Юлия Кантор – Прибалтика. 1939–1945 гг. Война и память (страница 40)
15 мая 1944 г. в Каунасе руководство дружины вместе с генералом П. Плехавичюсом и начальником штаба О. Урбонасом были арестованы гестапо и отправлены в находящийся в Латвии Саласпилсский концентрационный лагерь. Плехавичюс позже был освобожден по распоряжению Г. Геринга192. Литовские части были расформированы. 15 мая Еккельн заявил, что литовская нация, как негодная, выбрасывается из сообщества создателей «новой Европы»193. Все офицеры и солдаты ликвидированной МДЛ обязаны были сдать в военную комендатуру униформу, оружие и боеприпасы194. Разоружение батальонов немцам удалось провести только частично. Около половины бывших добровольцев скрылись, не сдав оружия. 3 тысячи человек по приказу Гитлера были направлены во вспомогательные авиачасти в Германию195. Из 1 тысячи кандидатов в офицеры, находившихся в Мариамполе, 500 человек были разоружены и также направлены в Германию. В общей сложности около 3 тысяч человек из батальонов и 500 кандидатов в офицеры ушли в леса или разошлись по домам196.
После приближения фронта к Литве 24 июня 1944 г. усилиями генерала Кубилюнаса было получено разрешение нацистов в уездах создать охранные команды197. Немцы рассчитывали, что литовцы будут сопротивляться Советской армии, пытаясь задержать ее наступление, и тем самым дадут частям вермахта больше времени для отступления.
Характерно, что приток литовских добровольцев в Красную армию начался после того, как советские войска пересекли границы Литвы. В призывные комиссии освобожденного Каунаса с 25 августа по 5 сентября явились 10 145 горожан. За первые две недели после освобождения Вильнюса в РККА вступили 1417 человек. До 16 сентября 1944 г. из освобожденных уездов республики в советские вооруженные силы вступили 83 941 человек. Всего же из Литвы в Красную армию на завершающем этапе войны вступили 108 378 человек198.
В освобождении Литвы от оккупации принимала участие и 16-я литовская дивизия, приказ о формировании которой «по просьбе ЦК КП(б) Литвы и Правительства Литовской ССР» Государственный Комитет Обороны СССР принял 18 декабря 1941 г. Она формировалась в Московском военном округе на территории Горьковской области. На 1 января 1943 г. в ней было 10 250 человек, из которых около 7 тысяч составляли литовцы или жители довоенной Литвы. Национальный состав был разнороден: литовцы – 36,3 %, русские – 29,9 %, евреи – 29 %, представители других национальностей – 4,8 %199. Первый бой дивизия под командованием генерал-майора Ф. Жемайтиса приняла 21 февраля 1943 г. под п. Алексеевкой в 50 км от Орла в рамках зимнего наступления Красной армии 1942–1943 г. на Орловском направлении 200.
Литовская дивизия, участвовавшая в наступлении войск 1-го Прибалтийского фронта с 30 июня по 8 июля, обеспечивая правый фланг 4-й ударной армии 1-го Прибалтийского фронта, вела бои по разгрому гитлеровских войск в ходе Полоцкой наступательной операции, освободив 148 населенных пунктов. В декабре 1943 г. войска 1-го Прибалтийского фронта (командующий – генерал армии И. Х. Баграмян) прорвали сильно укрепленную оборонительную полосу противника южнее Невеля, вышли на подступы к Городку, освободили его, перерезали железную дорогу Витебск – Полоцк. В этой операции севернее озера Коша участвовала и 16-я дивизия.
4 июля 1944 г. войска 1-го Прибалтийского фронта вышли в районе озера Дрисвяты (юго-восточнее Даугавпилса) к стыку границ Литовской и Латвийской ССР. 7 июля 3-й Прибалтийский фронт начал бои в столице Литвы Вильнюсе, завершившиеся его освобождением 13 июля. К началу августа были освобождены другие крупнейшие литовские города – Каунас, Паневежис и Шауляй.
В середине августа 1944 г. дивизия отличилась в ходе Шауляйской операции при отражении контрнаступления, предпринятого немцами с использованием до 800 танков и штурмовых орудий с целью восстановить коммуникации группы войск «Север» с Восточной Пруссией. К исходу 19 августа немецкая танковая дивизия «Великая Германия», оставив на поле боя горящие танки и много убитых солдат, прекратила попытки пробиться в Шауляй201.
За отличие в боевых действиях при освобождении Клайпеды 19–28 января 1945 г., в результате которых территория Литовской ССР была окончательно освобождена от немецко-фашистской оккупации, дивизии в числе 18 соединений и частей, участвовавших в этих боях, было присвоено почетное наименование Клайпедской. 167-й стрелковый полк был награжден орденом Красного Знамени. По случаю освобождения Клайпеды в Москве был дан салют 20 артиллерийскими залпами из 124 орудий. Как сообщила официальная советская пресса, «во всей Литве было с ликованием встречено известие о том, что части Красной армии вошли в Клайпеду, что территория Советской Литвы полностью очищена от гитлеровских войск»202.
31 января 1945 г. Литовская дивизия получила приказ выдвинуться в Курземе – Курляндию (Латвия), где в течение зимы и весны продолжала воевать против гитлеровцев. Утром 8 мая 1945 г. еще шли последние бои, а в 12 часов дня дивизия вместе с другими соединениями Красной армии приняла капитуляцию Курляндской группировки вермахта. В середине июля 16-я дивизия вернулась на родину. В Вильнюсе прошел парад победителей.
Литовцы в рядах антигитлеровской коалиции воевали, разумеется, не только под знаменем 16-й Литовской дивизии. Немало их было и в партизанских отрядах. Фактически советское партизанское движение на территории Литвы возникло еще в августе 1941 года. Линию фронта переходили боевые группы, они добирались до Литвы, и здесь вместе с коммунистами и комсомольцами, которые не успели в июне покинуть страну, создавали партизанские отряды. Но это смогло сделать меньшинство таких групп, многие же группы быстро погибли: местное население выдавало их оккупационным властям или местным карателям203. Позже удалось укрепить и расширить советское партизанское движение в Литве. Например, советские партизаны в пуще Руднинкай появились еще летом 1942 г. Руководитель группы и ее «костяк» прибыли с территории РСФСР, и уже в Литве к ней присоединились несколько местных коммунистов и комсомольцев, которые летом 1941 г. не успели покинуть Литву. Также в нее вошли евреи, которым удалось бежать из Вильнюсского гетто. По аналогичному принципу формировались и другие партизанские отряды в регионе. Только к октябрю 1943 г. штабу партизанского движения Литвы удалось наладить координацию и четкое взаимодействие разрозненных и немногочисленных отрядов и групп204. Также следует отметить, что смешанных – в этническом отношении – литовско-еврейских отрядов было немного: печально известные межнациональные трения не стерла даже борьба против общего врага. В основном отряды были мононациональными: литовскими и еврейскими, но состояли в подавляющем большинстве из уроженцев Литвы. В начале 1990-х гг. практически все литовские топонимы, посвященные участникам партизанского движения, были упразднены.
Более 150 тысяч граждан Литовской ССР участвовали в годы войны в активной вооруженной борьбе с врагом. В справке Чрезвычайной комиссии Литовской республики от 25 июля 1945 г. сообщается, что в Литовской ССР за время немецкой оккупации были убиты 436 535 мирных жителей, 229 738 военнопленных, угнаны в рабство 36 540 человек205.
2.3. Латвийский сценарий
22 июня 1941 г. немецкая военная авиация в 4 часа утра совершила налеты на латвийские города Вентспилс и Лиепая. Бомбардировке подверглись аэродромы советских воздушных сил, штабы, места концентрации отдельных войсковых соединений. В Латвию вторглась группа армий «Север» под командованием генерал-фельдмаршала В. фон Лееба, предпринявшая удар в четырех направлениях: на Лиепаю, Даугавпилс, Крустпилс и Ригу. Части Красной армии стремительно и хаотично отступали. Самые серьезные бои велись в Лиепае, где 23 июня в окружение попали подразделения 67-й стрелковой дивизии генерала Н. Дедаева и части военно-морского флота. В оборонительных боях за Лиепаю на стороне советских войск сражались и группы латвийского комсомольского актива206. По приказу командира флота в порту были взорваны шесть подводных лодок. На военном аэродроме в Гробиня гитлеровцы захватили готовые к вылету самолеты207. Немецкие войска быстро продвинулись вперед. 26 июня был занят Даугавпилс, а на десятый день войны (1 июля) немцы без серьезных боев заняли Ригу. Город фактически защищали только 5-й полк внутренних войск СССР и отряды рабочей гвардии.
Советское руководство Латвии покинуло Ригу 27 июня и перебралось в город Валку, но и тут задержалось ненадолго, поскольку немецкие войска стремительно продвинулись на восток. В ночь с 4 на 5 июля правительство покинуло Валку и перебазировалось в Новгород (в 1941 г. входил в Ленинградскую область. –
В конце июня – начале июля 1941 г., когда советские войска отступали и в Латвию входили немецкие войска, несколько дней или даже недель царило безвластие. Воспользовавшись ситуацией, латышские «инициативные группы» создавали вооруженные отряды, расправлявшиеся с советскими активистами, коммунистическими функционерами, отступавшими красноармейцами, устраивали еврейские погромы. Последнее – участие латышей в истреблении евреев в этот период – является предметом острой дискуссии как среди историков208, так и среди политиков. Выявление исторической истины здесь затруднено тем, что официальных письменных документов, в которых бы содержались точные данные о приказах устраивать погромы и т. д., по понятым причинам, либо не сохранилось, либо вообще не существовало. Подобные распоряжения отдавались, как правило, в устной форме, нередко же погромные акции возникали «самостийно» без всяких приказов, о чем сохранились свидетельства очевидцев и немногих, чудом выживших жертв209. Некоторые латвийские историки опровергают эти утверждения210. В свою очередь, их аргументы дезавуируются исследованиями немецких историков. Например, в них констатируется, что после того, как столицу Латвии покинули последние части Красной армии, «латышские националисты сразу же начали охоту на евреев города. Около 2700 евреев после издевательств были расстреляны в лесу Бикерниеки, 300 евреев согнали в самую крупную синагогу города, большую хоральную синагогу, и вместе с ней сожгли»211.