Юлия Ильская – Развод под новый год (страница 6)

Колье. Золотое, массивное, с камнями. Сапфиры, похоже. Или может аквамарины, я в камнях не особо разбираюсь, но выглядит дорого. Очень дорого. Лежит на бархатной подушечке, блестит под тусклым светом лампы на парковке.

Вот как значит! Для нее дорогущее колье, а мне цепочка за тысячу!

Стою и смотрю на это колье, и внутри такая ярость поднимается, что руки сами сжимаются в кулаки. Хочется швырнуть эту коробку об асфальт, растоптать, разбить к чертям.

Но сдерживаюсь. Заворачиваю коробку обратно в бумагу, аккуратно, как было. Кладу оба свертка назад в багажник, закрываю.

Стою у машины, тяжело дышу. Морозный воздух обжигает легкие, но мне жарко. Как? Как я за столько лет не разглядела кто рядом со мной? Как могла любить его, заботиться, в постель с ним ложиться? Так гадко становится…Мерзко.

Потерпи, подожди, не время - только и слышала я все эти годы. И я терпела, ждала, поддерживала, потому что любила, потому что считала что семья важнее, любовь важнее. А теперь что?! Я как лох, в дураках осталась! И без семьи и без денег!

Телефон звонит в кармане пуховика неожиданно. Вздрагиваю, достаю. На экране "Слава".

Черт. Он проснулся, хватился меня.

Беру трубку.

— Алло, — говорю. Голос хриплый от злости и невыплаканных слез.

— Катя, ты где? — бубнит он равнодушно — Я проснулся, тебя нет.

— В магазин пошла, — быстро отвечаю. — Хлеба нет, тебе к завтраку гренки пожарить. .

— В шесть утра? Какие магазины в шесть утра?

— Круглосуточный на углу, — говорю я. — Сейчас приду.

— Ладно, — он зевает.

Бросаю трубку. Стою еще минуту у машины, пытаюсь успокоиться, выровнять дыхание.

Потом иду к лифту, поднимаюсь на наш этаж. Открываю дверь квартиры.

Слава стоит на кухне, наливает себе воду. Волосы взъерошенные, в одних трусах.

— А где хлеб? — спрашивает он. - Что я буду есть?

— А, нет там, не привезли еще, яичницу пожарю.

Он кивает, не особо вникая. Допивает воду, возвращается в спальню. Давай, давай, дорогой скоро ты потеряешь и сон и аппетит!

Глава 8

Катя

С трудом готовлю завтрак для предателя. Будь моя воля я бы его лучше отравой накормила.

Никогда не любила врать и притворяться а вот жизнь заставила все таки. Улыбаться и подавать еду человеку который в душу плюнул. Всю любовь, всю заботу, двадцать лет жизни растоптал!

Душа рыдает и требует немедленных действий, а разум уговаривает - молчи, потерпи еще чуть-чуть, не наломай дров.

Провожаю его на работу и беру телефон. Сначала звоню себе на работу и беру несколько дней отпуска за свой счет. Затем достаю визитку Островского. Медлю, кручу ее в руках, но вспоминаю теплые понимающие глаза и набираю номер.

— Алло? — отвечает он. Голос спокойный, деловой.

— Здравствуйте, это Екатерина, — говорю я. — Жена Вячеслава Морозова. Мы вчера...

— Помню, конечно, — перебивает он мягко. — Как вы себя чувствуете?

— Нормально, — вру я. — Слушайте, вы говорили про юриста. Мне правда нужна помощь. Можете дать контакты?

Пауза. Слышу, как он вздыхает.

— Екатерина, давайте лучше встретимся. Я познакомлю вас с Ириной Сергеевной лично, она моя хорошая знакомая. Будет проще, если я буду рядом, смогу объяснить ситуацию, подтвердить все по работе Вячеслава.

Молчу. Не знаю, что ответить. С одной стороны, неудобно дергать человека. С другой он действительно знает больше о финансах моего мужа, чем я - его жена.

— Я не хочу вас обременять, — говорю неуверенно.

— Не обременяете, — отвечает он твердо. — Екатерина, я сам предлагаю. Более того, мне будет проще подтвердить юристу все, что касается финансов Вячеслава. Его зарплату, премии, повышение. Это важно для раздела имущества, поверьте.

— Хорошо, — соглашаюсь я после паузы. — Когда можем встретиться?

— Сегодня вечером в шесть устроит? Я позвоню Ирине, она освободится.

— Сегодня... — повторяю я. Так быстро. Но чем быстрее, тем лучше, наверное. — Да, хорошо. Буду в шесть.

— Отлично. Тогда до встречи, Екатерина.

К шести вечера я уже стою у входа в кафе. Волнуюсь так, что руки трясутся. Поправляю волосы, проверяю, не размазалась ли помада. Накрасилась сегодня чуть ярче, надела стильные широкие джинсы, свитер бежевый, сапоги на каблуке. Хочется выглядеть по-человечески, а не как затравленная мышь.

Захожу внутрь. Кафе правда тихое, уютное, столики в мягких креслах, приглушенный свет. Оглядываюсь, ищу глазами Островского.

Вижу его у окна. Он сидит за столиком с женщиной лет пятидесяти, строгий костюм, короткая стрижка, умные глаза за очками. Это, наверное, юрист.

Островский замечает меня, встает, машет рукой. Я иду к их столику, чувствую, как сердце колотится.

— Екатерина, здравствуйте, — говорит он, подает руку. Я пожимаю ее, его ладонь теплая, крепкая. — Присаживайтесь, пожалуйста. Это Ирина Сергеевна Короткова, я вам о ней рассказывал.

Женщина встает, протягивает руку.

— Очень приятно, — говорит она. Голос уверенный, но не резкий. — Садитесь, Екатерина. Максим мне вкратце рассказал вашу ситуацию. Давайте обсудим детали.

Сажусь в кресло напротив них. Официант подходит, спрашивает, что буду заказывать. Прошу чай с лимоном, руки мерзнут, хочется согреться.

— Екатерина, — начинает Ирина Сергеевна, — расскажите мне, пожалуйста, как обстоят дела. Сколько вы в браке? Есть дети? Какое имущество?

Рассказываю. Двадцать лет брака. Двое детей, взрослые, живут отдельно. Квартира в совместной собственности, ипотека выплачена. Машина на имя мужа. Я работаю, он работает, бюджет общий. Кредит на меня оформлен.

— И вы узнали об измене? — уточняет она.

— Да, — киваю я. — Нашла переписку в телефоне. Три месяца он встречается с другой женщиной. Дарит ей дорогие подарки, водит по ресторанам. А мне говорит, что денег нет.

Ирина Сергеевна кивает, записывает что-то в блокнот.

— Доказательства есть? Переписка, фотографии?

— Есть, — отвечаю. — Я сфотографировала на свой телефон.

— Отлично. Это важно. — Она смотрит на меня внимательно. — Скажите, вы уверены, что хотите развода? Попытки сохранить брак не будет?

— Нет, — говорю я твердо. — Не будет. Я хочу развестись. Быстро и чисто.

Она кивает.

— Понимаю. Тогда вот что. Мы подадим заявление в суд. При наличии доказательств измены и того факта, что он тратил семейные деньги на любовницу, суд может учесть это при разделе имущества. Вы можете претендовать на большую долю. А также на раздел кредита.

Островский наклоняется вперед.

— Ирина, я могу предоставить справки с работы, — говорит он. — Подтвердить, что Вячеслав получал хорошую зарплату, премии. Что никаких финансовых проблем у него не было.

— Максим, это очень поможет. Спасибо. - кивает она.

Он поворачивается ко мне.

— Екатерина, если вам нужны какие-то документы, справки — обращайтесь. Я сделаю все, что в моих силах.

Смотрю на него и чувствую, как внутри что-то теплеет. Этот человек почти незнакомый, а помогает мне больше, чем кто-либо.