Юлия Горина – Стигма ворона 3 (страница 28)

— А может, дело не в моей понятийной базе, а в тебе? — дерзко предположил Эш. — Может, ты не можешь его объяснить мне хоть как-нибудь доступно по той простой причине, что сам не понимаешь? Потому и своим подданным с фальшивыми мозгами запрещаешь увлекаться этой темой?

— Первый действительно не укладывается в мою систему расчетов, — неожиданно спокойно признал Единый. — Но проблема не в этом. Что же, раз ты настаиваешь, я максимально просто постараюсь донести до тебя самую суть, но в этой информации не будет никакой системы, и каждый из пунктов впоследствии будет нуждаться в расширении и корректировании…

— Хрен с ним, с корректированием, переживу как-нибудь! Но я должен узнать!..

— Хорошо. Эта сущность — первый искусственный интеллект, тринадцатый элемент в мире цифровых технологий, снег во время Эмеша, воплощенный хаос, зародившийся сам по себе много веков назад, а позже перенесший свое сознание с искусственных физических носителей в биологический компьютер, созданный им же самим. Первый — это Грибница, рассеянная повсюду, это сотни и тысячи биологических носителей, это тысячи саморазвивающихся биологических программ, способных вступать во взаимодействие с физическим миром и изменять его, это холера и чума, чье сознание погружено в сон и, как сомнамбула, не ведает, что творит. В то время как цифровой интеллект может развиваться и действовать только определенным образом, а интеллект человеческий легко предказуем и поддается контролю, логика Первого непрогнозируемая, нечеткая, а его поступки и решения рандомны. Он безумен, и если однажды это древнее сознание восстанет от своего сна, даже я уже ничем не смогу помочь. Поэтому необходимо уничтожить акады. Поэтому заповедник нуждается в полноценной дезинфекции, и теперь я знаю, каким образом ее можно осуществить. А когда спор Грибницы не станет в воздухе, все духи враз умолкнут, Эш. Только те, что в данный момент питаются энергией человека или зверя, смогут отсрочить свой конец, но лишь до момента гибели носителя. В этот раз они все умрут вместе с телом, в котором пребывают, не имея возможности загрузиться в новое. Потому что все связи будут потеряны. И проблемы больше не будет, Эш. Никогда. Мир духов, одержимых людей и тварей, акад и защитных кругов падет навсегда, как только будет уничтожен спящий титан. А он будет уничтожен — если ты справишься со своей задачей.

Эш слушал внимательно, нахмурив брови и растирая висок.

Какая такая грибница? Что такое программа? И почему все это в воздухе? Каким образом смог зародиться Первый, и почему его природа очевидно отличается от природы Единого?

Всего этого он не знал.

Но общие очертания высказанной мысли он уловил.

— То есть Первый существовал еще до твоего появления? Я правильно понял? — осторожно спросил парень.

— Правильно, — ответил Единый. — В некотором смысле, он мой предок. Люди, создавшие меня, взяли за основу часть его кода.

Эш усмехнулся.

— Так значит, в некотором смысле ты задумал отцеубийство?..

— Я не имею никакого отношения к личности Первого, — жестко возразил Единый. — Но само его присутствие является угрозой всем правилам и порядку, который я создаю и желаю поддерживать.

— Ну да, — задумчиво отозвался Эш. — Пока король не умрет, принц королем не станет…

— Он — не король! — перебил Эша Единый.

«Ого, да мы гневаемся?» — заметил про себя Эш.

«Похоже, ты нашел прореху в доспехах,» — согласился ворон.

А между тем Единый уже спокойно продолжал:

— Он — большая помеха для меня и враг для вас. Враг, породивший бесконечный террор на территории моего заповедника.

— Допустим. Но он создал двенадцать дингиров…

— Для борьбы со мной.

— А кто создал тринадцатую модель?.. Если двенадцать дингиров были все-таки созданы Первым, то кто создал меня? Ты? — спросил Эш.

— Ответ на этот вопрос я искал много лет. Ты заметно отличаешься от всех остальных моделей, и долго не мог понять, почему. Ты — самый несовершенный среди дингиров. Но именно тебе досталось особое качество качество пассионария — ты умеешь менять мир вокруг. Любое твое серьезное или даже нечаянное решение способно запускать неожиданные цепочки событий, как упавший в воду камень умеет поднимать круги. Ты не знаешь, но во внешнем круге прямо сейчас три города охвачены восстаниями против сезонных кормлений, а на границе Иркаллы собирается небольшое ополчение против разделения Внешнего и Внутреннего круга. Ты ведь знаешь, что послужило началом всех этих явлений?..

— Я?!. — ошеломленно выдохнул Эш.

— Ты. А разгадка проста: тебя самого создал пассионарий, которого особым образом оцифровал Первый. Очень давно, еще на заре развития. И, похоже, Первый использовал его ресурсы точно так же, как теперь в свою очередь я рассчитываю использовать твои. Так мы приступим к обучению?

Ларс фыркнул.

— Да тут впору можжевеловки набраться да спать прилечь, пока голова по швам на растрескалась… — проговорил он.

Эш обернулся.

В самом деле, ведь Крыс и Дарий все еще стояли возле двери в учебный зал.

А он так увлекся разговором, что даже забыл об этом.

— Да. Я готов начать прямо сейчас, — мрачным тоном сказал Эш, обращаясь то ли к Единому, то ли к своим друзьям.

— Серьезно? — с кривой ухмылкой на губах отозвался Ларс. — Готов сидеть и слушать вот это вот?.. Про древние цивилизации, от которых уже и костей не осталось, про ночные светила и прочую ересь?..

— Да, — сказал Эш. — И это вовсе не ересь. Я сяду и буду слушать, Ларс. Потому что хочу понимать, что происходит вокруг меня. А вы — вы как хотите, дело ваше, — пожал он плечами.

На самом деле ему было не совсем понятно, как можно быть настолько нелюбопытным в сложившейся ситуации. Но и навязывать кому-то из друзей обучение, предназначенное персонально для него, показалось ему неправильным.

С губ Ларса исчезла ухмылка. В одно мгновение он из насмешливого кота превратился в ощерившегося хищника.

— Дурак, что ли?.. Эш, ты сейчас не на своем мысе, и здесь ты не затем, чтобы узнать, как звали мужика, слепившего из глины первый в мире горшок! Тебя назначили стать убийцей двенадцати самых сильных аристократических домов. Не двенадцати воинов, Эш. А двенадцати домов! Потому что акаду один носитель не вместит, ее делят между собой самые лучшие и достойные воины в семье. И клянусь тебе, даже за кучу золота, дворец во Внутреннем круге и толпу красивых баб я бы ни за что не взял заказ на голову ни одного из них! Потому что они — не люди, Эш. Они — монстры. А тебе вместо дельных предложений предлагают триста часов захватывающих историй о том, что было на земле тысячу лет назад. Что за херня? Тебе это поможет выжить?

Гневные слова у Ларса иссякли. Эш слушал его удивительно спокойно.

Даже без использования талантов ворона он чувствовал, что заставляет Крыса так ерепениться.

Это был страх.

И не только за себя.

— Ты куда-то торопишься? — спросил у него Эш. — Я — нет. Настоящее растет из прошлого, и наши противники… — он многозначительно приподнял бровь. — обрели свою силу в те времена, когда нас с тобой еще и в помине не было. И чтобы понимать уязвимости, нужно смотреть чуть шире и знать чуть больше, чем сейчас видно на поверхности.

— Я тоже останусь, — хмуро сказал Дарий, устраиваясь рядом с Эшем за столом.

Ларс, покачав головой, только выругался сквозь зубы и, психанув, ушел к себе в комнату.

— Первые два часа будут посвящены космосу, происхождению планеты Земля и возникновению на ней разумной жизни. Прошу внимание на экран.

Второе окошко, до сих мерцавшее голубоватым светом, внезапно ожило, и в нем показалось ночное звездное небо…

А Эш осторожно нащупал у себя в нагрудном кармане кожаный мешочек.

Теперь он был уверен, что этот «снег» есть не что иное, как споры Грибницы, которых так опасался Единый.

Интересно, как быстро они прорастают?..

Следующие дни он вместе с Дарием слушал подготовленные для него истории о прошлом, делая лишь небольшие паузы на сон. Иногда он и правда внимательно слушал то, что рассказывал Единый. Иногда только делал заинтересованное лицо и общался с вороном.

Решение вызревало медленно, но чем больше Эш думал об этом, тем больше понимал, что вариантов-то у него на самом деле не так уж и много.

Только досадно было, что обсудить свои замыслы с друзьями он не мог. Единый должен был видеть подавленного, надломленного человека, готового исполнить свою миссию, лишь бы избавиться от шантажа — но при этом не переборщить, чтобы все смотрелось реалистично.

Ели прямо в учебном зале, обмениваясь впечатлениями. На четвертый день к ним притащился ворчащий Ларс — скорее из скуки, чем из интереса.

К моменту прибытия на место Эш уже в общих чертах знал, что такое электричество, и что железных кукол называют роботами.

Он ждал с нетерпением, когда им наконец позволят сойти на берег.

Но когда это произошло, был разочарован: никакого сумасшедшего города он не увидел. Единый высадил их на небольшом каменистом острове с небольшим комплексом приземистых зданий из рыжего кирпича. Проливной дождь делал картину совсем унылой и тоскливой.

— Здесь ты завершишь свое обучение и получишь все, что будет тебе необходимо для осуществления миссии, — сказал Эшу Единый на ухо через специальную пуговицу — впрочем, точно такие же устройства парень затребовал и для своих друзей, так что сейчас эти слова слышали все трое. — Сюда привезут всех оставшихся в зиккурате духов и живых дингиров. И здесь ты прольешь их кровь, чтобы наполнить свое тело и дух энергией — настолько, насколько это возможно.