Юлия Ханевская – P. S. Я люблю вас, профессор (страница 21)

– Следуй за мной.

Котовский отвернулся и зашагал прочь.

– А как же… – я хотела сказать «Шмель», но вовремя себя одернула. Не буду подставлять его.

– С твоим подельником я поговорю позже.

Черт! Неужели ворон уже успел доложить ему абсолютно обо всём? Это точно не фамильяр, он на него не похож. Да и не бывает их у магов. Может просто прирученная птица. Вороны очень умные, мне бабушка рассказывала.

Понуро опустив голову, поплелась следом за профессором, предчувствуя очень большие проблемы.

О черных воронах и рыжих лисах

– За прогул моей дисциплины, подготовите доклад на пропущенную тему, – мужчина свернул со своего этажа к лестнице.

Он вновь перешел на официальный тон, говорил отстраненно и холодно, словно с листа читал. Ворон уже спорхнул с его плеча и затерялся где-то в темноте коридорных углов.

– Хорошо, профессор.

Я торопилась следом, попутно размышляя, куда же мы идем. Старалась не отставать. Это получалось с трудом, так как он шел очень быстро и даже не оглядывался. По всем признакам, был невероятно рассерженным. Так что, я старалась казаться максимально послушной и сговорчивой. За время обучения на курсе Темных Искусств усвоила одну очень важную вещь: спокойный Котовский – злой Котовский. А если к тому же в воздухе вокруг потрескивает лёд – вообще пиши пропало! Лучший план действий в этом случае: притвориться мертвым и не отсвечивать.

– Информацию о ней добывайте самостоятельно, у более ответственных сокурсников.

– Ладно.

Наказание пока было каким-то слабеньким. Бумажная волокита – совсем не в его духе. И не очень-то понятно, на этом всё или ожидать продолжения. Спрашивать не рисковала.

Мы спустились на пятый этаж, несколько раз свернули на поворотах, минуя учебные кабинеты. Котовский вновь заговорил:

– А за то, что сунулись в запретную для студентов зону, назначаю вам три дня отработок.

Вот это уже больше на него похоже.

– Но я же пока с зельем не… – попыталась было открыть рот, но он перебил, словно не слушал вовсе.

– Сейчас у меня совершенно нет времени возиться с вами, так что сегодня и завтра наказание будете отбывать у Германа Шагозовича, а на третий…

– Что!? У ректора? – чувство самосохранения упало в обморок, выпустив на волю эмоции. Я на мгновение замерла, затем сорвалась на бег, догоняя Котовского, – Вы же это не серьезно, да?

Он остановился. Я чуть не впечаталась ему в спину, едва успев затормозить. Обернулся, приморозив меня к месту синевой глаз, и продолжил, как ни в чем ни бывало:

– А на третий день пойдете со мной. У меня как раз будут дела в подземельях. Так что, сможете в полной мере удовлетворить свое любопытство.

Лёд! Сплошной лёд. Чем же я его так разозлила? Неужели обычным прогулом? Раз собирается тащить меня по подвалам, значит там вряд ли есть что-то смертельно опасное… Зачем только в этом случае, его ворон так рвался героически меня спасать? Нужно еще разузнать, откуда он был в курсе моего местоположения. И как же красноглазый монстр? Снова куча вопросов!

Но все они меркли на фоне осознания того, куда мы направляемся. В кабинет ректора! Герман Шагозович – единственный в Академии, кого называли по имени отчеству. Он ничего не преподавал и не являлся профессором, но это не мешало ему стоять во главе учебного заведения и напускать на всех страх.

Повисла тишина, я смотрела на Котовского, не замечая с его стороны и капли мягкости. Идти к ректору было жуть, как страшно, а молить этого черствого сухаря о прощении не позволяла гордость. Единственное, что могла выдавить из себя, в миг севшим голосом, так это:

– Разве ректор занимается отработками?.. У него наверняка куча важных дел, чтобы еще со студентами возиться.

Профессор дернул уголком губ, в намеке на улыбку.

– Ну что, вы, Агния. Он обожает раздавать указания и следить за их исполнением. Начнёте прямо сейчас. У Германа Шагозовича, как раз имеется для вас работёнка.

 И, отвернувшись, продолжил путь. Впереди уже были заметны черные стальные двери с большим стеклянным «глазком» в верхней части. Заприметив движение, он замигал красным светом, моментально передавая о посетителях хозяину кабинета.

Единственным желанием сейчас было дать дёру. Но я упрямо держалась в руках, напоминая себе, что взрослые люди должны уметь отвечать за собственные ошибки. А то, что издевательства эти я в полной мере заслужила – не вызывало сомнений. Оставалось героически всё стерпеть, а потом выяснить всю правду о красноглазом чудище и вороне, волшебным образом узнавшем, где мы с Ёсей находились.

***

– Что ты делал в подземельях? – я откинулся в кресле, внимательно глядя на студента.

Рассчитывать, что он расскажет правду не стоило, да и цель разговора была в другом. В избавлении от пагубного влияния Йорана Шемелева моей невесты.

Невеста… Как это непривычно звучит. За последние десять лет я и подумать не мог, что однажды это слово объявится в мыслях. И вот. Докатился.

– Хотел заброшенные этажи проверить, – паренек упрямо дернул подбородком, выдерживая прямой взгляд.

Смелый. Думает, что ничего не боится. Зачастую смелость соседствует с глупостью, как бы ни пытались такие храбрецы казаться умнее всех.

– И тебе не пришло в голову, почему они заброшены? – вкрадчиво проговорил я, переводя взгляд к одному из ящичков стола. Протянул руку, открыл самый нижний. То, что мне нужно, лежало на самом его дне, под стопкой старых писем.

– О чем вы? – Йоран поерзал на стуле, пытаясь разглядеть содержимое ящика, – Я увидел чертежи планировки этого замка, так и обнаружил нижние секторы. Еще, подумал, что по ним может передвигаться колдун, нападающий на девушек…

Я поморщился. В этом месте завелся паразит, питающийся чужими энергиями. От него нужно срочно избавляться, но сначала понять, зачем он это делает и для чего ему столько сил. Хотелось справиться с этим как можно быстрее, но неожиданно колдун обошел все ловушки. Словно знал о них… Дело обещало занять гораздо больше времени и сил, чем я рассчитывал. Но, главное, что Агния теперь в безопасности.

– Посторонних там точно нет.

Наконец я нащупал холодный металл старинного ключа и вытащил на обозрение. Положил перед собой, давая возможность студенту рассмотреть рельефный рисунок рунного переплетения. Ключ потемнел от времени, но все еще не потерял своей благородной красоты. Как и все в этом замке, чего не коснулись переделки современной эпохи.

– Вы так уверенны в этом…

– Ты пошел туда один?

Он вскинул взгляд, моментально потеряв интерес к ключу. Даже наивный ребенок догадался бы о грядущем обмане. Но я терпеливо ждал ответ.

– Да, – наконец буркнул он, скрестив руки на груди. – Но я так и не смог пройти за потайную дверь. Хотя, нашел ее. Вы теперь накажете меня? Назначите отработки и все такое? Или доложите моему декану?

Как посыпал вопросами. Словно из рога изобилия. Да, этому юнцу еще очень далеко до истинного мастера в своей профессии. Вычислять преступников, не умея качественно лгать – то же, что читать с закрытыми глазами. И чему их на занятиях учат?

– Зачем же мне тебя наказывать? Инициативу в наше время нужно напротив, поощрять.

Он удивленно вздернул брови, моментально теряясь. Я коснулся указательным пальцем ключа и пододвинул его к краю стола.

– Это поможет тебе открыть вторую дверь. Первая, как мы уже успели убедиться, не составит тебе хлопот.

– Но… Вы серьезно?

Парнишка выглядел крайне озадаченным. Не удивительно, я сам не мог поверить, что это говорю. Но Йоран Шемелев из тех мальчишек, которые непременно добиваются своего, и чем больше сопротивления на своем пути встречают, тем сильнее разгорается их азарт. Таким совсем не место рядом с Агнией. Ее тяга к приключениям, а конкретно – к этому парню, до добра не доведет. Нужно развести их в разные стороны, хотя бы до выходных.

– Ты же хочешь исследовать тайное подземелье. Вперед.

– Вы простите, профессор, но неужели считаете, что я совсем идиот?

Серые глаза студента прищурились. Я улыбнулся.

– На самом деле, это могло бы стать неплохим исследовательским проектом по моей дисциплине. Насколько мне известно, нижние этажи хранят в себе парочку темных заклятий-ловушек, которые пропустили во время чистки. Смертельной опасности они не несут, а вот знания испытать вполне могут. Давай так, находишь эти ловушки, устраняешь их и получаешь зачет по моему предмету. Только делаешь это один. Всё должно быть честно.

Он потянулся к ключу, взял его, недоверчиво на меня взглянув. Что ж, это было не сложно.

– Можешь идти, – я встал из-за стола, проходя к окну. Разговор был окончен, хотелось остаться в тишине.

На улице поднялся ветер. Он безжалостно терзал полураздетые ветви садовых деревьев, избавляя их от остатков одежд. Листья срывались и кружили по кругу, поднимаясь вверх неровной спиралью. Затем направление ветра менялось, и они уже летели в сторону леса, теряя по пути собратьев. Какие-то опускались в пожухлую траву, а какие-то, напротив, поднимались все выше и выше, к вновь затянувшим небо грозовым тучам…

За спиной стукнула дверь, оповещая, что я остался один. Мысли вновь повернули к запретной теме – девушке, о которой старался думать, как можно реже. Но, увы, не получалось. Она постоянно врывалась в мой, еще не до конца завоеванный ею мир, вновь и вновь напоминая о себе. О своей неукротимой силе и энергии, сбивающей с ног, подобно штормовой волне.