Юлия Иванова – Невидимый остров (страница 17)

– Болтушка ты!

– Угощайтесь, – предложила Эльда и первая попробовала золотистую конфету. Та буквально растаяла во рту. – Ммм…

Собеседницы вежливо взяли по конфете, но остальные Эльде пришлось забрать по настоянию Хуги.

– Угостишь подруг. Они тоже, наверное, никогда не пробовали такого. Школа же полностью снабжается Живыми Садами, тут редко встретишь что-то… неизменённое.

– А разве в этих изменениях есть что-то плохое? – спросила девочка.

Получары переглянулись.

– Это всего лишь домыслы. Никто и не знает, наверное, откуда поползли слухи, – сказала Пестья.

– Если верить газетам, так всё обстоит совсем иначе.

– А что в газетах? – поинтересовалась Эльда.

– Ну, там только и пишут о достижениях Зелёного ордена, – махнула рукой Хуга. – Взять хотя бы «Вестник Живых Садов». Там на каждой странице только и делают, что нахваливают чару Гаруну и её помощниц.

– Да и в других газетах о том же пишут, – подхватила Пестья. – Да кто их читает-то, эти газеты? В них только пирожки заворачивать.

– Скажешь тоже, пирожки, – хихикнула Хуга. И предложила Эльде: – Возьми ещё мармеладку.

– Спасибо вам, – снова повторила девочка. – Я очень тронута. Но мне нужно сейчас, наверное, отнести свои вещи в корпус получаров. Да?

– Я вас провожу, Эльда, и выдам ключ, и форму, и всё-всё, только мне сейчас срочно нужно в прачечную, – всплеснула руками Пестья. – Если вы хотите, можете подождать в парке или здесь. Пока я не освобожусь. Просто отдохните.

– Я лучше пройду в шнырятню. Осмотрюсь, так сказать, на рабочем месте, да и мои шнырки, наверное, соскучились, – сказала Эльда.

– Ну как знаете.

– Заходите ко мне в любое время, Эльда, – улыбнулась Хуга. – У меня всегда найдётся что-то вкусненькое для вас и ваших друзей.

– Смотрите, он опять здесь! Подслушивает! – Пестья выхватила у Хуги половник и бросилась на когтявра, который сидел на пороге кухни. Морок развернулся и пустился бежать, а она метнула поварёшку ему вслед. – Эх, не попала! Но в следующий раз точно попаду.

Эльда хихикнула. Если бы чара Корини услышала такие слова, ей бы это не понравилось. Морок накрепко поселился в сердце тёти вместе с когтями, зубами и, возможно, даже с дохлыми ящерицами.

Глава шестая

Начинающий шнырковод

С тех пор как Эльда последний раз была в замковой шнырятне, внутри маленького домика многое изменилось. Кажется, вообще никто не занимался уходом за шнырками и не следил за порядком. Потому что даже зайти в шнырятню оказалось проблемой. Гнёзда зверьков громоздились друг на друге, словно гигантские башни сумасшедшего архитектора. Держались они на честном слове, и казалось, чихни здесь погромче – всё обрушится. Может быть, это было обманчивое впечатление, но Эльда постаралась зайти внутрь крайне осторожно. Не очень-то хотелось, чтобы гнёзда посыпались ей на голову.

Любопытные мордочки шнырков выглядывали отовсюду: что случилось? Кто пришёл? Какие новости? Есть ли что вкусненькое?

Их маленькие умные глаза смотрели внимательно и доверчиво.

– Привет! – тихо сказала Эльда.

Радостные крики послышались из глубины шнырятни, и через мгновение на неё налетели два безумно счастливых существа.

– Тумаша! Звёздочка!

Эльда уже соскучилась по этим двум озорникам, её личным шныркам, которым давно не приходилось носить письма. Пока их хозяйка пропадала в Логове изганов, они, видимо, только и развлекались тем, что строили многоэтажные гнёзда.

– Как твоё крыло, Тумаша? – спросила девочка, ласково почёсывая шею серебристо-серому зверьку. Тот гордо выпрямился, подпрыгнул и сразу сорвался в полёт. Но далеко, конечно, не улетел, потому что воткнулся в переплетение ветвей и травинок.

– Вижу, дела неплохо. Летаешь как драгончая, – улыбнулась Эльда.

Звезда нетерпеливо щёлкнула зубами и ткнулась носом в щёку хозяйки. Мол, почему всё внимание ему? А? Мы тоже тут не бескрылые.

– А ты, Звёздочка, стала ещё ярче, как я погляжу. – Эльда погладила и её.

Куда ещё ярче?! Ведь Звезда была ярко-оранжевая, словно сгусток пламени, и очень подвижная, отчего напоминала в полёте огненный шар.

Шнырки ластились и щебетали ей что-то в оба уха одновременно. Показывали, как они по ней скучали, и умильно заглядывали в глаза. Нет ли какого задания? А может, что-то вкусненькое найдётся у хозяйки в сумке?

– А, точно! Что же это я! – спохватилась Эльда. Она вынула подаренную коробочку с мармеладом. Достала по большой конфете и вручила зверькам. – Надеюсь, вам такое лакомство не повредит.

Потом она заметила, какими жалостливыми и просящими глазами на неё смотрят другие шнырки. И не устояла.

– Угощайтесь, только по одному.

Она протянула зверятам коробку, и тут же самый смелый из всех подхватил мармеладку и скрылся в гнезде. За ним ещё двое, а потом целая ватага. Хорошо, что мармеладок оставалось ещё много, и кажется, хватило на всех. По крайней мере, Эльда на это очень надеялась. Ей не хотелось никого обидеть.

Звезда и Туман ревниво посматривали на других, не забывая уплетать свои конфеты. Им повезло – достались самые крупные из тех, что были в коробке. Эльда задумчиво смотрела, как зверьки угощаются.

– У меня для вас будет очень важное задание, – наконец сказала она. Умные мордочки повернулись к ней, шнырки навострили ушки. – Мне нужно, чтобы вы отправились в большое путешествие с моей подругой. И если ей понадобится помощь, она пошлёт мне кого-то из вас с письмом. Это очень важно, понимаете?

Шнырки что-то защёлкали в ответ. Они уже справились с мармеладом и снова принялись ластиться.

– Может быть, нам придётся снова расстаться надолго, и вы будете скучать, и я буду, но я знаю, что могу на вас положиться. Правда же? Ведь никого нет быстрее и понятливее вас. Вы мои хорошие. Вы мои любимые.

Эльда ворковала так, перебирая пальцами их шёрстку, а зверьки прикрывали от блаженства глаза и чуть ли не мурлыкали. В этот момент они были готовы на всё ради девочки, даже лететь на край света.

Никто и не заметил, как в шнырятне появилась ещё одна гостья.

– Так хотелось поговорить с тобой с глазу на глаз, Сатерра.

Эльда даже закатила глаза, узнав голос.

– Ты что, преследуешь меня?

Ну конечно, это снова была Ника.

– Мы не договорили в столовой. Кое-кто сболтнул, что ты у нас теперь шнырковод, – с презрительной усмешкой произнесла Ника. – Очень уж не терпелось мне в этом собственными глазами убедиться.

– Убедилась? Иди теперь… куда шла.

– А я сюда и шла, – едко засмеялась Ника, отмахиваясь от какой-то ветки, так и норовившей ткнуть в глаз. – Чтобы увидеть, как ты тут вытираешь тряпочкой шнырячий помёт.

Эльда устало вздохнула.

– И не надоест тебе злобиться. Может, заодно и расскажешь, пока мы тут одни, за что ты меня с первого дня ненавидишь?

Ника скривилась так, как будто съела кислятину.

– Да потому что одно имя твоё у меня вот тут сидит. – И она показала на своё тонкое горло. – И мать, и отец только и твердили о Сатерре. Сатерра виноват в том, что мы нищие, Сатерра виноват в том, что мы сидим без крошки хлеба на обед, Сатерра виноват в том, что отец каждый вечер с красными глазами… Сатерра, Сатерра, Сатерра. Достало, сил нет!

Злоба в глазах Ники горела огнём, как будто она долго сдерживалась и вот теперь наконец получила возможность выговориться.

– Это не мой папа виноват в том, что твоего отца уволили из ордена, – тихо сказала Эльда, глядя в эти полные злобы глаза.

– А кто же?

– Кожана Сотрубу обманули чары, и он сам во многом виноват.

– Какие ещё чары? Что ты несёшь? Это Сатерра устроил скандал в Совете.

– Твой отец был виноват, но подставили его чары, – повторила Эльда. – Чары, которые прятали свои лица. И я скажу тебе, что это были не изганы. А кто-то из тех, кто живёт рядом с нами. Может быть, даже здесь.

– Что за бред! – вскинулась Ника.

– Это не бред.

– А доказательства?! Доказательства у тебя есть?

– Лучше любых доказательств – слова твоего собственного отца.

– Что? Ты говорила с моим отцом? – На лице Ники было написано крайнее изумление.