Юлия Ханевская – Витморт. Играя со смертью (страница 3)
– Все же нашел меня. Что ты здесь делаешь?
Мужчина присел на корточки, освобождаясь от яркого солнца и позволяя себя разглядеть. Он не изменился. Тонкие губы скривлены в усмешке, темные волосы небрежно растрепаны, и глаза… холодные, стальные омуты. Лишь бледности лица коснулся едва заметный загар.
– Пришел напомнить, что ты все еще моя.
Ярина вскочила с колен, пытаясь унять дрожь в руках и перестать плакать. Она не позволит этому жестокому колдуну наслаждаться своей слабостью.
– Зачем ты сделал это? Зачем убил? – вопреки усилиям, голос все-таки дрожал.
– Ты все та же, – он не поднимался следом за ней, а смотрел снизу-вверх, – задаешь вопросы, на которые знаешь ответы.
– Я ненавижу тебя, – она попятилась, – ненавижу всем сердцем…
Одно резкое движение – и он рядом. Холодные пальцы на ее шее. Нечем дышать. Ярина пошатнулась, судорожно хватая ртом воздух.
– А я тебя – нет, – губы растянулись в улыбке, зажим руки ослабился. Ладонь переместилась назад, притягивая девушку ближе. Пальцы пробежали по волосам, скидывая шляпку, – даже несмотря на все то, что ты натворила. Совсем, напротив. Мне нравится цвет и запах твоих волос. Они золотые, словно лучи солнца, и пахнут морем. А глаза? Как могут не нравиться такие синие глаза? Веснушки… ровно девять здесь, и семь здесь.
Он водил кончиками пальцев по ее лицу, следуя за своими словами и пуская по коже мороз.
– И губы, – он наклонился совсем близко, обдав запахом горьких трав. – Они пахнут карамелью и на вкус, я уверен, такие же сладкие.
Колдовской взгляд замер в ее глазах, затянув в свой плен, словно в клетку. На мгновение повисла тишина, в которой Ярина слышала стук своего сердца.
– Оставь меня. Пожалуйста. Или убей.
Он отстранился, опустив руки. Лишившись опоры, она чуть не упала. Оказалось, ноги стали ватные и совсем не держали.
– Я пришел сказать, что теперь нас не будут разделять километры. Мы скоро встретимся. И уж поверь, в этот раз я не упущу тебя из вида.
Он развернулся уходить. Ярина обхватила себя руками, удивляясь, как ей холодно в такой теплый день. Взгляд переместился с его спины, к комку пропитой кровью шерсти. Горло сжали рыдания.
Рухнув на песок, скрыла лицо в ладонях, беззвучно плача. Во всем, абсолютно во всем была виновата только она сама. И в тот момент, когда сделала первый ошибочный шаг, Боги, которым так часто молилась, смотрели в другую сторону.
Кожи бедра коснулось что-то теплое, мокрое и шершавое. Опустив руки, девушка взглянула вниз и взвизгнула, подобрав колени к груди. На нее зелеными глазами смотрел живой и невредимый Тиша. А на том месте, где пару минут назад лежал его растерзанный трупик, стоял колдун. С серьезным, ничего не выражающим лицом.
– Это мой тебе подарок. Напоминание о том, что смерть еще не конец. И если ты вздумаешь натворить глупостей, я верну тебя.
Подмигнул и исчез. Испарился прямо в воздухе, будто его и не было.
Ярина, забыв от шока о слезах, посмотрела на Тишу.
Только что мужчина, ставший ее личным проклятием, отнял единственную причину улыбаться. Безмятежность и свобода, символом которых каких-то десять минут назад был этот трехцветный кот.
Зачем? Ну зачем ей нужно было покупать то приворотное зелье? Чем только думала, опаивая того, кого, как тогда казалось, беззаветно полюбила… А, ведь ее предупреждали: побочные эффекты могут быть самые разрушительные, и за все придется заплатить втройне.
Глава 2. Прогулка с последствиями
А она – то думала, что лес остался позади. Увы, нет. Спустившись по лестнице из четырех высоких каменных ступеней, оказалась отнюдь не перед замком и даже не в его дворе. Впереди змейкой убегала тропинка меж заснеженных елей. Правда, в воздухе стало заметно теплее. И, кажется, даже срывался снег. Или это ветром принесло пару снежинок ей на мантию?
– Осталось пройти парк и садовую аллею, – будто прочитал мысли лесник.
Сад? Серьезно? Хотелось бы посмотреть на те деревья, что плодоносят в таком климате. Решив держать язык за зубами, пошла вслед за Горгом, рассматривая все вокруг. В сугробы по обе стороны от дорожки можно запросто нырять рыбкой, но даже на их фоне громадные ёлки казались настоящими гигантами. Каждая из нижних веток, если вдруг не выдержит веса снега и сломается, с легкостью переломит шею любому, кому не посчастливится оказаться поблизости.
Вдоль тропы можно было заметить черные столбы фонарей. Видимо их зажигают с наступлением темноты. Кстати, о ней: несмотря на то, что поезд прибыл около двенадцати дня, уже начало темнеть. Грязно-серая мгла, затянувшая небо, приобрела вечерние оттенки, намекая на скорый приход ночи. Что ж, придется отвыкать от ясных солнечных дней, тепла, света и всего остального, чего в Северных Долах не бывает.
– Эй, не спи там. Или уже забыла, как двигаться от холода? – Горг обернулся, осматривая ее с головы до ног. Покачал головой, прошептав себе что-то в бороду.
Легко ему, медведю, говорить. Вон, шкура какая. И под ней наверняка заросли погуще, чем в бороде. Представив сие зрелище, Сайена содрогнулась.
– Да иду я, – ускорила шаг, равняясь с лесником.
– Вон, уже садовые теплицы виднеются. Почти пришли, – помолчал, искоса поглядывая на нее, – тяжко приходится тут южанам. А таким хиленьким и подавно.
– Вот оскорблять не надо! Если девушка при фигуре, так сразу немощь ходячая? – Сайена даже бодрее пошла от возмущения.
– Фигура? Где? – он демонстративно замедлил шаг, осматривая ее со всех сторон, – тут даже обнять нечего. Не то, чтобы уж что-то там…
– Ты это, попридержи коней! «Что-то там» уж точно никому здесь не светит.
Щеки опалило негодование вперемешку со смятением. Она многих людей встречала, но, чтобы всего через час знакомства испытывать стойкое чувство неприязни – такое впервые. После неудачно сложившихся отношений с бывшим мужем, Сайена очень болезненно воспринимала любые поползновения в свою сторону. Даже намеки на них.
Лесник усмехнулся в бороду.
Дальше они шли молча. Девушка мысленно перебирала варианты, что еще ее ждет сегодня, а Горг насвистывал какую-то незамысловатую песенку.
Спустя где-то пятнадцать минут, парк оказался позади, и Сайена наконец увидела его – мрачный замок с острыми шпилями высоких башен и подвесным мостом. По правую сторону белели заснеженные плоские крыши теплиц, а по кругу огибала небольшая речушка с обрывистыми каменистыми берегами.
Зря она думала, что увидит диковинные деревья, способные давать плоды вопреки суровым морозам. Оказалось, все гениальное гораздо проще.
Подойдя к мосту, неуверенно ступила на шаткие деревянные доски и глянула вниз. В принципе, лететь тут невысоко. Но вот поцарапаться о выступы, а потом еще и окунуться в ледяную воду не очень хотелось.
– Не переживай, уж твой-то птичий вес он выдержит, – раздалось прямо над ухом.
Чего он до нее докопался?! Если тут все такие доставучие, положение гораздо хуже, чем предполагала. Промолчав лишь только благодаря силе воли, Сайена двинулась вперед, даже не обернувшись. Этот дикарь больше не дождется какой-либо реакции на оскорбления. А уж если и игнорирование не поможет, есть множество очень интересных зелий, рецептуру которых она знала, как свои пять пальцев. Верховные могли отнять у нее магию, но никак не мозги.
Стальные тросы покачивались при каждом шаге, отчего приходилось задерживать дыхание от волнения. К счастью, до ворот она добралась без происшествий. Едва ноги ступили на устойчивую поверхность, Сайена облегченно выдохнула. Самое сложное на сегодня позади. А дальше: тепло камина, горячий чай и мягкая кровать.
– Артан сейчас не в замке, отъехал по важным делам. Но инструкции и требования к работе ты можешь взять у меня, – Горг обогнал ее, останавливаясь перед массивной деревянной дверью, и несколько раз ударил в нее кулаком. – Завхоза у нас уже два месяца как нет, так что дел накопилось немало.
Замечательно! А как же отдохнуть с дороги?
– Может, я приступлю к обязанностям завтра? Уже темнеет, да и путь был утомительным…
– Ночь – самое время отлавливать непослушных студентов по лесу. Так и норовят, олухи, сбежать на охоту! Им каждый раз твердят: умертвия – не игрушки, без старших арканить их нельзя! Так кто б слушал…
Сайена потеряла дар речи, вперившись в лесника расширенными от ужаса глазами. Воображение постаралось на славу, и перед глазами всплыла картина маслом: «Ночь. Лес. Мертвяки. И она, без капли магии». В груди похолодело. А ведь еще детишек не представляла, у коих развитие, судя по их похождениям, на уровне лишенных чувства самосохранения мартышек. Еще и этот северный олень никак не затыкался.
– До твоего приезда я этим занимался. Но с меня хватит. Теперь все целиком и полностью на тебе, – бросив в ее сторону взгляд, хмыкнул, – ну, в первое время с тобой кто-нибудь из профессоров походит. Так и быть, договорюсь.
Раздался стук и скрежет отодвигаемых засовов. Ворота начали движение, постепенно открывая перед Сайеной двор Витморта. Серость сумерек накладывала тусклые оттенки на истоптанный снег, запорошенные беседки, темнеющие прямо по курсу ступени. По обе стороны от каменной лестницы располагались широкие чаши с уже зажженным в них огнем.
Пройдя вовнутрь, девушка с удивлением услышала журчание. Огляделась, обнаруживая чуть поодаль круглый бассейн фонтана. Посреди него возвышались статуи трех человек: старика в мантии, молодого мужчины в военных доспехах и девушки в струящемся платье. Они склонили головы, будто всматриваясь в бокалы, что каждый из них держал. С емкостей ключом била вода, стекая им под ноги и тут же замерзая, скрываясь за коркой льда.