Юлия Ханевская – P. S. Я люблю вас, профессор (страница 10)

– Что тут? Наш ингредиент?

Казалось, что оголенная земля абсолютно пуста. Черная, безжизненная, пахнущая сыростью и подгнившей листвой.

– Да, – тихо проговорил профессор, – Я нашел место, теперь ваша очередь.

Подняв глаза, непонимающе уставилась в ничего не выражающее лицо.

– Что мне нужно делать?

– Дайте руку.

Он бесцеремонно взял мою ладонь с коленки, и потянул вниз. Я присела, качнувшись вперед и едва не завалившись на мужчину. Стало трудно дышать, кожа под его твердыми пальцами потеплела, меня бросило в жар. К счастью, контакт длился не долго, Котовский прижал мою ладонь к расчищенной земле и отпустил.

– И? Что-то должно произойти? – прошептала, не поднимая глаз. Мы и так находились слишком близко, не хватало еще встречи взглядов.

– Ждите. Это растение откликается только на определенную энергию.

– Какую?

– Любви, желания, страсти – всего того, что вызывает или обостряет приворот.

Вопреки намерениям я вскинула взгляд. Произнесенное казалось слишком смелым и неожиданным. Зачем он это делает? Знает ведь, что эликсир на соплях держится! Лучше говорить на отвлеченные темы, а не вот так, в лоб, констатировать факты.

Но было поздно. Все видимые и невидимые барьеры, созданные моим самообладанием, страхом или магией эликсира необратимо трещали по швам. Я уже не смотрела на землю, в ожидании таинственного растения, не чувствовала холода и сырости земли, на которую опиралась ладонью. Были лишь синие глаза в непростительной близости, еле ощутимый запах свежести мужского парфюма и распаленный пожар, в котором горела моя душа.

Плевать на все!

Не осознавая, что делаю, подалась вперед, упав на колени и обхватила шею Котовского обеими руками. Прижалась к теплому телу, впилась в губы горячим, почти сумасшедшим поцелуем. Я не видела, не слышала, не чувствовала ничего, кроме пульсирующей в животе энергии и ненормальной потребности в прикосновениях одного единственного, того, к кому жалась сейчас, боясь отпустить.

Вдруг, грудь изнутри опалило холодом! Я пошатнулась, потеряв опору и моментально ощутив себя самой одинокой на всем белом свете. Медленно приходя в себя, осознала, что холод этот исходит не изнутри, а снаружи. Еще и струйки воды щекотали по коже, одежда неприятно липла к телу, пуская ледяную дрожь. Наконец, сознание прояснилось.

Я сидела на коленках, обкатанная водой с головы до ног! А еще… А еще, я только что поцеловала профессора! Одно страшнее другого! Резко вскинула взгляд, обхватывая себя за плечи, зубы моментально принялись выстукивать ритм.

Котовский стоял надо мной со слегка отрешенным видом.

– Простите за душ, это был единственный выход.

Он вновь присел на корточки, провел ладонью по моей спине, моментально согревая. Волна магии прошлась теплой волной по телу, высушивая одежду и волосы, убирая лужу, в которой я стояла. Слова отказывались находиться, единственное, чего мне хотелось – провалиться сквозь землю и больше никогда-никогда не встречаться с Котовским. Стыд, необъяснимая боль и еще куча разных эмоций смешались в один тугой комок и вдруг выплеснулись наружу слезами. Я закрыла лицо в ладонях и расплакалась.

– Ну что же вы, – донеслось до меня сквозь всхлипы, – Не нужно так горько плакать. Ничего смертельного не случилось.

Совершенно неожиданные объятия, на которые не нашлось никакой реакции. Лишь тишина в мыслях и ноющая пустота. Словно приворот достиг своей кульминации и выжег изнутри.

Профессор прижал меня к груди и погладили по волосам.

– Я это так просто не оставлю. Та, кто сварила зелье, получит по заслугам. Обещаю, Агния. И противоядие мы сварим, так быстро, насколько это возможно. Все, что от меня зависит, я сделаю. Только не плачьте. Никто не умер, в самом-то деле!

– Мне ж-жутко сты-ы-ыдно, – всхлипнула, сжав отвороты его плаща в кулаках.

– Никто ничего не видел. Значит, ничего и не было. Успокойтесь, и давайте соберем плоды этой вспышки вызванных приворотом чувств.

Я взглянула вниз. Мы стояли в белых, удивительно нежных цветах. Три лепестка на тонком стебле тянулись к моим ногам, словно я была источником их жизни. От удивления, даже немного успокоилась.

– Это Слепая Ригония. То, зачем мы пришли.

Котовский отпустил меня, склонился к цветам и сорвал несколько пучков волшебного растения. Я вытерла с щек последние слезы, окончательно успокаиваясь.

Лёлька должна поплатиться за все мои страдания. Если профессор сдержит слово и накажет ее по всей строгости, мне ни капельки ее не будет жаль.

Ведьмакам закон не писан

Благодаря выбросу эмоций в лесу, ночь я спала, как младенец. А может второй эликсир, в отсутствии рядом предмета моего искусственного влечения, продолжал действовать в полную мощь. Профессор же говорил, что зелье вышло либо очень сильным, либо бракованным, потому ничего не могло мне помочь, когда мы оказывались рядом. Ложась вчера спать, я очень надеялась, что произошедшее забудется, обратится страшным сном или нездоровой фантазией. Но, увы, реальность была куда бессердечнее… Паршивка Лёлька превзошла все свои умственные и магические способности, сварганив самый ядреный приворот, какой только можно было сделать, не имея опыта.

Едва лишь открыла глаза, в голову ворвались картинки воспоминаний – захотелось немедленно уснуть снова и не просыпаться. Я помнила всё: от приятной мягкости его губ, до прохладной свежести запаха. Впервые за годы обучения в Академии я не хотела покидать свою комнату.

Петух сегодня молчал. Благодаря этому поняла, что сегодня выходной. Значит, можно вполне законно остаться в четырех стенах и слиться с кроватью.

– Как спалось?

Голос Евы прозвучал слишком громко в утренней тишине. Я вынырнула из мыслей, переворачиваясь на бок, и нашла подругу взглядом. Удивительно, она уже была одета! Стояла у зеркала, висевшего на дверце шкафа и расчёсывала волосы. Черные джинсы, темно-синий свитер и подготовленная на зависшей в воздухе вешалке мантия намекали на прогулку.

– Отлично, спала, как убитая. А ты куда собралась в такую рань?

Я села в кровати, подобрав под себя ноги, и плотнее укуталась в одеяло. За окном было пасмурно, погода совершенно не располагала выбираться на улицу.

– Да так… – Ева неопределенно повела плечом, отворачиваясь от своего отражения, – Совсем не хочется сидеть тут, тянет подышать свежим воздухом.

– Как ты вообще себя чувствуешь? Нужно сегодня обязательно рассказать кому-нибудь о том, что за тобой следили. Может твои слова помогут вычислить колдуна.

Она накинула мантию, щелчком пальцев отправляя вешалку в шкаф.

– Не знаю, может молчать уже… Зачем привлекать к себе лишнее внимание. Со мной же все нормально. Девчонку вытащили и обязательно ей помогут. А уж когда она очнется, так сразу расскажет, кто и что с ней делал.

– Нет, ты не права! – я попыталась встать, но запуталась в одеяле. Пока выкарабкивалась из-под него, подруга оказалась на пороге, – Стой, давай поговорим! Хочешь, я сама расскажу?

– Не нужно, Агния. Пожалуйста, не решай за меня.

И вышла! Я так и замерла, ошарашено уставившись в захлопнувшуюся дверь. Мы же вчера с ней по-душам поговорили, что же случилось за одну ночь?

Раздался стук.

Может это она вернулась?

Я поторопилась открыть, как есть, в ночной сорочке.

– Передумала?.. – начала, но тут же осеклась, подавившись окончанием фразы.

В коридоре стоял Шмель, собственной персоной. Он опирался на косяк, потому оказался слишком близко, я едва не ткнулась в него носом, когда шагнула наружу. Окинув меня взглядом, дернул уголком губ.

– Да, именно так и нужно меня встречать!

Я пришла в себя, быстро отскочив и захлопнув дверь. Вот чего шляться по гостям ни свет, ни заря? И как он вообще сюда попал? Башня женского общежития охранялась особыми чарами, которые пройти лицам мужского пола было практически невозможно. Только по личному приглашению одной из девушек. Видать охмурил какую-нибудь недалекую…

– Ты чего приперся? – не совсем дружелюбно прокричала через стенку. – Да еще в такую рань!

– И тебе доброе утро, Огонек. Выйди, поговорить надо.

– А еще чего тебе сделать? Последние две встречи с тобой для меня ничем приятным не закончились.

На той стороне промолчали. Я отошла к шкафу, торопливо выбирая, что надеть. Понимала, что просто так он не отстанет, да и у самой интерес заворочался, чего ж Ёсе от меня нужно. В отличие от Евы, мне нравились платья, потому в моем гардеробе штанов найти практически невозможно. Хотя сейчас я б и от джинсов не отказалась.

– Я как раз по этому вопросу, – наконец проговорил Шмель.

Вытащив длинную фиолетовую юбку в пол и серую простую кофту, принялась одеваться.

– Хорошо, подожди две минуты.

Намерения провести весь день в комнате трещали по швам. К тому же, хочешь-не хочешь, сегодня придется сходить к Котовскому, узнать насчет зелья. Начал он его варить или еще нет. Хотя… Что он, без меня не справится? Не пойду. Пока действует эликсир и свежи воспоминания лесного позора, к профессору лучше не приближаться. А потом видно будет.

Быстренько одевшись, собрала волосы в хвост. И вспомнила, что еще не умывалась. Поперлась в ванную. В общем, когда я наконец вышла к Ёсе, он сидел на корточках, прислонившись к противоположной стене, и подбрасывал к потолку маленький золотистый шарик. Бросив на меня взгляд, поднялся. Но ничего насчет моей пунктуальности не сказал.