Юлия Карелова – Гипоксия (страница 1)
Юлия Карелова
Гипоксия
Глава 1
– Давай, пока… – Ксюша взяла бэйдж из рук девушки.
– Спасибо, что подменила. Очень выручила!
Сжимая в руке ветровку, та выбежала из галереи. На парковке ожидало такси. Ксюша смотрела ей вслед через большую стеклянную дверь.
Сегодня на выставке наблюдалось меньше посетителей, чем вчера. Может, ей не следовало за двумя из трех своих картин закреплять назначение для Надюшки? Но этой малышке с ее диагнозом помощь нужна как никому другому.
Ксюша вынырнула из мрачной задумчивости, когда у входа появились двое мужчин и женщина. Она вежливо поприветствовала гостей и вручила им флаеры с информацией о благотворительной выставке.
Она немного проследовала за троицей к выставочному залу, чтобы заглянуть туда, не оставляя без присмотра вход в галерею. Около десяти посетителей с учетом новоприбывших. Молодой человек, как и минут десять назад, сидел на банкетке напротив Ксюшиной картины – ее любимой работы. Интересно, какое у него сейчас выражение лица, что он думает о картине? А может, он вообще на нее не смотрит, думает о чем-то своем или в телефоне… С этого ракурса не видно. Невероятно хорош! Она никогда в реальной жизни не видела такого потрясного парня. Ухоженный, но явно не торчит долго перед зеркалом, укладывая свои волосы – черные, на затылке коротко острижены, а на макушке длиннее и лежат, куда хотят. Она не помнит, чтобы так заглядывалась на парней, но он на самом деле эффектный и сразу притягивает внимание.
Ксюша видела, как, войдя в галерею, он поздоровался с администраторшей и взял флаер. Проходя мимо, ответил «Здравствуйте!» на ее вежливое приветствие «Добрый день! Добро пожаловать на нашу выставку!» Он на пару секунд задержал на ней взгляд, и, скорее всего, заметил, как вспыхнули ее щеки. Она сама не ожидала такого. Дело было не только во внешности. От него будто исходила какая-то энергетическая волна. Магия, не иначе! Парфюм с феромонами? Ей очень понравился его едва уловимый приятный аромат. Да уж! Приплыли, Ксения Александровна! Парню надо, наверное, скоротать время и уже радует, что он прикоснется к искусству. Кто знает, возможно, когда-нибудь займется благотворительностью и спасет кому-то жизнь.
Как там Надюшка? Играет в домино с новой подружкой, наверное. Она ребенок, и еще не понимает, в каком положении оказалась. А вот ее родители… «У маленькой Надежды большая надежда на вашу помощь» – так написано во флаере. Сердце сжалось, и Ксюша поспешила переключить внимание на гостей, периодически поглядывая в сторону входа.
В конце зала послышалось радушное щебетание Веры Максимовны. Хозяйка галереи, похоже, хорошо была знакома с солидной троицей. Это дает надежду, что сборы пополнятся.
Взгляд так и притягивался к парню. Нет, он точно рассматривает ее шедевр! Возможно, ему нравится. Он неспешно снял тонкий пиджак и положил рядом. Сотового в его руках не было. Как минимум приятно, что среди нескольких десятков картин он уже минут двадцать созерцает ее творение. Он даже не подошел к фуршетному столу. Послышалось жужжание, молодой человек вынул из кармана пиджака сотовый и приглушенно ответил на звонок. Ксюша поспешила к входной двери, заметив там пожилую пару.
– Через час выезжаю… – успела она услышать голос парня.
А вторая половина дня оказалась более оживленной, чем первая! Как было бы здорово закрыть сборы, успеть до назначенной даты. Главное, чтобы операция прошла успешно. Хорошо, что есть запасной вариант – квартира родителей девочки. Покупатель уже с деньгами наготове. В любом случае операция состоится, но было бы хорошо сохранить и крышу над головой семье, и так оставшейся практически без всего, с кучей долгов и двумя маленькими детьми, одного из которых могут потерять.
– Всего доброго! – улыбнулась Ксюша уходящему посетителю.
Спустя пару минут выставку покидал и парень с пиджаком в руке. Нет, ей точно не показалось, что когда она попала в его поле зрения, его хмурое, задумчивое выражение на лице изменилось.
– До свидания… – кивнул он ей со сдержанной, едва заметной улыбкой, а во взгляде мелькнуло что-то похожее на интерес.
– Всего доброго! – Остается надеяться, что ее улыбка выглядела естественно.
Она проводила его взглядом, пока он не скрылся из виду. «До свидания»?! Хотелось бы верить…
Ксюша поймала себя на желании немедленно посмотреть на себя в зеркало. Заметный румянец на щеках, а в глубине темно-серых глаз она уловила трепетный огонек какого-то восторга и надежды… Да! Она очень хочет, чтобы он сейчас вернулся и, как минимум, попросил номер ее телефона. Ага! Посмотрит на нее и тут же разоблачит, поймет, как она обалдела от него! Вдох-выдох…
Любопытно, почему он был такой, будто загруженный мрачными мыслями? Молодой, красивый и, судя по всему, обеспеченный. Не дай бог ему оказаться на месте папы Надюшки. Все проблемы показались бы ему мелочью. Похоже, она пытается отыскать в нем какие-то недостатки, придраться к нему. Это защитная реакция, чтобы как-то преуменьшить очарование им? Похоже, она злится, что оказав на нее такое воздействие, он просто ушел. Может быть, для такого выражения его темных глаз и хмурых бровей есть серьезное основание? Пусть это будет не так. Скорее всего, информация в листовках омрачила его настроение. Парень, который так завис перед ее картиной, не заслуживает несчастий. Надя и другие дети, для которых проводится эта выставка, тоже не заслуживают! И сама Ксюша не заслужила остаться без братишки и родителей в двенадцать лет, а в восемнадцать и без бабушки – самого близкого и родного для нее человека. Уже год прошёл а, кажется, они с бабулей не виделись лет десять.
Послышался приближающийся голос Веры Максимовны. Она проводила солидную троицу и попрощалась с ними на крыльце. Вернулась, не сдерживая улыбку, и крепко обняла Ксюшу за плечи.
– Детка-а-а! – протянула она, излучая радость небесно-голубыми глазами.
– Ну что, Вера Максимовна? – нетерпеливо спросила Ксюша.
– Продали еще четыре картины!
– Отлично!
– Две твои… «Кислород» полностью закрыла сбор Наденьки! – хозяйка галереи сжала ладони Ксюши, видя ее растерянность. – О-о-о! Моя девочка!
Ксюша не знала, то ли начнет сейчас прыгать от радости, то ли разрыдается.
– Поезжай домой! У тебя там еще дел по горло. – Женщина взяла со стойки салфетку и протянула ей, заметив подступившие к глазам слезы. – Мы тут справимся.
– Я просто не могу поверить!
– Папа нашей девочки тоже… как только увидел перевод, сразу позвонил мне и просто рыдал! Толком поговорить не удалось даже.
– Вера Максимовна, спасибо вам! Это вы все организовали… Если бы не ваши знакомые…
– Мы все хорошо постарались. Сегодня замечательный день! Знаешь, милая, ты переехала из Москвы в Санкт-Петербург не просто из прихоти – в этом есть провидение!
Ксюша, в легком ступоре с меланхоличной горчинкой, прошла в выставочный зал, вполуха слушая Веру Максимовну. «Кислород» висела в самом центре зала и по размеру была одной из самых больших работ. На ее написание ушло лишь около недели, это была просто проба, впервые на большом холсте. Ксюше давно хотелось написать ее. Силуэт человеческого тела, с вытянутой вверх рукой, стремится поскорее всплыть на поверхность. Туда, к сияющему солнцу, лучи которого пробиваются сквозь, примерно, пятиметровую лазурную толщу воды и играют на песчаном дне. На переднем плане внизу рифы и надвигающаяся из глубин темнота.
Разве можно было подумать, какую роль сыграет эта картина?! После операции Надя вернется домой.
Отец девочки позвонил, когда Ксюша ехала в такси в свою новую квартиру. Он жалел, что покупатель картины пожелал сохранить анонимность. Ее минимальная стоимость была в десять раз ниже, чем за нее выложили. Это покрыло остаток необходимой суммы на операцию в Корее и все сопутствующие расходы. Мама Нади все это время была в полнейшем ступоре, а сегодня ее пробрало, и она долго рыдала, закрывшись в ванной. Хорошо, что сынишка в садике.
– Все будет хорошо… держитесь! – постаралась подбодрить мужчину Ксюша, чувствуя неловкость от потока его слов благодарности.
Теплый зеленый чай и финики – все, на что откликнулся аппетит. Ксюша без толку бродила по квартире, не зная то ли пойти в душ, то ли продолжить разбирать вещи. До начала учебы осталось несколько дней. Еще из одежды надо бы что-то прикупить новенького. Хорошо хоть одна программа в филиалах университета, и при переводе не надо ничего дополнительно сдавать.
Питер так давно манил, зазывал ее к себе! Было необъяснимое чувство уверенности, что ее место здесь. Казалось, что этот город живет своей особенной жизнью – размеренной и загадочной. Ксюша была очарована старинными фасадами в стиле барокко, бескрайними набережными и мостами – большими и не очень, множеством фонарей с изящными металлическими изгибами и высокими шпилями, уходящими в небо. Она уже начала привыкать к хмурой питерской погоде с ее частыми дождями и лужами, прохладным ветром даже в солнечный день.
Дома она долго могла стоять у окна и всматриваться в мерцание света на другом берегу Фонтанки, пытаясь разобраться в себе. Искрящаяся огоньками водная рябь будоражила ее душу смешанными чувствами. Она ощущала отголоски одиночества и тоски, которые будто затягивали ее в свою глубину и уже, казалось, не огорчали совсем. Может быть, она сама стремилась туда, сбегая из Москвы, желая окунуться в это одиночество? Нет, вовсе нет. У нее было ощущение, что Питер подготовил для нее что-то важное – неясное, но большое и настоящее. Она чувствовала, что этот город подарит ей то, ради чего она здесь оказалась. И в этом было, что-то обнадеживающее. Ее сердце наполняло чувством, что здесь можно быть собой, без лишнего шума и спешки, что были так привычны в Москве.