Юлия Кажанова – Слепая страсть (страница 12)

– Маленькая, мне нравится твоё упрямство и сопротивление, но только если это в меру! А сейчас побудь хорошей девочкой, – и властно накрывает мои губы своими.

Пытаюсь сопротивляться и даже сжимаю уста, но Ник прёт похлеще танка. Его язык уверенно вторгается мне в рот и начинает там хозяйничать, пробуя меня на вкус, а я вынуждена сдаться. Умелые руки ласкают грудь, талию, спускаются по оголённым ножкам. Мне остаётся только упираться в могучую грудь и пытаться хоть на миллиметр, но отодвинуться. Спустя несколько минут я понимаю, что это бесполезно. Мужчина полностью управляет ситуацией и позволяет мне делать только вздохи.

Решаю прибегнуть к другой тактике, ведь все мужчины охотники, а безропотная и податливая добыча не так интересна. Замираю, надеясь, что ему надоест, и это, кажется, работает. Ник отстраняется и пристально смотрит мне в глаза. Убирает свои ручища и ставит их по обе стороны от меня.

– Ева, ты, кажется, не поняла, что должна делать!

– Как об этом забыть, если ты всё время об этом говоришь?

– Тогда почему ты сопротивляешься?

– А мне не был оглашён весь список того, что я должна делать. Одеваться как шлюха – было! Носить пыточную обувь – тоже! Ты даже упомянул про то, что мне надо улыбаться и, кажется, раздвигать ноги. А вот отвечать на поцелуи уговора не было! Так же, как и делать вид, что мне всё нравится. Если не устраивает, я с радостью вернусь домой! – выдаю залпом и вижу, как жилки на его шее вздуваются, а руки сжимаются в кулаки.

– Всё сказала?

– На сегодня – да!

– Отлично! Тогда и про наказание ты помнишь! – с меня снимают очки, и вся бравада вмиг исчезает. Огромный дом становится ещё больше, а рояль, на котором я сижу, оказывается единственным предметом, на который я могу опереться.

– Вот тебе урок! Будешь до вчера ходить так! – я чувствую, как мужчина отступает от меня, а потом слышу шаги. Он решил оставить меня одну там, где я не ориентируюсь?

– Увы, я поняла только одно, – говорю тихо, приседая на пол и ища лавочку.

– Какую?

– Ты ничем не отличаешься от детей в школе, которые очень любили игру «Забери у Евы очки и посмотри, как она выкарабкается». Такой же жестокий, – боль от прошлого опять пробуждается в груди, и на меня накатывают воспоминания.

– Я со всеми жестокий. Ева, радуйся, что отделалась так легко. Другие люди, которые дерзят мне или решают пойти против, пропадают, и их не находят!

– Так и я уже пропала для всего мира.

Приподнимаю лавочку и пододвигаю её к роялю. Устала я от наших препирательств, пусть делает что хочет. Мне же лишь нужно всё это пережить, а потом забыть как кошмарный сон.

Николай ничего не отвечает, а только хлопает дверью и уходит. Я же сажусь за рояль и решаю просто поиграть. Что ещё делать в этом доме и в моём положении?

Но одно я уясняю: нужно не злить хозяина и не нарываться на штрафы, ведь слепой не сбежать. Да даже зрячей это будет сделать сложно, а значит, нужно всё как можно скорее изучить. Плюс слова Николая о том, что происходит с теми, кто идёт против него… Как бы всё ни сложилось, я хочу выжить!

В комнате я просидела больше двух часов. Играла, пока всё напряжение не испарилось, а потом попробовала выйти, но вот проблема – дверь оказалась запертой! Я и так нашла её не сразу, а потом ещё долго дёргала за ручку. И всё без толку.

Супер, это у него такое наказание? Запереть слепую в комнате! Думает, сбегу? Или я на ощупь должна взломать замок?

Сужусь на пол у стенки и, прикрыв глаза, слушаю, что творится по ту сторону. Кто-то бегает, смеётся, люди переговариваются, но всё далеко от этой комнаты. Можно, конечно, подойти к окну и попробовать позвать на помощь, но, чувствую, мне не помогут. Даже кричать и бить в дверь бесполезно. Слово начальника – закон!

Не знаю, сколько времени проходит, но в горле пересыхает, а ещё я начинаю замерзать. Платье тонкое, плечи обнажены, да и в комнате довольно прохладно. Возможно, где-то открыто окно, но искать на ощупь форточку бесполезно. Здесь потолки под пять метров, мало ли на какой высоте что открыто. Да и ни одеяла, ни дивана нет. Даже кресла!

Обхватываю себя за плечи, чтобы хоть как-то согреться, и, закрыв глаза, представляю свою квартире, где всё знакомо и дорого сердцу. Где нет пугающего страха, а воспоминания связаны с любящей сестрой. Как мы танцевали, готовили, пробовали различные блюда и мерили наряды. Как смотрели фильмы и от смеха кидались в телевизор попкорном.

В приятных воспоминаниях я пребываю ещё где-то пару часов, а может, и больше. Даже засыпаю, но пробуждаюсь от накатившего холода. Поджимаю заледеневшие пальчики и стараюсь хоть как-то укутать их в тонкой ткани.

В комнате начинает темнеть, а значит, я провела здесь ведь день. А это больше десяти часов! Интересно, меня выпустят сегодня или уже завтра?

– Насколько же ты жесток, Николай! И что меня ждёт дальше?

Глава 12

Николай

Какая же она упрямая! Да и вообще, чтобы я уламывал девушку на близость… Да такого… Да никогда такого не было! А тут королевна нашлась. Ничего, пусть посидит и подумает. Глядишь, поразговорчивее будет. А если что, Егор её проводит. Я специально оставил его в коридоре, но просил к комнате не приближаться. Когда Ева попросит, он поможет. Или она и в этом гордая?

Чеканя шаг, поднимаюсь в свой кабинет, где ознакамливаюсь с бумагами, присланными Артуром. Параллельно пишу двум любовницам, которые не против поработать вместе. Одной мне точно будет мало. Допекла уже эта Ева.

Но стоит прикрыть глаза и вспомнить, какая же она сладкая, член встаёт колом. Да я с трудом сдержался, мог и прямо там на малышку накинуться. Но нет, решил дать ей время. А сейчас понимаю, что зря. Не хочет она меня, что уму непостижимо!

Ничего, и не таких ломал.

Бумагам я посвящаю часа три, а потом спускаюсь на обед и вижу одинокого Игната.

– А где самая голодная личность? – спрашиваю и заглядываю в коридор, где неподалёку от музыкальной комнаты в кресле сидит Егор.

Охранник тут же встаёт и смотрит на меня. Подзываю его, а сам слышу звуки музыки. А она точно любитель поиграть.

– Сэр, – Егор склоняет голову, а я киваю ему на стол.

– Поешь. Кто знает, сколько эта гордячка ещё будет там сидеть.

Без посторонних людей мы спокойно обсуждаем поездку, маршрут и количество охраны. Я, конечно, могу и сам справиться, но если что-то пойдёт не так, потребуются силы, чтобы подавить бунт. А я уже научен опытом. Лучше подстраховаться, чем умереть.

– В квартире всё в порядке?

– Да, там уже делают уборку.

– На завтра больницу подготовил?

– Связался с ними и предупредил всех врачей. Сделают всё быстро и проверят от волос до ногтей на пальцах. Также парни уже нашли её медицинскую карту и везут нашим специалистам.

– Отлично! – люблю, когда все работают чётко. Только вот Ева явно не вписывается в общую картину, так и норовит всё сломать.

Обед заканчивается, и я решаю прогуляться. А заодно проверить, как там девушка. Затаиваюсь у двери и слышу то музыку, то затишье. А ещё – периодические шаги по комнате. Главное – чем-то занята. Значит, всё в порядке.

Поднимаюсь в её комнату, где горничные собирают подаренные мною вещи, которые гостья раскидала по всем углам. А я ведь потратил на это немало времени. Захотелось самому всё выбрать! А она, наглая, не ценит моей заботы.

– И как мне тебя приручить?

Решение приходит само.

– Девушки, все вещи Евы перенесите в мою комнату. Какое-то время она поживёт у меня.

Никто не спорит, хорошие волчицы. Они, в принципе, и работают у меня, так как не болтают и чётко исполняют приказы. Возможно, кому-то я покажусь излишне требовательным и даже жестоким, но неженке не удержать стаю, пусть и не такую большую, как моя. А она и не должна быть иной, ведь я каратель. Мне вообще не следовало брать ответственность за других, но пару жизней назад я посчитал это отличным средством от скуки. Я умирал, а стая каждый раз ждала своего альфу. И за такую преданность я готов в клочья рвать врагов и всех, кто хоть слово скажет против моих ребят.

Несколько телефонных разговоров, пара видеоконференций, решение проблем стаи – и вот день подходит к концу. Нам уже накрыли ужин, а девушка так и не появляется!

Даже Игнат начинает поглядывать в сторону музыкальной комнаты. Не умерла же она там.

Волк опять подаёт признаки жизни и чуть ли не требует пойти и проверить Еву. Ему что-то не нравится. И мне тоже. Почему она сидит в комнате? За весь день даже стакана воды не выпила. Или всё же выходила?

Егор, стоявший на страже, утверждает, что девушка никого не звала, ни о чём не просила и комнату не покидала.

Ладно упрямство, но она что, дура? Это бунт?

– Подождите, я сейчас подойду, – встаю из-за стола и гневно кидаю салфетку.

Быстро добираюсь до музыкальной комнаты и прикладываю палец к сканеру. Загорается зелёная лампочка, и дверь открывается. Дом у меня умный, всё автоматизировано, чтобы в случае появления нежданных гостей те не могли пройти дальше коридора.

Открываю дверь шире и понимаю, что в комнате темно, а Евы не видно. Сбежала? Но охрана же была рядом.

Уже хочу уйти, как неожиданно обнаруживаю малышку. Она сидит на полу, обхватив коленки руками, и смотрит в никуда.

– Ева, а что ты делаешь? – спрашиваю взволнованно, приседая рядом с ней, и касаюсь её рук.

Да они же ледяные! Сама девушка тоже выглядит бледной и какой-то потерянной.