Юлия Иванова – Логово изгнанных (страница 42)

– А если они догадаются?

– Как они могут догадаться? Они ведь даже не знают, что ты на такое способна. Мы сами это только что узнали. Чара Ферра сидела взаперти тысячу лет и явно не практиковала такие фокусы! Они подумают, что просто заснули на посту.

Эльда улыбнулась. Мысль о том, чтобы выбраться из Светозала, была заманчивой. Ей очень хотелось сменить обстановку: одни и те же стены давили на неё. К тому же она очень хотела увидеться с Алейн. Эльду не оставляла мысль о том, что она сделала этой малышке больно, став носительницей Лучезара. Ей хотелось всё объяснить девочке.

– Но куда я дену всех этих светлячков? – вдруг погрустнела Эльда. Она поняла, что никакая зеркальная иллюзия не спрячет тянущийся за ней световой шлейф.

– Мы придумаем что-нибудь, – пообещала Шани. – Может быть, их можно спрятать под плащ?

– Их слишком много! Мне их там долго не удержать.

– А нам не нужно долго. Хотя бы на то время, пока мы проходим мимо охраны, а? Давай попробуем? Не терпится сбежать отсюда.

Шани невероятно оживилась, оценив новые возможности. Как ни странно, Лучезар тоже оживился. Может быть, соскучился по приключениям за сорок с лишним лет в Светозале? А может быть, Эльда и сама начала влиять на него? Как бы там ни было, чаронит не сопротивлялся, а помогал во время тренировок. А Шани продолжала читать книги, пытаясь найти в них ещё что-нибудь полезное.

Так проходил день за днём, а звустрица всё молчала.

А ещё Эльде снились страшные сны. До того реальные, что она вскрикивала и просыпалась, не понимая, где она и что с ней. И только увидев взволнованное лицо Шани, склонившееся над ней, девочка по-настоящему успокаивалась.

Потому что во сне ей являлась другая сестра. Пугающая. Незнакомая. Шани, абсолютно не похожая на саму себя. Из-под ресниц у неё вырывались лучи красного света, кожа прямо на глазах у Эльды из молочной превращалась в грязно-серую, а волосы становились седыми, прямо как у чары Ферры. Длинные пряди разлетались на ветру, и по ним сновали огненные искры Полумрака. Сам камень-разрушитель торжествующе светился на лбу.

Эльда при этом почему-то испытывала кошмарное чувство, будто это она превратила Шани в чудовище. Она вскрикивала от ужаса, понимая, что ничего уже не исправить, и от этого просыпалась.

Но Шани вновь и вновь оказывалась рядом. Смотрела ясными голубыми глазами, гладила Эльду по голове и шептала успокаивающие слова. Сны отступали, уходили в небытие, прятались среди ночных теней, чтобы на следующую ночь вернуться. И всё повторялось сначала.

Глава пятнадцатая

Подслушанные разговоры

Как только чара Лазария появилась в дверях кабинета чароведения, Дик её почуял. Её запах он бы не спутал ни с каким другим. Пахло опасностью, неизвестностью и угрозой, по сравнению с которой оторванный хвост покажется пустяковой проблемой.

Поэтому крыс мгновенно решил убраться подальше от источника опасности. Он делал это уже много раз.

Мариса и не заметила, как он выбрался из-под плаща. Проскочил под столами, между ученическими туфлями и брошенными на пол вещами, укрылся за книжным шкафом. Там всегда есть щели. А Дик очень ловкий, да. Любая щель сгодится. Подальше, подальше отсюда.

Подругам Эльды он объяснит всё позже. Они хорошие, конечно, хотят помочь, хотят разобраться, но не понимают, во что ввязались. И Эльда не понимает, добрая, наивная душа. А он не мог ей рассказать.

Раньше не мог.

Но теперь-то Дик освободился. Теперь-то он не чувствовал поводка Страшиллы. Больше ему не нужно разрушать свой мозг. Он может позволить себе идти, бежать, мчаться во все четыре стороны и больше ничего не бояться! Из него чуть не вырвалось дурацкое дикое «Йохххху!».

Нет-нет, он до такого не опустится. Он же не шнырк какой-нибудь в период гнездования. Он же чар-крыс. Да, так сказала Эльда про него. Чар-крыс!

Эльда, Эльда.

Дик остановился. Будто в стену врезался.

Прежде всего надо объясниться с Эльдой. Ни один человек в мире не стоит её мизинца. Она единственная, кто был к нему добр. Хотя нет, теперь уже не единственная. Но та девочка Юта, скорее, хотела помочь не ему, а себе. И оторвала ему хвост.

Пффф! Как будто без этого нельзя было обойтись!

А та другая, Мариса, хорошо подлечила его, голова сразу прояснилась, но… ей всё равно, кому помогать, кажется. Такое большое и глупое сердце. Глупое, потому что на всех её не хватит…

У Эльды сердце умное, ей не всё равно. Она любит его, Дика. И он любит её. И так виноват, так виноват…

Но он всё исправит.

Дик бросился дальше. Бежать по коридорам было бы глупо, поэтому он выбрал вентиляционные переходы. Весь Семиглав был пронизан этими узкими ходами, скрытыми в стенах.

Дик всё исправит! Теперь у него столько сил! Столько возможностей! Да он весь Камнесад перевернёт, а Эльду найдёт. Тем более что он, кажется, знает, с чего начать.

О, Дик многое знает, многое видел, многое помнит!

Он старался не думать обо всём этом, чтобы ненароком не стать ещё большим предателем, чем был! Но теперь-то, теперь-то он может думать о чём угодно. И Страшилла ни о чём не узнает!

Дик помчался дальше, ещё быстрее, ещё! Сколько же времени он потерял! И как прекрасен этот день, свободный день, до которого он и не мечтал дожить. Всё-таки надо будет сказать спасибо девочкам, которые освободили его. И простить Юте оторванный хвост. Не сразу, наверное. Когда-нибудь.

И если ей понадобится помощь, то он выручит её.

Дик снова остановился. Прислушался. Принюхался. Чаронит теперь был помощником, а не обузой. Благодаря камню Дик чётче чуял запахи, слышал звуки, лучше ориентировался в пространстве. Камень создал в его голове карту всего Камнесада.

Дик знал, куда бежит. Ему надо в Призрачный замок, в кабинет злобной тётки. Сейчас там нет когтявра, а это очень даже хорошо. Не то чтобы крыс его боялся, но зверюга могла бы стать досадной помехой. А нужно было хорошенько исследовать кабинет Корини. Где-то там у неё должна быть спрятана записка.

Юта сказала, что накануне исчезновения Эльда получила анонимную записку с предупреждением. Всё, что нужно, – это просто принюхаться к ней. И тогда Дик будет знать, кто её написал. У него ведь прекрасная память на запахи. Он узнает, кто это. И кое-что встанет на свои места. Эта записка – тот самый след, по которому Дик пойдёт, как ищейка, и найдёт свою девочку. И всё ей объяснит. И больше никогда-никогда не бросит!

Дик добрался до кабинета чары Корини. Ему даже не нужно было дожидаться, пока кто-нибудь откроет дверь. Самое сложное всегда – это переход через чаропорт. Но за долгое время практики он так ловко научился становиться незаметным, что даже переход между замками не был для него значительным препятствием.

В кабинете злобной тётки (а Дик намеревался так называть эту женщину до конца времён, хоть Эльда вроде как с ней помирилась) стоял запах, который Дик сразу узнал.

Пахло вином. Тем самым вином, которым он заглушал сознание, чтобы не попасться в лапы Страшилле.

Дика слегка затошнило. Никогда больше он не возьмёт в рот ни капли.

Фу-фу-фу.

Он почувствовал, что запах доносится из книжного шкафа. Пффф. От книг так пахнуть не должно. Значит, там у неё не книги. Значит, там она теперь держит бутылки.

Очень интересно.

Но вино – это не то, что ему нужно. Ему нужна записка.

Он забрался на стол.

Звустрица. Не интересно. Молчит.

Отчёты. Учебные программы. От одной пахнет духами чары Линн. Сразу захотелось чихнуть.

Плетение миров.

Ещё одна папка с растрёпанными листами. Запах чего-то лекарственного, смутно знакомый, он его не сразу узнал. Какие-то травки… Кстати, так же пахло от чары Бройс. Она чем-то больна?

Если так, то почему бы ей не полечиться у целителей? Этот запах Дик уже встречал, когда засовывал свой любопытный нос в корзинки лекарей. Травки, настойки, да-да, лекарственные. Этими зельями лечили получаров. А тут – чара Бройс. Странно.

Везде чувствовалось недавнее присутствие когтявра. При воспоминании о Мороке шерсть на загривке Дика приподнялась. Мерзкий зверь. Чуть не поймал его однажды в парке. Дик, конечно, ничего не сказал Эльде. Она бы стала волноваться, а у неё много других поводов для волнений. С такой-то тёткой. Да и вообще! Позорно быть пойманным тупым кровожадным зверем.

Дик подумал было, что Мороку досталось по заслугам, когда Юта отдала его Страшилле, но потом крысу стало неловко. Никто не заслуживает того, чтобы попасться в лапы монстры. Что она с ним сделает?

Лучше не думать.

Искать.

Раздался звон колокола. Кажется, сейчас будет обед. В животе у крыса заурчало. В последнее время он мало ел. Вместо этого он пил и лежал в забытьи. Но теперь-то он всё наверстает. При мысли о кухонных кладовых у Дика засосало под ложечкой. Надо туда заглянуть. Заодно проверить, как поживает старая знакомая – Хуга. Она всегда была добра к Эльде, поэтому Дик её никогда не обижал.

Что это?

Кто-то идёт. Надо спрятаться.

Судя по походке, сама злобная тётка. Дик давно её не видел и был поражён переменами в её внешности. Она осунулась и похудела, под глазами залегли круги, все черты заострились. Одежда висела на ней мешком.

– Вы пойдёте обедать, чара Червон? – спросил кто-то из коридора.

– Нет, у меня сейчас встреча, поем потом.

– Может быть, попросить принести вам обед сюда?

– Нет, не надо. Я поем позже.