Юлия Ильская – Развод. Прощай. Ты проиграл (страница 7)

Он скрывается в комнате и появляется с рюкзаком.

– Я пошёл, – он подходит ко мне, целует в щеку, – Если что – звони.

Я обнимаю сына, и на глазах появляются слезы. Совсем большой. Мужчина. Защитник.

Лёша уходит, а я накладываю на ногу компресс и звоню Лике.

Глава 8

Лика заявляется уже через десять минут.

– Что случилось? – спрашивает она, глядя на мою распухшую ногу. – Боже мой, да ты сломала ногу!

– Нет, я не думаю, – отвечаю я. – Думаю, это просто растяжение. Я уже приложила лед.

– А что в прихожей так темно? – озирается она по комнате. – И где телевизор? Вставай, тебе нужно в больницу! Я помогу…

– Олег забрал технику и не оплатил свет… – говорю я с тяжёлым вздохом.

– Да ты что! Ну-ка расскажи! – Лика пораженно смотрит на меня – Нет, поехали в больницу, потом всё расскажешь.

Лика помогает мне обуться, и мы потихоньку выходим из дома. Она подгоняет свою машину к подъезду, и мы мчимся в больницу. По дороге я рассказываю ей всё, что произошло: увольнение, подлость Олега, его реакцию на мой уход и реакцию сына.

– Да уж… – говорит она. – Слушай, он, может, ненормальный? Может, у него крыша съехала? Посмотри, что он творит! Этого спускать нельзя! Ты ходила к юристу? – спрашивает она.

– Хотела домой зайти, немного прийти в себя после увольнения, переодеться и пойти в банк и к юристу, а тут… видишь, нога?

– Ну да, – вздыхает она. – Ладно. Деньги на свет есть? Хотя, что я спрашиваю… Поживешь у меня пока. Тебе все равно помощь понадобится.

– Неудобно как-то, – говорю я. – Не хочу тебя стеснять. У меня есть немного, но оплатить задолженность не хватит…

– Ничего, ты меня не стеснишь, – отвечает Вика с улыбкой. – Я всё равно одна. Мои уехали к свекрови на неделю.

– Ну хорошо, Лика, спасибо тебе большое. За неделю я что-нибудь придумаю, мне бы только выздороветь.

Мы приезжаем в больницу, делаем снимок и полчаса ждём в приемном покое, пока нас примет врач.

Хирург – усталый пожилой мужчина, высокий и худой. Он осматривает мою ногу, аккуратно щупает её и разглядывает снимки, сквозь круглые очки.

– Растяжение, – говорит он.

– И что теперь делать?

– Придется вам посидеть месяцок дома. Сейчас я распишу вам лечение. Три дня полного покоя, а потом очень небольшие нагрузки. Больничный мы вам дадим, – спешит утешить он, глядя на мое расстроенное лицо.

– Не нужен мне больничный, – вздыхаю я. – Я работу потеряла, мне бы новую сейчас искать, а у меня вот…

– Здоровье важнее, – устало улыбается он.

– Да, конечно, – киваю я, но непрошеные слёзы уже начинают капать из глаз.

– Ну-ну, что вы, милочка, – успокаивает меня хирург, гладя по плечу. – Не надо плакать, всё образуется.

Молча киваю, у меня просто нет сил бороться с обстоятельствами. Всё происходит так стремительно, что я чувствую себя утлым суденышком, попавшим в шторм.

– Всё так критично? – участливо спрашиваю я.

Меня вдруг прорывает. Я рассказываю про мужа, про задолженность и про начальницу…

– Возможно, я смогу вам помочь, – задумчиво говорит он.

– Спасибо вам большое, – говорю я. Мне немного легче, хотя я уже жалею, что расклеилась перед незнакомым человеком. – Чем же вы мне поможете? Я не могу нормально ходить…

– Пойдете к нам санитаркой?

– Санитаркой? – удивляюсь я. – Я же не умею.

– У нас скопилось много бумажной работы. Мы вас оформим как санитарку на полставки, посидите за столом, бумажки позаполняете, там не сложно. А потом, если хотите, можете перейти к работе санитаркой. Или вы брезгливы?

– Я три года ухаживала за лежачим отцом, брезгливости нет, но… Я никогда не работала с больными.

– Ну вот и хорошо. Практика у вас есть. Надумаете – позвоните. Меня зовут Марк Львович, – говорит он с улыбкой. – Помните, безвыходных ситуаций не бывает. Деньги небольшие, но стабильные. Аванс можно взять. Работать можно только полдня. А если найдете постоянную работу, можете уйти. Никто вас насильно не держит.

– Спасибо вам большое, – говорю я доктору.

Для меня это был бы выход. Я смогла бы начать работать через несколько дней. Вариантов у меня, к сожалению, немного. Я только шить умею, но уверена, что Марго сдержит слово и в ателье меня не возьмут.

Глава 9

– Вот тебе диванчик, вот тебе телевизор, сейчас приготовлю чай, – хлопочет возле меня Лика. – Давай, Лен, намажем твою ногу.

– Спасибо большое, – говорю я, – Мне даже неловко.

– Лен, да перестань ты, – Лика на секунду останавливается. – Разве, если бы я попала в такую ситуацию, ты бы мне не помогла?

– Ну, конечно, помогла бы, – восклицаю я. – Ты же моя лучшая подруга!

– Ну вот, о чём и разговор! – улыбается она. – Лежи, отдыхай.

Я откидываю голову на подушку. Даже поход в больницу вымотал меня. И это ещё потому, что я истощена эмоционально.

Так, а что мне делать три дня полного покоя? Тупо лежать у телевизора? Я не привыкла к такому.

Мой взгляд падает на куклу, сидящую на спинке кресла. Я беру её и задумчиво верчу в руках. Кукла красивая, дорогая, только вот какая-то рубашечка на ней странная.

– Это Анютина, – говорит Лика, заходя в гостиную с чашкой чая. – На ней раньше было платьице, но Аня его где-то потеряла. И вот смастерила ей платье из носка.

Я смеюсь:

– Ага, а я думаю, что это мне напоминает.

– Она у нас тоже мечтает стать модельером.

– Слушай, а давай я ей платье сошью, не могу просто так сидеть.

– Да зачем тебе с этим возиться?

– Ты поищи каких-нибудь лоскутков ненужных и дай мне нитки с иголкой, – воодушевляюсь я.

– Ну ладно, как скажешь, – пожимает плечами подруга.

А я уже листаю телефон в поисках красивых платьев.

Лика достаёт куски ткани – тюль, немного атласа, бархата и какие-то шнурочки.

– Вот шторы шили, осталось. Твори! – говорит она.

Я прикидываю кусочки ткани к кукле.

– Так, этот сюда, этот сюда, ага, вот так… – бормочу я себе под нос.

Передо мной как будто бы не кукла, а настоящая девушка, и процесс увлекает меня всё больше. Я уже вижу это платье – роскошное, в викторианском стиле. Чувствую знакомое покалывание в кончиках пальцев, так происходит, когда приходит идея и требует немедленного воплощения!

Вика уходит в комнату дочери и возвращается с карандашами и бумагой.

Она пододвигает мне журнальный столик, чтобы я могла раскроить платье для куклы, и я принимаюсь за работу.

С удивлением я замечаю, как наступает вечер. За работой время летит незаметно, но пора и передохнуть.