Юлия Гетта – Сладкий яд или я на все согласна (страница 28)
Я понимала, что просто так он не спустит мне это с рук. Если даже простой флирт не спустил…
- Иди сюда, - неживым голосом приказал он.
Кое-как заставила себя отлипнуть от столешницы и спрыгнуть вниз. На тяжёлых, негнущихся ногах сделала несколько шагов в его сторону. Он шагнул мне на встречу, ни на секунду не отводя своих страшных глаз. Если бы можно было убивать взглядом, я бы, наверное, уже умерла.
- Ты очень разочаровала меня, Рая, - каждое его слово сочилось ядом, отравляло мое сознание и мою кровь.
Мне хотелось закричать. Упасть на колени, умолять его простить меня, и объяснить, что он все неправильно понял, но я не могла пошевелиться, не могла выдавить из себя и слова.
Мне было настолько плохо, что казалось, я вот-вот потеряю сознание. А я бы и рада это сделать, лишь бы не видеть этого полного ненависти взгляда, не слышать этого ледяного тона, которым он говорил со мной… Но, как назло, до этого не доходило. Сознание упрямо держалось на последней грани и не желало меня покидать.
- Эй, ну брось! Она тут не причем! - услышала я из-за спины голос Марка, он, как обычно, вступился за меня. - Это я силой поцеловал её, она и понять ничего не успела. Хочешь учинить расправу - я к твоим услугам. Но её не надо трогать.
Вова резко развернулся к нему.
- Лучше заткнись! Ты понял меня?! Ты только хуже делаешь и ей, и себе!
Они схлестнулись взглядами, и Марк ничего ему не ответил.
- Мы уходим, - сухо произнёс Вова, как только его друг с горькой усмешкой фыркнул и отвернулся.
Эта фраза предназначалась мне, после чего он грубо схватил мой локоть, и потащил к выходу.
Глава 13
Он шёл вперёд так быстро, что я едва поспевала за ним. От одной только мысли о предстоящем наказании, а в том, что оно будет, я не сомневалась, становилось дурно. Марк шёл позади нас, и пытался, как мог, исправить ситуацию.
- Вова, остынь. Давай поговорим.
Но Вова лишь сильнее стиснул мой локоть, заставляя согнуться пополам и застонать от боли.
- Блять, да угомонись ты! Отпусти её! - Марк предпринял попытку остановить его, схватив за руку, которой он тащил меня за собой. Но зря.
Зачем только он это сделал! Вова отпустил меня, но в это же мгновение резко перехватил его руку, и ударил кулаком прямо в лицо. Марка повело, но Вова не позволил ему упасть, крепко удержав за руку, и почти сразу, не давая опомниться, схватил за шею, и с яростью приложил головой об стену.
- Нет! - я пронзительно закричала, так, что заложило уши, и, не помня себя, бросилась к ним.
Один раз я уже видела, как он избивает человека, и ни за что на свете не хотела наблюдать это снова. Тем более, это был Марк. Он не заслуживает такого. Никто не заслуживает, но Марк особенно. Он добрый, хороший… Он хотел мне помочь!
- Нет! Умоляю, нет! Не бей его! - каким-то чудом мне удалось развернуть Вову к себе.
Мертвой хваткой вцепилась в лацканы его пиджака, пронзительно, с немой мольбой глядя в его глаза. Он смотрел на меня в ответ нечеловеческим взглядом, от которого кровь стыла в венах. В неподвижных серых глазах застыла слепая ярость, он словно и не видел меня вовсе, а смотрел куда-то насквозь. Спустя несколько долгих секунд его взгляд, наконец, сфокусировался, он сморгнул несколько раз и безжизненным голосом произнёс:
- Пошли.
Больше он не удерживал меня. Просто зашагал дальше по коридору, даже не пытаясь убедиться, что я иду следом. А я шла. Шла, без конца оглядываясь на Марка, который со злостью смотрел нам вслед, вытирая рукавом кровь с разбитой губы.
***
В лимузине мы сели на противоположные диваны друг напротив друга. Он не смотрел на меня, смотрел куда-то в окно, был погружён в свои мысли.
Я отчаянно собиралась с духом, чтобы заговорить с ним, но трусила. И не могла подобрать слов. Но я должна была ему все объяснить. И пусть он не поверит мне, но он должен знать, почему это случилось. Мне сложно было решиться, да и просто разлепить пересохшие от волнения губы, но я нашла в себе силы, и, наконец, сделала это.
- Вова, я…
Его взгляд пронзил меня подобно пуле, хладнокровно выпущенной на поражение. И теперь его холодное внимание было приковано ко мне. Он ждал.
Под его пристальным взглядом говорить было ещё сложнее, да и все слова вылетели из головы.
- Этот поцелуй ничего не значит… - ляпнула я совершенно не то, что собиралась сказать.
А он поморщился, как от головной боли.
- Лучше молчи, Рая.
Я всхлипнула, и от подкатившего к горлу комка уже не могла говорить.
- Прости меня… - прошептала, глотая слезы. - Пожалуйста, прости…
Он промолчал в ответ, продолжая уничтожать меня холодным взглядом, пока, наконец, не сжалился, и не отвернулся обратно к окну.
***
Когда лимузин затормозил у знакомого дома немного раньше, чем следовало, я выглянула в окно, и увидела, что дорогу нам перегородил черный спортивный автомобиль Марка. Дверь водительского сидения была открыта, сам он был внутри, и, заметив нас, тут же вышел на улицу. Несмотря на мороз, он был без пальто, и даже без пиджака, в одной только белой рубашке с развязанной бабочкой и расстегнутым воротничком, словно ему было жарко. Похоже, он сразу же поехал за нами, и по пути обогнал.
Вова изменился в лице, когда увидел его.
- Сиди здесь, - приказал он, не отрывая от него взгляд, вышел из машины, захлопнув за собой дверь. Я тут же бросилась к ней и чуть-чуть приоткрыла окно, чтобы услышать их разговор.
- Ты что здесь делаешь, камикадзе? Тебе мало что ли было? - с ненавистью в голосе процедил он, приблизившись к Марку на расстояние вытянутой руки.
- Завязывай, Вова, я приехал поговорить, - примирительно ответил Марк с подобием улыбки на губах.
- Езжал бы ты лучше обратно. Да обнял бы свою маму покрепче, и сказал бы ей спасибо. За то, что она потрясающий человек, и я не хочу, чтобы она оплакивала своего сына в его же день рождения.
- Хорош уже дичь гнать, Вова. Ты, блять, такой умный везде, где не надо, а когда дело касается баб, вообще ни хрена не соображаешь.
Вова отшатнулся от него и посмотрел с удивлением.
- Зато ты, я смотрю, до хрена соображаешь?
- Да не нужно много соображать, чтобы увидеть, что Рая влюблена в тебя до потери пульса! – эмоционально воскликнул Марк.
- Ты поэтому сосался с ней?
- Нет, не поэтому! Я тебе уже говорил, что это была просто случайность!
- Ладно, допустим, - Вова равнодушно пожал плечами. - Сейчас тебе что от меня надо?
- Хочу убедиться, что ты успокоился, и не наделаешь глупостей.
- Глупостей? - с губ мужчины сорвался нервный смешок. - И что, по-твоему, я могу такого наделать?
- Ладно, Вова, всем прекрасно известно, КАК ты любишь наказывать провинившихся.
- То есть ты, - ухмылка исчезла его с лица, и он с угрозой двинулся на Марка, глядя исподлобья, - Приехал сюда, рискуя в свой день рождения оказаться в реанимации с проломленным черепом, чтобы я смягчил для Раи наказание?!
- В идеале, чтобы отменил, - Марк не двинулся с места, с достоинством выдерживая его напор. - Она ни в чем не виновата. Это я виноват, я поцеловал её силой. Если хочешь, можешь проломить мне за это череп. Ты ведь по-другому не умеешь решать свои проблемы?
Вова ничего не ответил на это, и только буравил взглядом своего друга. Даже сквозь стекло я ощутила, как накалилось пространство между ними. Казалось, проскочит малейшая искра, и все вокруг полыхнет.
- Охуеть, никогда бы не подумал, что ты меня будешь жизни учить, - в итоге произнёс Вова. - Ну что ж, можно и по-другому решить МОИ проблемы. Пойдём.
- Куда? - напряжённо спросил Марк.
- Ко мне, куда.
Он развернулся и открыл дверцу лимузина так резко, что я в испуге отпрянула от двери.
- Выходи, - грубо приказал он, но все же подал руку, и помог выбраться из автомобиля.
Водитель тоже вышел и вынес пакеты с моими вещами, которые Вова тут же забрал у него, поблагодарил за работу, и направился к входу в дом. Я поймала на себе взгляд Марка, и его виноватую улыбку, а после он вернулся в свою машину, отогнал её на парковку и присоединился к нам.
***
Было такое ощущение, что в лифте вот-вот заискрит от сгустившегося напряжения. Мужчины продолжали хмуро смотреть друг на друга, я стояла между ними, как между двух огней, и не знала, куда спрятать свои глаза. Не знала, что мне думать, и чего ждать от этого вечера дальше. Одно я знала точно – ничего хорошего точно ожидать не следует.
Когда двери кабины раскрылись на нужном этаже, Вова жестом предложил нам пройти в квартиру, после чего сам зашагал внутрь, поставив бумажные пакеты у входа.