Юлия Гладкая – Осколки зеркал (страница 31)

— Приветствую, — произнес он, когда Митя подхватил его под локоть. — Что за спешка?

— Сотруднице плохо. Следуйте за мной, — велел маг.

Они прошли в спальную комнату. Доктору одного взгляда хватило, чтобы понять ситуацию.

— Холодное полотенце и быстро, а еще таз с водой и теплые носки.

— Да где ж я их найду?! — возмутился Митя, но встретившись взглядом с доктором, умолк. Чувствуя, что найти необходимо.

Пропитанное холодной водой полотенце очутилось на лбу болезной. Еще одним доктор обтирал волшебнице руки и ноги. Митя же, по его указу, по капельке лил ей в рот горячий чай.

— Состояние критическое, — вздохнул врач. — Сейчас стабилизируем и надобно к нам в больницу. Тут, как я понимаю, и ухаживать-то некому.

— Некому, — согласился Митя. — Она — приезжая, прислугой еще не обзавелась.

— Что ж понятно-понятно, — закивал доктор, поправляя пенсне. — Степаниду Максимовну пришлите. У вас, господ магов, любой чих иначе проходит. Вот вроде бы с утра тут был и казалось, что легкая простуда, а сейчас, поди ж ты, не иначе как воспаление.

— И что же будет? — растерялся Митя, никак не ожидавший такого вердикта.

— Один бог ведает, — заверил его доктор. — А сейчас подержите-ка таз. Вот тут, под рукой. Кровопускание сделаем.

Следующий час тянулся вечность. Митя то мерил шагами комнату, то стоял, подперев дверь. В данной ситуации он чувствовал себя слабым и никчемным.

Стешка тоже находилась тут. Они с врачом о чем-то перешептывались, и ведьма дважды уходила порталом и возвращалась вновь.

В какой-то момент не в силах смотреть на несчастную волшебницу, Митя перешел в гостиную. Тут он принялся разглядывать обстановку, стараясь отвлечься от скорбных дум.

Елена Александровна привезла с собой не только одежду, но и какие-то безделушки. Вот пейзаж в золоченой рамке, вечерний Петербург. Фото, на котором она вместе с крупным усачом в армейской форме. Видимо покойный муж, сообразил Митя. Музыкальная шкатулка с балериной и еще одна безделица, но лишь на первый взгляд.

Тут маг остановился и осторожно взял статуэтку с полки. Серебристая вещица, где на круглой подставке высился лук для стрельбы и пара стрел к нему. По ободу золотистой вязью шла надпись «Победительнице среди дам.»

Садовник часть 2

Митя хотел позвать Стешку, чтобы показать ей свою находку, но она его опередила.

— Дмитрий, подите сюда, ваша помощь требуется, — крикнула ведьма из комнаты.

Маг вернул награду на место и поспешил на зов. Оказалось, что жар спал, но теперь требовалось доставить Лебедеву в больницу.

Чувствуя себя завсегдатаем этого не шибко радостного места, Митя подхватил ее на руки и, открыв портал, двинулся по серым коридорам.

Врач и Стешка шагали рядом, обсуждая лечение. Митя же, не глядя на свою ношу, вспоминал призовую статуэтку и размышлял, бывают ли в жизни такие совпадения?

Оставив волшебницу на попечение врачей и Стешки, он на всякий случай заглянул в палату к мальчику. Если верить ведьме, тот все еще пребывал в замороке. Но Митя очень надеялся, что малец сумеет отыскать выход из лабиринта собственных мыслей.

Ему очень хотелось поделиться со Стешкой своей находкой в квартире Лебедевой, но сейчас она была занята, вот и выходило, что кроме как вернуться к работе, маг ничем более заняться не мог.

В приемной послышался шум.

— Ах ты ж морда, еще и кусаться? Вяжи ее, Линька, да покрепче!

Заинтересованный происходящим, Митя прибавил шаг и увидел живописную картину. Два крепких молодца в белых халатах что есть сил держали мужика с черными пятнами на лице. Тот же в ответ рычал, пучил глаза и, кажется, пытался ускакать, сбросив с себя санитаров.

Вокруг них порхала хрупкая барышня. Заламывая руки, она охала, ахала и произносила чуть гнусаво:

— Николя, Николя, душа моя, уймитесь, вам будет лучше!

— ЫЫЫЫ. — отвечал пятнистый, клацая зубами точно пес.

— Ты еще и кусаться, каналья! — взревел один из санитаров и ловким ударом в ухо наконец угомонил больного. Николя как-то сразу обмяк, и санитары утащили его прочь. Барышня хотела метнуться за ними, но на ее пути встал Митя:

— Глава департамента зеркальной магии, — представился он, — Демидов Дмитрий Тихонович. У меня к вам пара вопросов.

— Ах как не вовремя, господин маг. Как не вовремя! — воскликнула женщина, порываясь кинуться за мужем, но маг не собирался упускать ее и, цепко ухватив под локоток, усадил подле себя на кушетку.

— Будьте так любезны, объясните мне, что с вашим Николя? –спросил он, разглядывая женщину.

— Он не себе, господин маг. Поверьте, это так! — зашептала та и глаза ее подозрительно заблестели. — Давеча он посещал Липовские бани. А после, вернувшись домой, вдруг принялся кидаться на все!

— На все?

— Ну как на все. Разбил вазу, в которой стояли цветы, он сам мне их подарил, — тут же заверила женщина, — после кинулся к рукомойнику. Поливался водой. Весь пол намочил и, стыдно сказать, ползал по нему, будто неразумный малыш!

— Представляю. Это ужасное зрелище, — согласился Митя. — Однако ж объясните, что у вашего супруга с лицом?

— Ах это, — барышня потупила взор, — это мне соседка присоветовала, мол, зелье имеется для тех, кто не в себе, мигом разум прочищает. Ну я послала Груню, это прислуга наша, она и купила, не знаю где, не до того мне было. Муж как принял, так пятнами и пошел весь. И бог бы с цветом, сойдет наверняка. Но лучше то ему не стало! А уж как он попытался в ванной утопнуть, я карету скорой помощи и вызвала.

Митя собирался задать еще пару вопросов, но в этот момент двери больницы распахнулись, и в приемную втащили очередную жертву волшебного зелья. На это раз пятнистая девица. В одном исподнем, хохочущая так, что кровь в жилах стыла.

Митя задумчиво глянул на нее сквозь монокль, и ему почудился легкий флер магии. Однако он тут же исчез.

Старушка мать, пытающаяся прикрыть девицу клетчатым пледом, плакала, не смущаясь окружающих.

— Глава зеркального департамента, — Митя подошел к несчастной. — Эликсир покупали?

— Покупала, — всхлипнула та, не сводя глаз с дочери.

— Где?

— В лавке у Феофана, убью ирода! — она замахнулась сухоньким кулаком и тут же вновь заплакала, видя как дочь уводят в крыло для душевнобольных.

— Благодарствую, — Митя коротко кивнул и недовольно цокнул, с Феофаном у него были давние счеты.

***

Вначале он увидел очередь. Длинную вереницу людей, стоящих друг за другом по направлению к лавке. Мужчины и женщины, молодые и великовозрастные, тихо переговаривались между собой. Лица их были взволнованы и отмечены той самой печатью, что налагает лишь тревога за близкого человека.

Проходя мимо них, Митя ловил на себя взгляды, то заинтересованные, то откровенно злые. В целом, он понимал, что обычный люд, не зная как справиться с напастью, винит во всем магов. Однако, хоть ситуация и выглядела престранным образом, но магического действия в ней не наблюдалось. В отличии от действия зелья, после которого лица и без того больных людей приобретали черный цвет.

Едва маг дошел до двери и взялся за ручку, как стоявшая подле женщина не выдержала:

— Куда без очереди то? А еще маг!

Горожане одобрительно загудели, точно раздосадованный рой.

— Тут, видите ли, всем надобно и может не хватит. Вы уж подите да встаньте как прочие, — предложил серьезный мужчина с пышными бакенбардами.

— Да уж, подите и встаньте, как мы стоим. С рассвету тут мнемся и вперед прочих не лезем! — вновь взвилась настырная бабенка.

Митя крепко сжал кулак металлической руки, а после, не обращая внимания на окрики и злобу, зашел в лавку.

Феофан стоял за прилавком, заворачивая очередной жертве обмана волшебное снадобье.

— Прямо целиком и дайте, — наставлял он, — пущай пьет, хуже не станет. Сами увидите, враз дурь из головы выветрится, — советовал он курносой девушке с заплаканными глазами.

— Я бы не был так уверен, — Митя шагнул вперед и выхватил из рук покупательницы заветный бутылек о семи гранях, запечатанный синим сургучом. — Прошу прощения, сударыня, но данный товар арестован от имени департамента Зеркальной магии, — Митя, поймав блик, сверкнул отражением на отполированном протезе, и по стенам, полкам и окнам мигом разбежались солнечные зайчики, протянувшие друг от друга с трудом уловимые сверкающие нити.

Однако девушка и не думала уходить. Развернувшись к Мите, она вдруг кинулась тому в ноги, причитая и захлебываясь рыданиями:

— Помилуйте, господин маг, не дайте матушке сгинуть. Совсем плоха она, все тянет ее, сердечную, к реке, утопиться желает. Ежели я без лекарства приду, так ведь утопнет. Как есть утопнет!

— А если вы ее этим напоите, то она все равно утопнет, но перед смертью еще и пятнами изойдет, как жирафа, — отрезал Митя, поднимая девушку с пола. — Понимаю ваше горе, но сейчас лучшее, что вы можете сделать для матушки, это быть рядом и следить, чтобы она руки на себя не наложила, понимаете? А мы разберемся, — и, не дожидаясь ответа, маг ловко вытолкнул девицу на улицу, на поруки рассерженной толпе, уже осознавшей, что покупки не будет.

Дверь затряслась от пинков да ударов кулаками. Шум, гомон и крики обещали перерасти в потасовку.

— Телефон есть? — спросил Митя.