Юлия Кажанова – Пташка для тигра 2 (страница 9)
– А вдруг я сделаю что-то неправильно? И если ген не подействует? Кристиан знает об этом больше и, если что, подстрахует, – я боялся оплошать, хоть и понимал, что надо действовать сейчас. Люк прав, у древних никто не скрывает свой сущности, и когда она увидит многочисленные обращения, надо, чтобы она была к этому готова, а не пряталась в комнате, проклиная нас.
– Как? Подержит её, чтобы не вырывалась? Я говорил с Дэрреком на эту тему, и он сказал, что именно ты должен это сделать. Случай с переливанием крови в дальнейшем – уже другое. Да и, если честно, ты уверен в ней? Слабая да хилая, а что, если не переживёт?
– Должна пережить! Ладно, сделаю это на днях, действительно, незачем откладывать, – с Дэрреком я тоже говорил, и он поделился ценной информацией. Чтобы понять, совместима Аня со мной или нет, надо дать ей немного своей крови. Если она усвоит её нормально, то можно попробовать и поставить метку, но перед этим надо бы рассказать про наш вид, и обернуться.
– Тогда давай, нечего медлить. Честно говоря, забавно было наблюдать, как она с охраной в животных играет. И давно это у вас? Удивлён, почему она не шарахается, а обнимается с ними, да ещё и отчитывает, – рассмеялся друг, принимая бокал с виски.
– Я отдал приказ, чтобы охрана ходила и в таком облике, пусть привыкает. Первые дни она, и правда, шарахалась, думала, её съедят, но вот прошло несколько недель, и результат налицо, – я гордился Аней. Она приняла всех и уже не боялась. А как к ней любил бегать мой тигр, не передать словами!
Иногда, приезжая днём, менял ипостась и лежал с ней под деревом, пока она читала. Её ручки гладили зверя, и он довольно урчал, лёжа у неё на коленках.
– Идея отличная, но время поджимает, – это я тоже хорошо знал, но ведь есть целая неделя, думаю, через пару дней раскрою себя.
– Ты останешься? Присмотришь за ней? Мне надо закончить пару дел перед тем, как уезжать. На носу крупная поставка оружия, надо проконтролировать, – личная жизнь, конечно, хорошо, но и о работе забывать не надо.
– Конечно, может, пару фильмов по нашей теме подкину, вдруг и так всё поймёт. Удивительно, что она ещё не догадалась.
– Рома сказал, что все животные – плод генной инженерии, поэтому такие крупные и понимают речь, – выдал версию дворецкого, которую тот преподнёс без моего одобрения.
– Теперь понятно! В принципе, он прав, мы генетически разные, а кто уж нас создал, тот точно проводил опыты. Попробуй объяснить ей всё с этой точки зрения, девушка ведь не глупа, да и к тебе она привыкла. В общем, дерзай, а я с радостью помогу!
– Спасибо! Ладно, пошли поедим, а то я с утра не ел.
В столовую мы спустились, а Пташки ещё не было. Что-то она долго.
– Андрей, сходи за Аней, – отдал приказ охраннику, появившемуся в столовой. Видно, у них тоже время обеденное.
– Конечно, – ответил и убежал наверх.
Стол был накрыт на троих, и мы сразу заняли свои места. Пока девушки не было, обсудили ещё парочку дел, ради которых Люк и приехал. Секты, которые похищали представителей нашего вида, до сих пор существовали, и мы пытались их вычислить.
Если раньше их спонсировали законники, то теперь они стали принимать помощь и у сомнительных лиц, а там их ждал я. Мои заданием было находить всех потенциальных клиентов, которые интересовались опытами над животными и над волками.
Пару раз сектанты выходили и на меня, предлагали спонсировать эксперименты для вывода сильных солдат. Они бы были ловчее, выносливее, да и к ранам был бы иммунитет. Другие предлагали мне сыворотку долголетия, только вот я и так проживу ещё столетия, но клиенты этого не знали. Так что были быстро схвачены и отправлены к моему начальству.
Не все в нашем мире могут быть чистенькими и вести легальный бизнес, кто-то должен быть в тени и страховать оттуда. Одним из таких был я.
К концу нашего разговора к нам наконец-то спустилась Аня. Но стоило увидеть девушку, как я понял, что-то не так. Слишком бледная, да и глаза красные, словно плакала. Неужели я переборщил? Девушка тихо поздоровалась и села за стол, не глядя ни на кого, лишь в пустую тарелку.
Люк удивлённо посмотрел на меня, я на Андрея, который, похоже, сам удивлён поведением девушки.
– Аня, всё хорошо? – спрашиваю и хочу взять её руку, но она быстро её прячет на коленях и с натянутой улыбкой смотрит на меня. Что за фигня?
– Я просто устала, можно я поем и уйду к себе? – спрашивает с какой-то надеждой.
– Конечно, – отвечаю, но тигр уже учуял её страх. И откуда это?
Люк пристально смотрит на девушку и, видно, тоже не понимает смены настроения. Ладно, с этим я разберусь позже.
Во время обеда я продолжаю обсуждать дела с Люком и иногда поглядываю на девушку, которая почти не притрагивается к еде. Немного салата и куриная ножка – всё, что она съела перед тем, как покинуть нас.
– Ну, и что ты уже успел натворить? Я видел её днем, и она была полная сил, а сейчас словно ходячий труп, – начал отчитывать друг, а я и сам призадумался: с чего вдруг? Неужели из-за парня обиделась, но сейчас она больше… да я даже не знаю, какая она. Уставшая или напуганная, но чем?
– Сам не знаю. Подождёшь меня, пойду всё же схожу к ней, вдруг приболела? Люди ведь так хрупки, а Аня ещё и скромница. Будет молчать до последнего.
– Конечно, я пока схожу, полюбуюсь её работой. Должен заметить, отлично стало, теперь дом не такой унылый.
– Я заметил, – а я ведь даже не поблагодарил, а лишь накричал.
Видно, подарок придётся подарить сегодня. Коробочка из ювелирного уже лежала в кармане пиджака.
Пташке не нравился ошейник, и я решился его заменить. Пусть будет просто кулон на цепочке, но конечно же с тигром.
Поднялся в нашу спальню, но девушки не нашёл. Ладно. Зашёл в её комнату и увидел скрюченную фигурку на постели. Что-то не так!
Быстро подошёл к кровати, где лежала бледненькая девушка, и чётко учуял запах крови. Откуда?!
– Аня, где болит? – заботливо спросил, начиная осматривать руки и голову. Мысль о суициде тревожила, хотя с чего вдруг? Кожа была цела, но откуда тогда запах?
– У тебя есть обезболивающее? – неожиданно простонала она, сжимаясь ещё сильнее.
– Нет, а тебе зачем? – удивлённо спрашиваю, заглядывая в бледное личико. А потом смотрю, как она обхватывает живот.
– Живот болит? Отравилась? Сейчас вызову врача, – говорю быстро и уже достаю телефон, набирая номер Ивана.
– Мне просто нужны обезболивающие, – стонет и опять скручивается в рогалик.
Да какие лекарства, когда её так скручивает!
– Тихо, тихо, врач скоро приедет, – говорю, и сам усаживаюсь на кровать, чтобы прижать девушку к себе, и чёрт, она просто горит!
Тут наконец-то отвечает Иван:
– Хан, что случилось? – переходит он к делу, очевидно, слыша стон девушки.
– Ане очень плохо, она хватается за живот и просто горит! Срочно ко мне!
– Скоро буду!
Я отбрасываю телефон и пытаюсь повернуть девушку к себе, но она вырывается, а потом начинает плакать! Черт, это совсем плохо! Я ведь не знаю, что делать.
– Аня, да что с тобой, чем помочь? – спрашиваю, наконец-то беря свою ношу на руки, и начинаю укачивать и гладить по головке. Какая же она ещё хрупкая.
– Со мной всё хорошо, просто месячные болючие, как сейчас и ….– тут её опять скручивает, а я в шоке смотрю на девушку, которая испытывает такие боли.
– И как часто такое бывает? – с трудом спрашиваю, и похоже, уже знаю ответ.
– Каждый месяц. У меня дома всегда лекарства были, а здесь ничего нет! – и начинает плакать, отворачиваясь.
И я ещё думал, что она не боец? Да чтобы через такое каждый месяц проходить, такие силы нужны! Думаю, и обращение она пройдет без труда, но точно не в ближайшее время. Сейчас надо помочь облегчить боль, пусть отдыхает столько дней, сколько надо. Древние подождут, моя девочка важнее!
Когда девушка уже буквально выла от боли, наконец-то появился врач.
Иван влетает в комнату со свои чемоданчиком, а за ним заглядывают в комнату испуганный Рома, Люк и охранники. Я же продолжаю укачивать Аню, которая пылает в моих руках. Быстро объясняю суть дела, и врач ставит ей капельницу. Пташку укладываю на кровать и смотрю в бледное личико, по которому ещё стекают слезы. Она даже в таком виде прекрасна.
Через пять минут Аня засыпает, а Иван колет ей что-то ещё.
– Если можно, я подежурю, пока она не проснётся. Я слышал о том, что у некоторых это слишком болезненный процесс, но мне надо знать, насколько, чтобы рассчитать препарат и оставить вам.
– Конечно! – даю добро, провожу по золотистым волосам. Всё будет хорошо.
Выходя из комнаты, сталкиваюсь с другом, который сочувственно смотрит на меня.
– Я думал, ты уже решил её пометить, вот она и воет так, а тут вон, какие дела. Тяжела женская участь, но это плата за то, что они могут рожать. Нам остается лишь беречь их и помогать облегчить боль, – вещал друг, идя рядом.
– Да я как-то и забыл об этой особенности. А насчёт обращения, с этим придётся потянуть, не в том она ещё состоянии. Ей силы понадобятся, а пока их у неё нет.
– Согласен. Подождём.
Остаток дня мы провели, болтая о своём, и иногда я заглядывал к девушке, которая мирно спала, правда, с иголкой в руке. Иван смог поговорить с Аней, когда она ненадолго пришла в себя, и оставил рекомендации Андрею, он теперь будет дежурить.
Я впервые за последнее время лёг спать один. Но это оказалось так непривычно теперь. Рядом не было той, которую хочется обнять и вдохнуть её аромат. Её тепло согревало, а сейчас постель казалась такой холодной. Поэтому среди ночи я перебрался в постель к спящей Пташке, которая доверчиво прильнула ко мне, стоило лишь лечь рядом.