Юлия Хокка – Преподаватель (страница 6)

Протянув руку, она молча взяла их и сунула в карман цветного халата.

– Меня одногруппница в гости позвала, – начала я, хотя момент явно был неподходящий, – в субботу с ночевкой… Я поеду, наверное.

– Давай-давай, – саркастически произнесла бабушка, – езжай, правильно, зачем учиться, заниматься, лучше шоркаться с какими-то девками.

– Почему ты так реагируешь, ба? Мы с одногруппницей просто хотели пообщаться, посидеть у нее дома. Ничего такого.

Комнату освещала тусклая желтая лампочка, за завешенными шторами скрывалась темнота холодного осеннего вечера. На душе тоже было мрачно и сыро.

– Пообщаться можно на перерыве, после уроков, в конце концов. Ехать с ночевкой куда-то для этого необязательно. Я не первый день на свете живу, знаю, чем на таких ночевках занимаются.

– По себе не судят, – сквозь зубы прорычала я, поднимаясь с дивана.

– Чего ты сказала?! – тут же вскипела бабушка.

Скрывшись за дверью ванной комнаты, я слышала ругань, направленную в мой адрес, но, включив воду, постаралась абстрагироваться. Сняла джинсы и свитер, кинула их на корзину для грязного белья и, присев на край ванны, взяла в руки телефон.

Олеся

Тетя Инга, привет. Ты завтра дома?

Тётя Инга

Нет, дорогая, я работаю. Приедешь в выходные?

Вздохнув, я ответила, что в выходные занята, и пообещала заехать в другой раз.

В пятницу по расписанию у нашей группы стоял день для самостоятельной подготовки студентов, так что можно было бы подольше посидеть у тети. Сначала стало грустно, что не получалось съездить в гости, но, с другой стороны, разумнее было бы сделать все домашние задания, раз я планировала провести выходные у Яны. Несмотря на ругань бабушки и предстоящий скандал, мое решение принять приглашение одногруппницы стало окончательным. Написав ей об этом, я залезла под теплые струи воды.

Глава 4

Пятницу я действительно посвятила учебе. Предполагая, что в следующий вторник Татьяна Афанасьевна уже выйдет на работу и проведет обещанный опрос, особое внимание уделила психофизиологии и психогенетике.

Вечером Машка предложила прогуляться. Нарезая круги по городу, мы хорошо проводили время: душевно болтали и обсуждали всякую ерунду, но идиллию прервал звонок – когда мы проходили мимо железнодорожной станции, Маше позвонил Артем.

– Лесюш, он хочет встретиться. Сказал, чтобы мы его здесь подождали.

– Ладно. Я тогда домой пойду, – отозвалась я, скрывая недовольство.

– Одна через парк? – взволнованно спросила подруга.

– Да еще вроде не так поздно, люди, вон, с электричек домой идут.

– Давай мы все-таки тебя проводим?

Общаться с придурком Артемом никакого желания не было, но и идти одной по темноте через наш прославленный парк не хотелось.

– Ладно, лучше и правда с вами, – все же нехотя согласилась я.

Город не считался особо криминальным, но в парке порой происходили жуткие вещи. Не раз там грабили пенсионеров, насиловали женщин и даже убили какого-то парня. В числе пострадавших оказалась и моя бывшая одноклассница. Учась в одиннадцатом классе, она как-то раз поздно возвращалась домой и решила срезать путь через этот парк. Ее изнасиловали. Хорошо, что хоть жива осталась.

Однако Артем ничего страшного в парке не видел.

– Малыш, Леся взрослая девочка, дойдет сама. На улице еще не поздняя ночь, – ответил он, когда Маша попросила проводить меня. – А мы уже опаздываем, пацаны ждут.

– Прости… – еле слышно произнесла подруга, глядя мне в глаза.

Кивнув, я развернулась и быстрым шагом направилась к дому.

Дурное предчувствие не давало покоя. Скорее всего, я просто себя накрутила, но все же решила потратить лишние сорок минут, чтобы обойти опасное место.

Ближе к ночи Маша написала сообщение, в котором еще раз извинилась за эту ситуацию и спросила, как я дошла.

В субботу бабушка показательно меня игнорировала. Неприятно, но гораздо лучше, чем выслушивать ее крики.

Мы с Яной договорились встретиться в семь часов в центре Москвы. Ближе к вечеру я достала из шкафа рюкзак, нужно было собрать вещи для ночевки и решить, какую домашнюю одежду взять с собой, ведь одногруппница жила не одна, а с соседом.

Пока я красилась, на телефоне негромко играла музыка, а из бабушкиной комнаты доносился звук включенного телевизора. Она несколько раз демонстративно измерила давление, выпила после этого по таблетке и, проходя мимо меня, то и дело вздыхала. Как бы я ни переживала за бабушку, всю жизнь сидеть дома рядом с ней на диване и молча со всем соглашаться я не могла.

От нанесения теней на глаза меня отвлекло сообщение Яны.

Яна

Олесь, ты не против, если с нами в бар пойдет Паша, мой сосед по квартире?

Олеся

Не против.

Компания незнакомого парня несколько напрягла, но, с другой стороны, а почему бы и не пообщаться?

Яна

Он хороший парень, да и так безопаснее, в баре никто не пристанет.

Олеся

Ну да.

Заигрывать с этим Пашей я не собиралась, но к своему внешнему виду все равно отнеслась критичнее и решила сделать макияж выразительнее. Закончив со сборами и высушив волосы феном, я надела обычные синие джинсы и черный свитер поверх клетчатой рубашки, пару раз пшикнула на шею парфюм и пошла обуваться.

Бабушка в коридор не вышла. Взяв ключи, я закинула рюкзак на плечо и покинула квартиру. Предвкушение «молодежно-тусовочного» вечера вытесняло неприятный осадок от нашего конфликта.

Подъезжая к нужной станции, я достала пудру с зеркальцем, чтобы убедиться, что с лицом все в порядке.

Ребята задерживались. Прислонившись к стене, я стала листать ленту новостей, пока не увидела Яну и Пашу. Мы с одногруппницей обнялись, и я перевела взгляд на парня.

– Привет, – улыбнулся он.

– Привет, – так же дружелюбно отозвалась я.

– Олеся, это Паша, Паша, это Олеся, – представила нас Яна.

– Приятно познакомиться, Паша.

– Взаимно, Олеся.

Хватило пяти секунд, чтобы расслабиться: Паша оказался совершенно не моим типажом. Я оценила его открытость, но внешне он не зацепил: невысокий, едва ли на пару сантиметров выше меня, щуплый, с небольшими мрачными глазами. Даже прическа, обычная короткая стрижка, совсем не понравилась – она ему не шла. Единственное, что очаровывало в нем – улыбка.

– Пойдемте? – спросила я, накидывая рюкзак.

– Надо еще Мишу подождать, брата Паши, он тоже сейчас подойдет.

– Хорошо.

Про Мишу меня изначально даже не предупредили.

Вскоре появился второй парень. Его телосложение мне понравилось больше: он был повыше и более подтянутый, но искры все равно не возникло. Впрочем, меня это даже порадовало – когда нет симпатии, общаться гораздо проще.

Выйдя на улицу, мы направились к бару, который находился в десяти минутах ходьбы. По пути завязался разговор, и первое впечатление складывалось положительное: ребята вели себя вежливо и открыто. Выяснилось, что Паше двадцать два года, а Мише двадцать три и они не родные братья, как я сначала подумала, а сводные. Миша уже работал в полиции, а Паша еще учился на четвертом курсе и где-то подрабатывал, вместе с Яной они снимали квартиру уже около трех месяцев.

Бар оказался уютным, в классическом ирландском стиле. На стенах висели плакаты, громко играла зарубежная рок-музыка, почти все места были заняты шумными людьми, что неудивительно для вечера субботы. Нам повезло занять высокий круглый стол недалеко от выхода. Я придвинулась ближе к Яне, Паша сел напротив, а Миша – слева от меня.

К алкоголю я относилась равнодушно: пила редко и очень мало, а крепких напитков и вовсе избегала. Но, чтобы не выглядеть ханжой, решила заказать по совету Яны одну «Пина коладу».

Беседа шла легко и непринужденно, компания подобралась действительно приятная. Вскоре суровая официантка принесла наши коктейли.

– Ну как? – спросила Яна.