Юлия Игольникова – Мария (страница 1)
Юлия Игольникова
Мария
Все произошло так быстро, неожиданно. От резкой перемены сознание пару секунд находилось в ступоре. Или не секунд, наконец появилась первая мысль. Время здесь течет иначе.
Ворота распахнулись и стражники, не сказав ни слова, почтительно склонили головы. Немного растерянный взгляд заскользил по хорошо знакомой площади. Она уже была здесь. Давно, очень давно. Открытое, светлое пространство казалось бескрайним. Появилось ощущение, даже скорее знание, что и как надо делать. Надо идти, идти вперед.
Сделать шаг, потом второй... Ожившая память подсказывала, что там, за туманной дымкой на другом конце площади есть белая стена, которая и является конечной точкой пути, ее пути. Ясность и понимание происходящего придали сил и уверенности.
По мере продвижения площадь заполнялась народом. И вскоре она отметила, что идет не по отрытому пространству, а по аллее из людей, выстроившихся по обеим сторонам маршрута. С каждой секундой их становилось все больше. Толпа уплотнялась, но сдерживаемая невидимой преградой, не переступала черту.
Сначала было тихо. Или так просто казалось… Но в какой-то момент слух стал различать странный нарастающий гул, подобный тому, что издает встревоженный пчелиный рой. Шепот, ропот прерывались отдельными возгласами и криками, которые раздавались все чаще. Это гудит толпа, поняла она и огляделась вокруг. Да, не почудилось, все внимание было приковано к ее персоне. И реплики, тихие и громкие тоже предназначались ей. Что им нужно, промелькнуло в голове, чего хотят эти люди. Только мысль успела сформироваться, как тут же отчетливо и ясно прозвучало:
- Помогите! Помоги!
И призыв не остался единичным. Его сразу же подхватили другие голоса. А потом раздался возглас, от которого она невольно вздрогнула и обернулась, и сразу вспомнила, кем является, что от нее требуют и почему просят о помощи. Толпа выкрикивала ее имя! Ее настоящее имя!
- Мария! Мария! Помоги!
Да чем же я могу вам помочь, с горечью подумала она и продолжила путь.
Стражники пытались усмирить возбужденный, взбудораженный человеческий улей. Однако не имели в том большого успеха. Народ гудел, звал, кричал, умолял. А одной женщине так и вовсе каким-то чудом удалось прорваться сквозь невидимое ограждение. Вероятно, ее боль и отчаяние были настолько сильны, что сокрушали любые препятствия и не останавливались ни перед чем, лишь бы быть услышанными.
- Помоги! - женщина в черном платье упала на колени, намереваясь поцеловать ей ноги. - Я невиновна! Пощади! Скажи ему! Я невиновна! Заступись! Умоляю!
- Встаньте, прошу вас! - она сделала шаг назад.
Подбежали стражники, но прежде чем нарушительницу порядка попытались вернуть на место, та успела ухватится за подол белого платья.
Стало не по себе. Ткань угрожающе затрещала. Еще чуть-чуть и она окажется перед толпой с обнаженными ногами, что было абсолютно недопустимо! Поэтому пришлось умерить пыл стражей и постараться самой освободиться из крепкого захвата.
- Встаньте, пожалуйста! Отпустите! - с немалым усилием удалось отнять у просящей подол платья. Этим тут же воспользовались охранники порядка и подхватили несчастную под руки.
- Поможешь?! - с мольбой и отчаянием кричала та, увлекаемая в толпу. - Я невиновна! Невиновна!
Она не могла ничего ответить. И, проводив женщину грустным взглядом, пошла дальше. Внимание людей становилось тягостным, невыносимым. Хотелось быстрей добраться до белой стены, спрятаться за ней от навязчивых безответных просьб, от криков и шума, от пристальных, въедливых взглядов.
Когда она наконец ступила в полосу тумана, звуки, тонущие в плотной молочной субстанции, стихли. Гудящая толпа осталась позади. С губ, тронутых слабой, грустной улыбкой, сорвался вздох облегчения. Еще несколько шагов и все закончится. Проделанный путь показался невозможно длинным и трудным, словно проходил не по гладкой чистой поверхности, а по заснеженному полю в лютую метель.
*
- Здравствуй, Маша! Ну как ты?
Ее уже ждали и встречали. Мужчина протянул руки для объятий. То же приветливое, участливое выражение лица, лишенного признаков возраста, открытый лучистый взгляд. Никак не получалось определить цвет глаз. Это так и осталось для нее загадкой. Все в его облике располагало к умиротворению, покою и душевному общению. «Совсем не изменился!» - промелькнуло в голове. И тут же другая мысль заставила улыбнуться. «Он и не должен был!» Сказывались старые привычки и мышление.
- Нормально, - она позволила увести себя в дом.
- Устала?
- Очень, - мягкое кресло, услужливо поданный плед оказались очень кстати. То, что нужно, после долгого изматывающего пути. «Еще бы чашечку кофе!». Память никак не могла угомониться.
- Ну и как тебе там?
- Плохо, - не раздумывая ответила она. - Очень плохо.
Мужчина тяжело вздохнул и опустился в кресло напротив.
Какое-то время оба молчали. Каждый был погружен в собственные мысли.
- Странно, - задумчиво произнес он, глядя в потолок. - Мне казалось, должно становиться лучше.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.