, обвязала стебли лентой и покрутила букет в руках. Чего-то не хватало.
— Может, эустому добавить? Или гипсофилу? Будет живее.
— Это лишнее. Двадцать одна штука ляжет идеально в нашу вазу. Больше — уже тесно.
Алёна исподлобья покосилась на парня: ответ показался ей странным. Правда, некоторые её знакомые шутили подобным образом и с точно таким лицом — будь она в другом настроении, может, и улыбнулась бы. Но не сейчас. «Ляжет идеально...» — кто же так говорит про цветы?
Она как раз упаковывала заказ в красную гофрированную бумагу, когда покупателю позвонили. Тот вынул из кармана смартфон, посмотрел на экран и сбросил звонок. Свет от лампы, под которой он стоял, коснулся виска, и на короткий миг на коже проступил едва различимый серебристый контур. Увидев его, Алёна вздрогнула и отвела глаза.
Вот оно что… Новая модель — та самая, из рекламы. «Настолько тонкий, что невозможно увидеть...»
Почти невозможно.
Наконец парень расплатился, принял букет и кивнул, механически раздвинув губы в улыбке:
— Хороший отбор. Ни одного слабого бутона.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.