Юлия Ильская – Бывшие. Папа на месяц (страница 17)
Маленький чертенок решает смилостивится и усаживается рядом с такими же малышами лепить куличики, или что они там лепят. Я со стоном присаживаюсь на ближайшую лавочку. Какой ужас, а ведь еще даже не обед!
– Ой, здрасьте, а вы Тёмочкин папа? – рядом со мной присаживается миловидная брюнетка, но я так измучен, что против обыкновения даже не обращаю на нее внимания.
– Да – киваю я, может если буду меньше разговаривать ей наскучит и она уйдет.
Но не тут-то было.
– Меня зовут Инга, – кокетливо говорит она, – я мама Алисы.
Она протягивает руку и я вяло ее пожимаю, меня привлекает происходящее в песочнице. Какая-то крупная девочка, посыпает моего мальца песком, вот поганка, я только утром его купал.
Я решаю не вмешиваться, в конце концов он мужик, пусть разбирается.
Артем недовольно машет ей, призывая прекратить, но девчонка словно издевается, весело смеется и снова сыпет моему на голову песок. Я ищу взглядом мать девочки, вон она стоит с сигаретой, болтает с подружками и совсем не смотрит за дочерью.
– Мама! – кричит девчонка и снова сыпет песок Артему на голову, он сердито отряхивается. Мать равнодушно скользит по ней взглядом.
– Играй, Матильда, играй, – кричит она ей.
– Ох, это Матильда, – вздыхает моя собеседница, – она всех детей на площадке тиранит.
Тем временем, Артем набирает в ведерко песок поднимается и встав на носочки опрокидывает все это богатство на девочку.
– Мама! – верещит она изо всех сил, и начинает демонстративно рыдать, можно подумать кирпичами ее закидали.
– Ах ты паршивец! – мамаша резво подбегает к песочнице.
Я быстро встаю с лавочки и за пару шагов оказываюсь рядом с сыном.
– Что случилось? – говорю я, положив руку на плечо насупившемуся Артему.
– Вы посмотрите, что ваш поганец сделал! Он мою дочь всю песком засыпал! – вопит истеричная мамаша.
– Я видел, – спокойно отвечаю я, – а вы видели как ваша дочь обсыпала песком моего сына?
– Она девочка! – истерит ненормальная.
– И что? Что это за дискриминация по половому признаку? Если она девочка ей все можно? Тем более вы сами разрешили ей так играть, так пусть и она принимает правила игры, скучно же когда только один играет.
– Вы…вы хам! – кричит она, – вы вообще откуда взялись? Я вас раньше не видела!
– Я его отец и теперь вы будете видеть меня постоянно, – холодно отвечаю я.
– А, очередной папаша явился! Да у твоей жены они каждую неделю меняются. Как перчатки, надолго не задержитесь, – язвительно говорит она.
– А вот это не твое дело, – я приближаюсь к ней и она испуганно замолкает, – еще слово и я привлеку тебя за клевету и оскорбление чести и достоинства человека.
– Давай, давай, привлеки, я мать одиночка, вам богачам не понять…
– Это не оправдывает твоего поведения! Ты лучше подумай как твоя дочь в социуме жить будет. Но тебе не понять! – передразниваю я ее.
– Матильда, пойдем! – мамаша в бешенстве хватает дочь за руку и тащит ее с площадки.
Я сажусь перед Артемом на корточки и отряхиваю его.
– Не переживай, сын, ты все правильно сделал, – говорю я, – дай пять!
Артем, немного подумав хлопает по раскрытой ладони.
Меня вдруг окружают остальные мамочки, раздаются бурные аплодисменты и слова благодарности.
Глава 16
– Это Светка с четвертого дома, она вообще невменяемая и ребенка такому же учит, здорово вы ее приложили, будет может быть потише. У нас тут каждый день скандалы с ней, мы уже измучились…
– Но почему же вы ее до сих пор не привлекли? – спрашиваю я.
– Жалко как-то, она одна дочь растит, вот и терпим, – отвечают мамы, – а вы молодец, ее еще никто до такого бешенства не доводил.
Мне даже как-то неловко становится, капец я молодец, вздорную бабу переспорил!
– Артем, пойдем домой, – говорю я, – обедать пора.
Я готовлюсь к тому что сын начнет по обыкновению бурно протестовать и в уме перебираю все возможные заманухи. Но Артем вдруг молча складывает свои игрушки в ведерко и берет меня за руку.
А вот это хорошо, очень хорошо. Наконец-то одна крепость пала, не знаю сколько еще их у Темыча, но какую-то долю уважения я заслужил! Мы идем домой, где нас уже ждет бабушка с обедом.
Я с облегчением передаю ей внука и заваливаюсь на кровать. Ощущение такое словно вагон цемента разгрузил и еще три тренировки подряд отработал.
Все конечно хорошо, я победил дракониху и могу собой гордится, но мозг царапает фраза, брошенная вредной Светкой, про Ксюху. Я как-то не интересовался раньше, был ли у нее кто-то, пыталась ли она наладить личную жизнь? А ведь она молодая, красивая, почему бы ей не знакомиться с мужчинами и не встречаться? В душу закрадывается ревность. Не должна она ни с кем встречаться, а тем более приводить их домой!
Я понимаю, что не имею права предьявлять ей претензий, она свободная девушка и может делать все что угодно. Вспоминаю своих прошлых подружек и не могу вспомнить лица не одной, они все прошли как призраки, ни одна в душе не зацепилась. А вот Ксюша…
Только она ясно дала мне понять, что между нами ничего не может быть, что я для нее всего лишь друг, и что наша ночь после которой родился Артем всего лишь ошибка. Она меня не любит и никогда не любила, пора и мне перестать по ней сохнуть, пора забыть ее мягкие сладкие губы и гибкое податливое тело. Не буду же я ей навязываться. Я и сам не знаю когда наша дружба переросла в любовь с моей стороны, я перестал видеть в Ксюшке друга, а видел только желанную, любимую девочку. Я прикрывал свои чувства глупыми шутками, смехом и обожал смотреть как она сердится. А когда я узнал, что она больна, чуть с ума не сошел от волнения. А теперь я вдруг узнаю, что у нее были другие и это неприятно, это даже больно.
Я набираю номер Ксюши, надеюсь она не на процедурах Аркадий Павлович сказал что пару дней он будет ее осматривать.
– Привет, – говорю я и замолкаю, не знаю что и сказать, почему-то все слова исчезают остается только желание слышать ее голос, такой нежный, такой певучий.
– Данилов! Я тебя убью! – возмущенно кричит Ксюшка мне в ухо, так, что мне даже приходится отодвинуть телефон и наслаждаться издалека.
– За что? – возмущаюсь я
– Этот профессор из меня уже всю душу вытряс! – жалуется она, – я только кровь пять раз уже сдавала, не говоря уже об мрт и другой фигни. Я чувствую себя лабораторной крысой. Я устала так, как после родов не уставала!
– Ксюш, ну он лучший! Он ребят из нашей команды после сложнейших переломов на ноги ставит, я ему полностью доверяю.
– Ох, – вздыхает она, – ну ладно потерплю, как Артем?
– Все хорошо у нас, – гордо отвечаю я, – мы сегодня одни оставались и даже какали!
– О как? Сами? – удивленно говорит Ксюша
– Ага, киваю я, – хотя подруга не может меня видеть, – зря ты говорила что я безответственный, я очень ответственный.
– Ну…хорошо…
– Хочешь я приеду? Поддержу? – осторожно спрашиваю я.
– Нет, Дим, не надо, – говорит Ксюша немного помолчав, – тем более меня сейчас опять куда-то потащат, пятнадцать минут на обед дали.
– Ну тогда ешь быстрее, – говорю я, стараясь скрыть свое разочарование, – наедай щеки.
– Да ну тебя, Данилов, – бросает она и отключается.
– Димочка,– зовет меня Аксинья Георгиевна, очень мне не нравится это обращение, но не поспоришь со старушкой, опасно. Ксюха характером в нее пошла, такая же боевая.
– Да, Аксинья Георгиевна, что-то нужно? – я выхожу из комнаты.
– Я пойду к соседке, на десять минуток, а ты пригляди за Артемкой, – говорит она.
О, нет! Моя надежда немного вздремнуть рассыпается прахом! И когда это бабуля успела с соседкой познакомиться?
– Хорошо, – уныло говорю я.
Вчерашняя игра в хоккей Темыча уже не привлекает. Поэтому мы стащив все подушки и одеяла на пол, строим себе вигвам, раскрашиваем лица Ксюхиной косметикой, ловим бледнолицых и раскуриваем трубку мира, склеенную из Ксюхиных бигудей. За этим занятием, через два часа, нас и застает бабушка.
– Это Светка с четвертого дома, она вообще невменяемая и ребенка такому же учит, здорово вы ее приложили, будет может быть потише. У нас тут каждый день скандалы с ней, мы уже измучились…
– Но почему же вы ее до сих пор не привлекли? – спрашиваю я.
– Жалко как-то, она одна дочь растит, вот и терпим, – отвечают мамы, – а вы молодец, ее еще никто до такого бешенства не доводил.
Мне даже как-то неловко становится, капец я молодец, вздорную бабу переспорил!
– Артем, пойдем домой, – говорю я, – обедать пора.
Я готовлюсь к тому что сын начнет по обыкновению бурно протестовать и в уме перебираю все возможные заманухи. Но Артем вдруг молча складывает свои игрушки в ведерко и берет меня за руку.
А вот это хорошо, очень хорошо. Наконец-то одна крепость пала, не знаю сколько еще их у Темыча, но какую-то долю уважения я заслужил! Мы идем домой, где нас уже ждет бабушка с обедом.
Я с облегчением передаю ей внука и заваливаюсь на кровать. Ощущение такое словно вагон цемента разгрузил и еще три тренировки подряд отработал.
Все конечно хорошо, я победил дракониху и могу собой гордится, но мозг царапает фраза, брошенная вредной Светкой, про Ксюху. Я как-то не интересовался раньше, был ли у нее кто-то, пыталась ли она наладить личную жизнь? А ведь она молодая, красивая, почему бы ей не знакомиться с мужчинами и не встречаться? В душу закрадывается ревность. Не должна она ни с кем встречаться, а тем более приводить их домой!