Юлия Иванова – Друг или враг (страница 52)
Ответа не последовало.
– Тогда почему ты так смотришь?
Снова молчание.
– Мне надо идти.
Молчит. Смотрит.
– Ну, я пошла.
– Ты разговариваешь с деревом, – раздался насмешливый голос за её спиной. Эльда вздрогнула и обернулась.
– Это ты? Напугал!
Прямо за ней стоял Ривт. Откуда он здесь взялся?
– Ты ненормальная? – спросил он, насмешливо приподняв бровь.
– Не больше, чем всегда, – буркнула Эльда. – Почему он так смотрит на меня?
– А как ему ещё смотреть?
– Он же изган. Почему он тут без охраны?
Ривт пожал плечами:
– Был изган, а теперь овощ. Ты же не будешь утверждать, что овощи нуждаются в охране.
– Зачем тогда решётки на окнах?
– Чтобы они не навредили себе, зачем ещё? – Ривт, кажется, забавлялся. Ну, пусть забавляется, Эльде было всё равно.
– Откуда ты здесь? – спросила она. Так получилось, что они пошли вместе мимо изгана, неподвижно стоящего на крыльце.
– Чар Алерт послал узнать о твоём брате, – нехотя ответил Ривт.
– Ты же его ненавидишь.
– С чего ты взяла? Мне не было дела до твоего брата, пока его драгончая вела себя нормально. Как только она стала представлять угрозу для остальных, я начал за ними присматривать.
– С чего бы это?
– Я – командир группы, – бросил парень. – Это моя обязанность – наблюдать и помогать. Если в группе кто-то отстаёт, то страдают все. Моя задача – этого не допустить.
Эльда фыркнула.
– Тебе не понять, – сказал Ривт. – Сходи ещё с деревом поговори. Он тебя ждёт.
Эльда обернулась. Пряничник стоял на крыльце и смотрел ей вслед.
– Почему он такой странный?
– Оглушил себя, разве не ясно?
– Как это, оглушил?
Ривт даже остановился.
– Ну ты вообще! Все знают, что изганы оглушают себя, когда понимают, что вот-вот попадут в плен. Поэтому мы до сих пор не знаем, где находится их Логово. Их нельзя допросить.
– Что значит – оглушить? Я правда не знаю.
Ривт вздохнул так, как будто разговаривал с душевнобольной.
– Каждый изган, попавший к нам в плен, как бы стирает свою память. Надевает на неё колпак, через который невозможно пробиться. Он становится бесполезным. Может ходить и немного говорить – и совсем ничего не помнит.
– Но на меня он смотрит!
– Ты его видела раньше?
– Да! Но он был совсем другим.
– Может быть, ты вызвала в его приглушённом сознании какой-то образ, – пожал плечами Ривт. – Он пытается тебя вспомнить.
Эльда поёжилась.
– Ты говоришь, они тут все такие.
– Угу. Едят и спят. Овощи.
– Но зачем их тут держат?
– Потому что они считаются нездоровыми. А целительницы пытаются вернуть им сознание. Если у них это получится, то мы узнаем, где прячутся изганы. И уничтожим их.
Эльда помолчала.
– С твоей драгончей всё в порядке?
– Да, а что с ней может быть не так?
– Ну… Всякое. В прошлый раз она взбесилась, когда меня увидела.
Ривт мрачновато хмыкнул.
– Да, тогда я не удержал её, но постараюсь, чтобы это не повторилось. Жаль ребят, – вдруг сказал он.
Эльда удивлённо посмотрела на него. Надо же, этому неприятному парню жаль Сержена и Витаниса.
– Мне тоже. Очень.
Дальнейший путь они проделали молча. Через переход их пропустила дежурная чара, а в Семиглаве они разошлись в разные стороны.
В Призрачном замке Эльда узнала, что новый лидер их группы – Чижик, а порт-ключ Ники перешёл к её толстой подруге – Мизлит.
А ещё шнырк принёс ей важную бумагу. Ту самую, о которой говорил Витанис. Разрешение на работу в архиве, подписанное чаром Алертом. «По просьбе Витаниса», – было сказано в записке.
Теперь она могла узнать, что же случилось в тот день, когда пропала её мать. Но почему-то уже ничего не хотелось.
Следующие дни Эльда ходила как в тумане. Ей было ничего не интересно.
Волимир, реагируя на её настроение, тоже как-то приугас. На занятиях она плохо слушала, рассеянно отвечала, если к ней обращались. Чижик пыталась подбодрить подругу, помогала, пробовала даже развеселить. Эльда была благодарна за теплоту, но чувствовала себя потерянной. Ей стало всё равно, что о ней думают, стали безразличны и учёба, и девочки, которые перешёптывались за спиной.
Ника вернулась из Лечебницы и написала прошение о переселении в другую комнату. Чара Корини не стала препятствовать и разрешила ей собрать свои вещи и уйти, благо в замке хватало пустых комнат. Чижик и Эльда остались вдвоём. Они только теперь до конца поняли, насколько их тяготило присутствие Ники.
После всего случившегося Эльда даже смотреть в её сторону спокойно не могла. Сколько бы она ни ругала себя за то, что подговорила всех на глупую авантюру, но закрадывалась мысль, что на самом деле всё им испортила Ника. Если бы она не вмешалась, всё пошло бы по-другому. Может быть, они не могли спасти Лексу, но она бы не погибла от силового удара Шани. Тогда и камень Витаниса не раскололся бы окончательно, а сестра не пострадала от рикошета…
– Ненавижу её. Ненавижу. – Когда Эльда бормотала эти слова, ей становилось легче. Чижик только качала головой, но не вмешивалась. Она не знала, как помочь, просто старалась постоянно быть рядом.
Шани тоже вернулась к учёбе и появилась на занятии по чароведению. Вся их группа впервые собралась после происшествия с Лексой. Разговаривать девочкам не хотелось. Мариса молчала, Шани с Эльдой тоже. Одна Юта, единственная, кто не была вовлечена в приключение, не могла понять, что происходит с остальными.
– Небольшое объявление, девочки, – сказал чар Питриг. – Как вы знаете, в нашей школе существуют занятия по интересам, и я хочу пригласить всех желающих в свой клуб живописи. Он заинтересует тех, кто любит рисовать и создавать что-то с помощью кисти и красок. Если таковые найдутся, прошу после занятия подойти ко мне, я отвечу на вопросы и запишу вас.
Чар Питриг посмотрел на Шани, но она опустила глаза.
– Запишешься? – спросила Эльда.
Шани равнодушно пожала плечами.