Юлия Гофри – Программист и бабочка (страница 43)

Наш директор не врал. Никто не мог припомнить случай, чтобы Николай Сергеевич не сдержал свое обещание. И уж если он пообещал нам квартиру над рекой, значит, будет плескаться Дон под нашими окнами.

Окрыленный, я бросился в сарай собирать остальные комплектующие. Каково же было мое удивление, когда под несколькими слоями коробок с красными буквами я обнаружил стопку пакетов нового типа. Они были совсем маленькие, с таким же логотипом в виде улитки, как на других, и голубыми буквами на золотом фоне. Коробки лежали малозаметной кучкой в самом углу, пропустить их было немудрено. И все-таки меня одолели сомнения: я хорошо помнил, как складывал большие коробки, а эти маленькие, готов поклясться, я видел впервые. Или убедил себя, что видел впервые, а первую партию отправил недоукомплектованную.

Так как видение квартиры над Доном стало несколько мутнеть, я заставил себя забыть про первую партию и не спрашивать себя: «Как утюги могли работать без третьей коробки?»

Детали из третьей коробки имели дополнительный вход, то есть новая часть последовательно включалась между двумя предыдущими. Экран прореагировал на изменения новой строкой с вопросом, но это уже была не проблема.

Через месяц очередная партия утюгов породила в магазинах километровые очереди, а мы с Соней съездили полюбоваться новой квартирой в доме над обрывом.

Должен сказать – красотища там неимоверная. По утрам облака превращают землю в бесконечное пуховое поле, из которого торчит многоэтажка – ледяной замок Снежной королевы. Там на седьмом этаже скоро будет мое логово. Точнее мое и Сонино гнездышко. А во дворе рядом с гаражом поставим ларек со складом. Николай Сергеевич обещал помочь.

Весь вечер перед глазами кружились облака со светящейся, словно маяк, многоэтажкой.

Телефонный звонок растопил замок Снежной королевы, разметал ларек на отдельные доски и снежинки.

– Сенька, ты знаешь, что твоя подруга дней суровых инопланетянка.

– Дописался, писатель. Сам в дурдом пойдешь, или мне санитарам позвонить? Сдашься с повинной, будут лечить бесплатно.

– Гляди, ты даже острить научился, – мне показалось, что Валерка на том конце провода поощрительно усмехнулся. – Можешь не верить. Только выясни, на всякий случай, откуда она берет комплектующие. Если бы ты не был полный кретин, то сам бы догадался. Не может быть в Китае технологии, которая не снилась ни Японии, ни России, ни США.

Я опустил трубку на рычаг. Ничего, кроме гадостей, от Валерки не дождешься.

– Кто это был?

– Да директор. Просит еще хотя бы сотню штук подбросить.

– Так мы же уже на полгода их обеспечили, – Соня выключила пылесос, который выгуливала вокруг дивана, подошла ко мне вплотную и заглянула в глаза. Хотелось надеяться, что они продолжали сиять безмятежным голубым светом.

Врать я не очень люблю. Наверное, потому что не умею. А тут похлеще Валерки закрутил:

– На заводе электромеханический цех открывают. Специально для производства утюгов. Ну так как, съездишь?

– Что, прямо сейчас?

– Зачем сейчас? Утром. Я такси закажу.

Ровно в восемь Соня с двумя большими сумками отчалила в аэропорт.

Через минуту из-за угла вырулил Гвоздь на своем москвиче, и мы поехали следом.

– Зря ты, Сенька, жене не веришь. Она у тебя баба что надо. Я в них разбираюсь.

– Да верю я ей, Гвоздь. Верю. Но проверить раз в жизни тоже не помешает.

– Не помешает… Ты только начни проверять, потом так войдешь во вкус, что каждый чих контролировать будешь.

Соня в аэропорт не поехала. Она вышла из такси в безлюдном месте шоссе и двинулась по тропинке в сторону пещер. Я последовал за ней. Соня шла вперед не оглядываясь, ее спина словно укоряла меня:

– Мне скрывать нечего.

– Ага, тогда какого черта ты не поехала в аэропорт? – отвечал я спине.

Соня включила фонарик, вошла в ту же пещеру, в которой я ее когда-то нашел, прошла мимо места, где мы жгли костер, и остановилась у камня, на котором, как помнится, я заметил улитку.

Мне игра в шпионов начала надоедать. Наверное, Соня заметила мою слежку давным-давно. Я бы не удивился, если бы она сейчас повернулась и сказала:

– Как я тебя дурня разыграла.

Вместо этого Соня нагнулась к камню и, как мне показалось, что-то там повернула.

Где-то за поворотом замерцал зеленый свет. Стало светлей. Блики оттолкнулись от стен, и я увидел, что в глубине пещера шевелится, превращается в настоящий тоннель с гладкими, словно покрытыми глазурью, стенами.

Соня погасила фонарик, бросила его в сумку и двинулась дальше.

Я подошел к тому месту, где она только что стояла.

На камне опять сидела улитка. Мой палец коснулся ее домика-спины. Улитка не пошевелилась.

Тьма мешала рассмотреть животное в деталях. Я не ожидал, что мы пойдем в пещеры, и о фонарике даже не подумал. И вообще, звонок Валерки настолько меня потряс и расстроил, что кроме кошелька, ключей и переводчика в моих карманах ничего не было.

Впрочем, даже при наличии фонарика, я все равно не смог бы им воспользоваться без риска выдать себя.

Улитка оказалась не совсем обычной. Обе ее половины были правые, словно какой-то шутник склеил двух улиток головами в разные стороны. Теперь одна из них, красноватая, смотрела вглубь тоннеля, а вторая – голубая – наружу.

Тем временем Соня почти исчезла из виду: пещера постепенно поворачивала налево. Осторожно, на носках, я последовал за ней.

Отрывки из романа Валерия Мельникова «Двухголовая улитка»

Глава V

Не стоит доверять американским фильмам, в которых инопланетяне-монстры питаются человечиной и уничтожают целые города. Соня была инопланетянкой, но, если можно так сказать, очеловеченной. Встречаются же на Земле очень похожие люди. Так и Сонина планета из системы тау Кита с ее таукитянами была похожа на Землю с ее населением. Никаких двухголовых ужасов, никаких загребущих щупалец. Хвосты, метровые зубы, ядовитые ногти – да боже упаси. Соня ничем не отличалась от обычных людей. Она даже врать особенно не умела. Как мы помним, она честно отвечала мужу, куда ездит за комплектующими:

– На тау Кита.

Это только бедному, ограниченному и затюканному Сене слышалось, что в Китай.

Но, как мы говорили ранее, в своем желании держать Сеню в темноте и в черном теле Соня переусердствовала. В связи с усилившимися подозрениями Сеня решил проследить за своей возлюбленной. Это было достаточно сложно. Как оказалось, истории про ведьм народ высасывал не из пальца. Они были навеяны присутствием на Земле представителей иных цивилизаций. Сеня несколько раз пытался догонять метлу, уносившую Соню к низким облакам, и каждый раз пропущенные в школе занятия по физкультуре давали о себе знать.

Спас Сеню велосипед, который сосед-пьяница забыл в подъезде.

Не исключено, что Соня видела своего преследователя, но на сей раз ничего поделать не могла. Грузоподъемность метлы была ограниченной, а Соня, как мы уже отмечали, обладала многокилограммовыми женскими прелестями. Сколько она ни металась – все равно упрямый велосипедист сидел у нее на хвосте.

Тогда Соня решилась на крайность: она полетела к пещерам. Ее метла, снабженная последней версией инопланетного GPS, позволяла безбоязненно блуждать по нашим земным лабиринтам. У Сени никаких приборов не было. Он быстро отстал и заблудился.

Спелеологи, изучавшие в тех краях сталактиты, рассказывали, что самые хитроумные египетские катакомбы представляются ровненькой взлетной полосой по сравнению с нашими отечественными норами. Ходы, перемычки и переходы в пещерах уходят далеко под Дон, образуют настолько запутанную многомерную паутину, что остроумные таукитяне воспользовались случаем и достроили канал, позволяющий проникать с их планеты на нашу и обратно в считанные минуты.

Итак, Соня летела к своим.

Сеня летел за Соней.

Он действительно отстал, немного заблудился, даже покричал от страха. Но Сеня с детства лазил по пещерам и знал там многие ходы. Достаточно быстро сориентировавшись, он успокоился, а обнаружив новый тоннель, помчался вглубь, в надежде настичь свою сбежавшую принцессу.

Каково же было его удивление, когда пещера вдруг кончилась, и он выскочил в совершенно незнакомое место. К небу поднимались километровые странного вида растения. Над головой висело несколько гигантских планет. Впереди на тропинке стояла Соня и мирно беседовала с незнакомым молодым человеком. Рядом с ними по стойке смирно вытянулась метла.

Сеня прислушался.

За время совместного проживания с Соней, он научился кое-что понимать на таукитянском, принимая его за китайский. Этих скромных знаний оказалось достаточно, чтобы понять, о чем идет речь. А речь шла ни более ни менее как о захвате Земли.

Уж очень таукитянам понравилась наша планета. У них перенаселение, а у нас простор, реки, моря полезные ископаемые. Да и женщины наши посимпатичнее их толстух. И тогда они изобрели прибор, который позволял беременить людей независимо от пола, причем дистанционно. Смотрит достопочтенный отец семейства таукитянское кино про любовь, бум – на следующий день он уже беременный. Причем, «не мышонком, не лягушкой, а неведомой зверушкой». Эта зверушка растет, превращается в здоровенного синего червя, выползает наружу, съедает родителя, всех его близких и соседей. Освобождает, так сказать, территорию для таукитянского населения.

Как вы уже догадались, Соня, под видом утюгов, подсунула в наш городок таукитянские кино.