Юлия Ханевская – P. S. Я люблю вас, профессор (страница 30)
– Девочка моя! Какая же ты красивая!
Я посмотрела в отражении чуть в сторону, ловя взгляд мамы и улыбнулась ей.
– Спасибо. Отдать должное, наряды ты выбирать всегда умела.
– Не представляю, как ты будешь выглядеть в подвенечном платье, если даже это так тебя преображает…
– Ты просто редко меня видишь при параде. И насчет свадьбы, мы же договорились, – нахмурилась, оборачиваясь, – Ее не будет.
Она кивнула. Подошла поближе, поправила несколько выбившихся локонов и скользнула теплой ладонью по моей щеке.
– Ну, когда-нибудь она все равно состоится. Просто хотела сказать, что ты станешь ослепительной невестой.
***
Время стремительно бежало, отказываясь учитывать количество незавершенных мною дел. По-хорошему, уже пора звонить в дверь будущей невесты, а я расхаживаю по кабинету Германа, ожидая, когда здесь соберется весь коллектив. Послания с ректорской печатью разлетелись в пару секунд и каждое было прочтено, следящие чары врать не могут. Но вот, уже десять минут как часы пробили назначенное время, а опаздывающие все равно имелись. Начинать без них нельзя, едва порог переступит последний участник совета, эта комната запечатается особым заклинанием, не позволяющим посторонним ушам услышать, что здесь буду говорить. Кроме того, все присутствующие не смогут кому-либо рассказать об услышанном. Меры безопасности, которые жизненно необходимы в сложившейся ситуации.
– Может уже начнем? – недовольно просипел Крейн, сложив худощавые руки на груди.
Он мне никогда не нравился, но Правовой факультет многое потерял бы, не будь он их деканом. Чего-чего, а мастерства и знания своего дела ему не отнять.
– А кого мы ждем? – Атли осмотрелась, пытаясь вычислить отсутствующих, – Не вижу только нашей милой Флоры… Ах, да! Старый хрыч Леброн еще не явился. Впрочем, как всегда, можно и без него начинать.
При упоминании Флоры, во рту стало горько. Подойдя к столу Германа, плеснул в стакан виски и сделал небольшой глоток. Я, наверное, никогда себе не прощу, что не смог вычислить ее сразу. Если б только повнимательнее к ней присмотрелся, прислушался к собственным ощущениям… Ведь что-то в ней было такое, что настораживало меня, дергало невидимую ниточку тревоги.
В кабинете было тихо, больше никто не решался заговорить. Двенадцать человек, каждый из которых являлся сильным магом, мастером в своем направлении магии, сейчас притихли, словно провинившиеся ученики. Не удивительно, впервые за годы своего главенства, ректор предоставил право проведения собрания кому-то другому. Мало того, он так же, как и все остальные, напряженно молчал, откинувшись в кресле своего рабочего места и вертя в руках старое совиное перо. Это было что-то вроде талисмана, который он постоянно держал при себе.
Дверь открылась, пропуская опоздавшего. Седой колдун с острыми черными глазами окинул присутствующих цепким взглядом и виновато улыбнулся.
– Я только что получил послание. Видно, заблудилось…
Он врал, заклинание просигналило о прочтении ровно в срок. Но поднимать этот вопрос не хотелось, и так затянули с началом.
– Присаживайтесь, профессор. Мы ждали только вас.
Я обернулся, стукнув донышком стакана о безупречное черное дерево ректорского стола.
– А как же Флора?.. – начала было Атли, но Герман ее перебил.
– Как раз о ней и пойдет разговор. У господина Котовского очень важная информация и вопрос, по которому требуется проголосовать в конце нашего заседания.
Вновь тишина. Еще более напряженная, тягучая.
Опоздавший уселся в свободное кресло радом с выходом и так же, как остальные, сосредоточил на мне пристальный взгляд.
– Герман, будь добр, – проговорил на него не глядя, но он сразу же меня понял. Мы обсуждали безопасность переговоров заранее.
Поднявшись, ректор заколдовал двери и пустил серебристую ниточку волшебства по стенам. Она искрящейся змейкой облетела комнату, запечатывая ее тремя магическими кругами. Теперь, что бы тут не говорили, никто из присутствующих не сможет вынести информацию за пределы.
– К чему такие меры, Алан? О чем вы хотите нам поведать? – снова Атли.
Эта женщина была слишком разговорчивой. Ее словно не касалось сковавшее все вокруг напряжение. Этим она напоминала свою воспитанницу – Агнию. Кстати, о ней, надо бы поторопиться.
– Прежде всего, хочу представиться. Все вы знаете меня, как графа Котовского, с Сапфировых островов. Но мало кто в курсе, что я Хранитель Источника и хозяин этого замка.
Стало еще тише, хотя, казалось бы, уже некуда. Словно присутствующие перестали даже дышать. Лишь Герман знал обо мне, остальным никто конечно же не говорил. Я всегда старался держаться в тени и продолжил бы дальше, но то, что придется потребовать от них сегодня обязывает меня раскрыться.
– Все вы, переступая порог академии в роли преподавателя, подписывали договор. Один из пунктов, если вы хорошо его изучали, звучит следующим образом: «В любой момент обязываетесь помочь Хранителю в защите замка, без права покинуть его до обеспечения полной безопасности и устранения источника угрозы». Пришло время привести этот пункт в исполнение.
– Простите конечно, но где доказательства?
– Любой из нас может встать и представиться хозяином этого замка.
– Именно, ведь никто в глаза его не видел!
– А что за помощь требуется? На нас кто-то нападает?..
Профессора наконец отмерли и посыпались первые вопросы. Такими темпами я точно опоздаю на званный вечер.
– Да бросьте, – впервые за все время подал голос ректор, – О личности хозяина этого замка узнать не трудно. Если слегка поднапрячься, можно с легкостью найти нужную информацию. Но извольте делать это в свое свободное время, а не рабочее.
Голоса смолкли, и я не без благодарности кивнув Герману, продолжил:
– Флора Ригз была поймана на месте преступления. Похищения студенток и использование их магического резерва – ее рук дело.
Пара испуганных вздохов, Герда Атли неверяще покачала головой. Она всегда неровно дышала к начинающим педагогам и всячески поддерживала саму Ригз. Но я не стал задерживаться на разъяснениях, более подробно обо всем поговорят уже без меня.
– Как выяснилось, лет ей гораздо больше, нежели мы могли подумать и выкачивала чужую энергию она ради пополнения собственных сил и возвращения молодости. Кроме того, Флора сама призналась, что она из Темного Шабаша.
– Не может быть! – воскликнул кто-то, я не концентрировался на лицах, мысленно будучи уже совсем в другом месте. – Они много лет не давали о себе знать!
– Боюсь, не давать о себе знать и перестать существовать – не одно и то же. Ведьмы ковэна спокойно жили высоко в горах, никого не трогали, и нам этого было достаточно. Но сейчас ситуация переменилась. Ригз не единственная в этой академии из их племени. С ней здесь училась ее внучка. А еще, как удалось узнать приглашенному мной инспектору, Флора каждую неделю выбиралась в соседнюю деревушку на встречу с неким Амадэем. Что-то большее выпытать у нее не получилось и доступа к ней без официального разрешения у нас теперь нет – я передал ее на суд королевскому Совету.
На мгновение повисла тишина, я собирался с мыслями, дабы перейти к главному. Одна из профессоров прошептала:
– Какой ужас… Было подписано соглашение, она не имела права переходить границу. Бедные девочки… Пострадать от рук истинного зла! Они же теперь могут до конца жизни не оправиться.
– Не преувеличивай, – шикнула на нее Атли, – Они поправятся, это лишь черное колдовство, а не смертный приговор.
– Кстати о смерти, – продолжил я, – Разоблачение одной из Черного Шабаша повлечет за собой шквал последствий. Они всегда стояли за своих горой и этот случай не исключение. Уверен, с тем Амадэем, кем бы он ни был, она встречалась не случайно. Возможно, сливала информацию или готовила что-то более масштабное на территории замка. Нам срочно нужно укрепить защиту, пройти по периметру и сплести улучшенный магический щит, не оставить без внимания ни единой тропинки, ни единого окна. Флора покинула академию час назад. Думаю, к утру нужно ждать первого удара.
Герман вышел из-за стола и стал рядом со мной.
– А еще, никто не выйдет за пределы замка, пока конфликт не будет решен. Это Алан и имел ввиду, ссылаясь на договор. Завтра те студенты, которые уезжали на выходные домой, вернутся, и мы запечатаем порталы памяти.
Маги переваривали информацию, кто-то молча хмурился, кто-то уже вовсю обсуждал услышанное с соседом. Больше никто не интересовался, настоящий ли я Хранитель или самозванец.
– Собственно, у меня информации больше нет, – обратился к Герману, ибо остальным сейчас до меня дела не было, – Еще надо бы решить вопрос со студенткой, сварившей запретное зелье, но мне очень нужно быть в другом месте.
Он кивнул, хлопнув меня по плечу.
– Так поторопись, раз очень нужно. Остальные вопросы я решу без тебя.
Разговор по душам и его последствия
Слишком яркий свет зависших под потолком магических шаров вкупе с наколдованными свечами, так же парящими в воздухе, неимоверно раздражал. В нос навязчиво лезли ароматы роз и пионов, которыми был украшен бальный зал, отчего хотелось поскорее выйти на свежий воздух. Но судя по улыбающимся беззаботным лицам болтающих о разном гостей, всё это выводило из равновесия лишь меня.
– Ты точно не сообщала ему о своем отказе? – в который раз прошипела мне на ухо мама.