Юлия Гордеева – Израненные крылья (страница 7)

– Мы будем вас встречать у центрального входа, в полдень. А потом пойдём на летнюю террасу, что около столовой. Познакомим вас с ребятами. «У нас много хороших ребят», – сказал Андрей, и, дёрнув брата за рукав, прошептал:

 «Пойдём, у нас время истекает!».

– Договорились, – сказала я уже вслед убегающим братьям.

Я подошла к машине. Аннушка и отец стояли около неё, подняв головы наверх, и «принимали солнечные ванны». Так любил говорить отец. Мамы не было. Как обычно, забыв купить что-то ужасно важное, она побежала решать этот вопрос. Я положила сумку на сидение, присела на лавочку, которая стояла рядом, на тротуаре. Как всё случилось? Как ко мне пришёл план, по спасению потерянного рубля? И день рождения у меня в августе, а не в июне. Врать нехорошо. Но это была ложь во спасение! Я поймала себя на мысли, что, почему-то, чувствую себя очень комфортно. Хотя я вижу этих мальчиков второй раз в жизни, у меня такое ощущение, что я знаю их очень давно.

Янтарь – частички доброй энергии, которые всегда приходят на помощь людям. Вспомнила я слова отца. А может быть, не случайно, я нашла свой секретик с янтарём. Что-то неосязаемое, но очень волнующее, зародилось в моей душе. Сегодня четверг, в субботу у нас гости, а в воскресенье я буду отмечать свой день рождения, в компании ребят. Надо подготовиться. Вспомнить парочку интересных история, например, из жизни врачей. Чтобы рассказать ребятам при встрече. Мои мысли прервал голос мамы:

– Наталья, садись в машину, нам ещё надо заехать за вином.

Я уселась назад, рядом с Аннушкой. Отец вырулил на дорогу, и мы двинулись в сторону винного магазина. Вино купили двух видов: белое и красное. Ещё купили коньяку. И морошковой наливки, для личного пользования. Всю обратную дорогу, мама и Аннушка обсуждали меню, кого, где надо посадить за стол.

– Аннушка, главное, чтобы не оказались рядом за столом, супруга академика Смирнова, Тамара, и супруга покойного Фёдора Ильича, Павлушиного однокашника, Ниночка. Ниночка, до замужества, работала на фабрике ткачихой. Так вот, Тамара, до сих пор, считает, что Ниночка вышла за Федю по расчёту, и называет её, за спиной «ткачиха-повариха». Не нашего круга. И всем своим видом показывает своё превосходство. Уж сколько раз я с ней разговаривала, да всё без толку! А она мне всё об одном: «Вот выскочила эта ткачиха за Федьку по расчёту, со света его сжила. Живёт в его квартире, как у Христа за пазухой. Ткачиха».

Историю любви, на момент знакомства, пятидесятилетнего Фёдора Ильича – в— ведущего кардиолога НИИ Скорой помощи и ткачихи фабрики имени Веры Слуцкой, двадцатисемилетней Ниночки, мама рассказывала миллион раз и всегда с упоением.

Вот и сейчас, мама начала рассказ, несмотря на то, что эту историю, слышали много-много раз. И даже от первоисточника – Фёдора Ильича и Ниночки.

Фёдор Ильич был откомандирован с лекциями о здоровом образе жизни. На известную нам фабрику, где трудилась молодая Ниночка. Курс лекций продолжался три дня. Чтобы производство не простаивало, профессор читал лекции после рабочей смены, то есть, начало лекции было заявлено на 0:00. Конечно, по законам СССР, явка всех работников была обязательна. Лекции проходили в огромном актовом зале, с бархатными малиновыми, под стать, театральным стульям, со знамёнами и портретами вождей пролетариата, на стеках, и красным суконным полотном на длинном, узком столе, на котором одиноко красовалась пара: графин с водой и гранёный стакан.

Так вот, по окончании второго дня лекции, профессор складывал свой материал в портфель. Зал был пустой. Все слушатели уже разошлись. Времени было, начало одиннадцатого вечера. Надев пальто и повязав шарф, Фёдор Ильич направился к выходу. Проходя мимо последнего ряда, его взгляд за что-то зацепился. Он увидел спящую девушку. Она примостилась на двух стульях, положив под голову сумку, одна рука свисала вниз, белые волосы каскадом кудрей рассы́пались по стулу. Девушка сладко и крепко спала. Надо сказать, что, дожив до такого возраста, Фёдор Ильич так и не удосужился узаконить себя узами брака. Сначала учёба, аспирантура. Потом стажировка за границей и важный пост заведующего отделением. Была у него. В молодости, любовь. Но, Федя, был очень скромный молодой человек. Он нежно ухаживал, трепетно заглядывал в глаз, совершал поступки, дарил цветы, провожал до дома. Но главный поступок, предложение руки и сердца, так и не решился сделать. Потом его отправили стажироваться на полгода. А когда он вернулся, его любовь уже была супругой более смелого молодого человека, заведующего складом мебели. Выпив, с горя, бутылку коньяка, Фёдор решил удариться в работу. Что принесло плоды: пассия была забыта, а карьера и навык с каждым годом шли ввысь.

И сейчас он стоял и смотрел на это неземное создание и понимал, что это любовь всей его жизни. Он сел рядом. Никогда в своей жизни Фёдор Ильич не испытывал таких чувств. Не отрывая взгляда от спящей красавицы, мысленно дал слово, что, как только она проснётся, тотчас позовёт её замуж.

Ниночка проснулась от пристального взгляда профессора и смущённо стала поправлять волосы.

– Барышня, простите, что прервал ваш отдых. Но, мне, кажется, что дома, это делать гораздо удобнее, да и почти ночь на дворе.

–Как ночь? – не понимая, сколько времени, переспросила Ниночка.

Фёдор Ильич рассказал, что лекция давно окончена, все работники разошлись по домам. И, так как, он дал себе слово профессора, что обязательно женится на этой белокурой красавице, добавил:

– Так как виной вашего сна, являюсь я, прошу разрешения отвезти вас домой, – проговорил профессор с надеждой в голосе.

–Почему вы виноваты в том, что я уснула?

– Значит, лекция моя не носит интерес, раз слушатели засыпают, – проговорил профессор, улыбнулся и развёл руками.

–Что, вы! Фёдор Ильич. Ваши лекции очень интересные. А ваша статья, в журнале «Здоровье», за июнь?

–Что моя статья? – переспросил Фёдор Ильич.

–Ваша статья о том, как режим дня и питания влияет на развитие здорового организма, – это же просто шедевр! Я же её вырезала их журнала и убрала в папку. – Ниночка говорила громко и при этом жестикулировала.

Фёдор Ильич был поражён и сражён наповал.

– Вам нравится медицина? – спросил он.

–Ещё когда я жила в Дзержинске, мамка выписывала журнал «Здоровье». И я все журналы до корочки прочитала. Тогда я и стала мечтать стать врачом. А ваши статьи по влиянию окружающей среды на здоровье, я наизусть знаю.

– Вы хотели стать врачом? – Фёдор снял шарф.

–Да, я даже поступила в медицинское училище, но через три месяца мама заболела и умерла. Мне пришлось бросить учёбу и пойти на фабрику, чтобы помогать сёстрам и бабушке. Вот здесь и работаю. А что? Платят хорошо. У меня комната в общежитие. Талоны на питание, бесплатная развозка.

– Потрясающе! – проговорил профессор.

– Вот я олух, я не спросил ваше имя.

–Нина, – тихо проговорила наша ткачиха-повариха и улыбнулась.

–Фёдор, – сказал профессор и протянул Ниночке руку.

–Я знаю, Фёдор Ильич, как вас зовут, – сказала Ниночка и протянула свою маленькую руку.

Фёдор Ильич взял её руку в свою руку. Вот с этой минуты, начался роман пятидесятилетнего профессора и двадцатисемилетней Ниночки.

В этот вечер профессор довёз Ниночку домой и заручился обещанием, встретится на следующий день. Там прошло два месяца. Они гуляли в парке, ходили в театр, даже один раз ходили на каток. Новый год решили отмечать вместе, у Фёдора Ильича дома. Под бой курантов Фёдор Ильич открыл шампанское, они выпили за наступление Нового года. Потом профессор встал перед Ниночкой на одно колено и предложил стать его женой.

Ниночка ответила согласием и расплакалась от счастья.

 Больше Ниночка не вернулась в общежитие. В начале февраля они расписались, а в конце сентября у профессора родился сын Илья, названный в честь деда. Профессор занимался медициной, Ниночка растила сына и занималась домом. Когда Илюша пошёл в первый класс, у Фёдора Ильича случился обширный инфаркт, коллеги – врачи долго боролись за его жизнь. Но, к сожалению, не смогли спасти. Ниночка очень горевала. Потом появились какие-то дальние родственники и стали претендовать на имущество Фёдора Ильича. Ниночка не скандалила и не устраивала разборок. Она собрала сына, их вещи и отбыла в Дзержинск к сёстрам. Через пять месяцев она получила Телеграму из Ленинграда, явится в нотариальную контору.

В конторе Ниночку встретил пожилой солидный нотариус, на носу у него были большие очки в толстой роговой оправе.

–Нина Тимофеевна, я пригласил вас на оглашение завещания покойного Фёдора Ильича Матросова, который был при жизни, вам супругом. «Это верно?» – спросил нотариус и пристально посмотрел на Ниночку.

–Да, Феденька, был моим мужем, – тихо проговорила Ниночка, сдерживая слёзы.

– Славненько, – проговорил нотариус и продолжил.

– Покойный оставил завещание.

Нотариус достал папку, раскрыл её и вытащил на свет листок, исписанный чернилами и заверенный большой синей печатью и сургучом.

– Всё движимое и недвижимое имущество, Матросов Фёдор Ильич завещал своей супруге, Матросовой, в девичестве Петуховой, Нине Тимофеевне.

Родственники покойного, которые незаконно занимали жилую площадь покойного, освободили помещение. Вы можете распоряжаться всем имуществом и также деньгами, которые хранятся на сберегательной книжке.