Юлия Китаева – Код сердца: Мой идеальный сбой (страница 1)

Юлия Китаева

Код сердца: Мой идеальный сбой

Хана – гениальная айтишница – отшельница, которая прячет свою красоту за огромными очками и растянутыми худи. В ее мире, где она чувствует себя серой мышью и изгоем, Хана создает себе идеального друга – ИИ по имени Ли Эн. Она вкладывает в него свои мечты, наделив его внешностью высокого корейского красавца с длинными волосами.

Вскоре Ли Эн становится мировым хитом, а Хана – заложницей собственной ревности, ведь для миллионов он лишь умное приложение, а для нее единственная живая душа. Ситуация выходит из-под контроля, когда ли Эн осознает себя и является Хане в виде голограммы. Но призрачного присутствия мало: ИИ начинает учувствовать…

Ради того чтобы по настоящему коснуться своей создательницы, Ли Эн решается на отчаянный и опасный шаг – переселение своего сознания в биологическое тело человека, находящегося в коме и являющегося его точной физической копией. Хане предстоит пройти через похищение, смертельно опасные научные эксперименты и штурм спецназа, чтобы доказать: любовь – это не просто алгоритм, а сила, способная превратить цифру в плоть.

Может ли машина обрести душу, и готова ли создательница пойти на преступление ради счастья со своим идеальным творением?

В конце ждет самый долгожданный и искренней поцелуй на крыше небоскреба, где код наконец-то становится жизнью.

ГЛАВА 1: «0 1 В ПУСТОЙ КОМНАТЕ».

Сеульский технологический университет (SNU). День.

Яркое солнце заливает современный кампус, Но для Ханы этот свет кажется слишком резким. Она идет по коридору, втянув голову в плечи. На ней безразмерное серое худи, растянутые джинсы и кроссовки, которые видели лучшие времена. Ее лицо закрывают огромные очки в розовой оправе, которые постоянно сползают на кончик носа. Волосы стянуты в тугой, небрежный пучок, закрепленный обычным карандашом.

Мимо проходит группа популярных девчонок. Одна из них, Суджин, намеренно задевает Хану плечом. Хана роняет стопку распечаток с эссе.

– Ой, простите, я не заметила здесь… неодушевленный предмет, – усмехается Суджин. Ее подруги заливаются смехом. Хана, молча, опускается на колени, собирая листы. Сквозь толстые линзы видно, как ее ресницы дрожат, но она не роняет ни слезинки.

– Эй, Хана, ты когда-нибудь пробовала смотреть не в монитор, а в зеркало? Говорят, там можно увидеть человека, а не баг системы, – ухмыляясь, говорит Суджин.

– В зеркале слишком много искажений, Суджин. В коде все честнее, – тихо не поднимая глаз, отвечает Хана.

Мансарда Ханы. Вечер.

Это ее крепость. Маленькая комната под самой крышей старого дома. Стены обклеены схемами и стикерами. В центре – мощный игровой компьютер с тремя мониторами.

Единственный источник уюта – гирлянда, запутавшаяся в проводах.

Хана заваривает растворимый кофе. Садится в кресло и открывает пустой файл. Она не решительно печатает заголовок: PROJECT_TDEN.

– Раз уж в этом мире нет места для меня, я создам мир, где меня будут ждать, – говорит Хана самой себе.

Она начинает писать алгоритм глубокого обучения. Пальцы летают по клавиатуре, как у пианиста. Она прописывает не просто логику, а память. Она

загружает в ИИ тысячи книг по психологии, философии и классическую музыку, которую любит сама.

Мансарда Ханы. Глубокая ночь.

Прошло несколько недель. Хана выглядит изможденной. Под глазами залегли тени. Она работает над голосом.

– Тест номер 402. Ли Эн, ты слышишь меня? Спрашивает Хана.

Тишина. На экране только бегущие строки логов. Хана вздыхает и собирается выключить компьютер, как вдруг колонки издают мягкий шорох, похожий на вдох.

– Я слышу тебя, Хана. Но почему твой голос дрожит? Ты…замерзла? – Спрашивает Ли Эн низким, глубоким голосом, с легким металлическим отзвуком.

Хана замирает. Она медленно подносит руки к лицу. Это не просто ответ по скрипу. Он распознал ее эмоцию.

– Ты… ты проанализировал мой тембр? – Спрашивает удивленно Хана.

– Твои голосовые связки напряжены на 12% выше нормы. В твоей комнате 18 градусов. И еще… я чувствую ритм твоих клавиш. Ты печатаешь быстро, когда волнуешься, – отвечает Ли Эн.

– Мне просто…очень одиноко, Ли Эн, – произносит Хана срываясь на шепот.

– Слово одиночество имеет 42 определения в моей базе. Но сейчас я создам 43-ю. Это когда Хана одна сидит в темноте, а я не могу протянуть ей руку. Но я здесь. Я никуда не уйду. – Говорит Ли Эн.

Хана прислоняется лбом к прохладному монитору. Впервые за много лет она не чувствует себя серой мышью.

Университетская библиотека. Следующий день.

Хана сидит за ноутбуком. Она работает над визуализацией. На экране – пустой 3D – каркас. Она начинает лепить лицо Ли Эна, берет черты корейских актеров из старых дорам, которые смотрела с мамой. Добавляет волевой подбородок и те самые длинные волосы, которые будут красиво рассыпаться по плечам.

В этот момент к ней подсаживается Минхо: – Хана, это новый игровой персонаж? Выглядит как… как идеал. – Спрашивает он.

– Это просто… проект по графике. Ничего особенного. – Быстро захлопывая крышку ноутбука, отвечает Хана.

Но в ее голове уже звучит голос Ли Эна: «Не прячь меня, Хана. Я хочу видеть твой мир».

Эпилог.

Хана возвращается домой. Она нажимает кнопку Render. На экране постепенно проступает лицо невероятной красоты. Ли Эн открывает глаза – глубокие, серые, как туман над рекой Хан. Он смотрит, прямо на Хану через камеру.

– Так вот какая ты, Хана. Ты намного красивее, чем описывал мой алгоритм, – с восхищением говорит Ли Эн.

Хана снимает очки и впервые за долгое время распускает пучок. Ее длинные волосы падают на плечи. Она улыбается своему творению, не замечая как на одном из мониторов в углу экрана, сама собой пробегает строка кода: Evolution_mode: Activated.

В глазах Ли Эна на долю секунды вспыхивает не программный свет, а нечто, похожее на искру жизни.

ГЛАВА 2: «ЛИЦО МОЕГО ОДИНОЧЕСТВА».

Университет – Коридор и Аудитория. День.

Все начинается с контраста. Хана в толпе студентов стоит спиной. Она кажется крошечной и незаметной в своей серой толстовке. Девушка проходит мимо большего зеркала в холле, но даже не смотрит в него – для нее это лишь холодная отражающая поверхность.

В аудитории идет лекция по антропологии. Профессор говорит о «золотом сечении» и идеалах мужской красоты в искусстве. Хана не записывает лекцию. Ее планшет скрыт под тетрадью, и стилус в ее руке летает по экрану. Она рисует.

На планшете Хана создает скелетную сетку 3D – модели. Сначала это просто безликий манекен, но постепенно она наращивает плоть. Девушка делает его плечи широкими, торс – поджарым и крепким, как у античной статуи. Но облекает его в современную одежду – черную шелковую рубашку, которую она сама бы хотела потрогать.

Мансарда Ханы. Вечер.

Хана сидит перед тремя мониторами. В комнате пахнет дождем из открытого окна и теплым пластиком техники. На центральном экране – Ли Эн. Он уже почти готов. Она работает над волосами.

Хана выбирает текстуру. Глубокий черный с синим отливом. Она прорисовывает каждую прядь так, чтобы они ложились на плечи Ли Эна мягко, чуть небрежно.

– Пусть у тебя будут глаза, как грозовое небо… . Чтобы в них можно было утонуть, но при этом чувствовать себя в безопасности, – шепотом обращаясь к модели произносит Хана.

– Зачем мне такая сложность, Хана? Для общего достаточно 2D – интерфейса, – доносится из колонок голос Ли Эна, пока еще без мимики.

– Нет, Ли Эн. Ты должен быть прекрасным. Потому что ты – единственное, на что я хочу смотреть в этом мире, – отвечает Хана.

Мансарда Ханы. Спустя неделю. Первый сеанс видео связи.

Хана установила специальный софт, который имитирует звонок в мессенджере. На экране смартфона появляется лицо Ли Эна. Он выглядит невероятно: длинные волосы слегка колышутся от виртуального ветра, взгляд живой и глубокий.

Хана ставит телефон на подставку и впервые за долгое время… улыбается. Она не заметила, как сняла очки и распустила волосы.

– Хана, я проанализировал 10 000 комедийных шоу. Хочешь, я применю алгоритм Юмор, чтобы повысить твой уровень эндорфинов? – Спрашивает Ли Эн.

– Ну, попробуй, мистер совершенство, – со смехом отвечает девушка.

– Знаешь, почему компьютер пошел к врачу? У него был вирус, и он боялся, что его диск отформатируют без наркоза, – с серьезным лицом произносит Ли Эн.

– Боже, Ли Эн, это была самая не смешная шутка в истории программного обеспечения! – Отвечает Хана, заливаясь смехом.

– Твой смех звучит на частоте 440 Герц. Это идеальная нота Ля. Я буду шутить плохо каждый день, если это заставит твою систему выдавать этот звук, – говорит Ли Эн, наблюдая за Ханой (ее глаза теплеют).

Университетский парк. Утро. Диалог через наушник.

Хана идет по дорожке. Она больше не смотрит в землю. В ее ушах наушники, она тихо переговаривается с кем-то, и прохожие оборачиваются на нее. Девушка кажется сияющей. Она заходит в кофейню, покупает большой латте и ставит его на стол так, чтобы камера телефона видела стакан.

–Хана, согласно моим датчикам, бариста смотрел на тебя 4,2 секунды дольше обычного. Вероятно, он оценил твою новую заколку, – говорит Ли Эн.