Юлия Герман – Опасная одержимость бандита (страница 6)

– Прекрати, – резко одергивает меня, когда оказываемся в холле. – Где твой номерок?

Слышу словно сквозь толщу воды его бархатный голос, вызывающий теперь только раздражение.

Не дождавшись ответа, выдернул у меня из рук сумочку, отыскивая там номерок и забирая пальто из гардероба.

– Почему? Что со мной не так? – знаю, что сейчас сделает еще больнее, но надеюсь услышать, что не все потеряно и, возможно, у меня есть мизерный шанс.

Он игнорирует меня, молча держит пальто, сверля каким-то хмурым нечитаемым взором.

– Поторопись. Мне некогда с тобой возиться, – звучат слова очередной оплеухой.

Засовываю руки в рукава пальто и позволяю вывести себя на улицу, словно безвольную куклу. Он что-то набирает на телефоне и отводит меня подальше от входа с огромным охранником и очередью, пытающейся проникнуть внутрь.

– Ну так скажешь? – плевать, что решит, будто я душная и липкая, он и так уже навесил на меня ярлык неинтересной, непривлекательной. Вряд ли ситуация может усугубиться. – Почему меня нельзя хотеть? – нет сил даже поразиться собственной смелости и тому, что я смогла произнести эту фразу вслух.

– А ты разве что-то умеешь? – недобро усмехнулся.

– Я многое умею! – слезы высохли, и теперь смотрю на него снизу вверх, задрав подбородок.

– Серьезно? – убрал смартфон во внутренний карман пиджака. – Умеешь сосать член и заглатывать так, чтобы самой при этом кончать от наслаждения? Готова подставить любую дырку, какую только захочу, даже если я люблю анал? – с каждым новым словом все сильнее заливаюсь краской. – Ты вообще представляешь, как выглядит мужской член?

– Конечно… – звучит неуверенно, и он это слышит.

– Или что ты хотела? Думала, поведу тебя на свидание и буду благодарить богов за твою целку, потратив год на то, чтобы ты дала к ней доступ? – выплевывает яд, окончательно разъедая мою душу.

– Я не … – пытаюсь повторить это грязное слово, порочащее то, что я оберегала и наивно считала своим достоинством. А он лишь парой фраз превратил это в уродство, дефект, от которого обычных людей тошнит.

– Что не? – вижу издевку и отвращение на красивом лице и чувствую то же самое к себе. Теперь кажусь себе прокаженной. Будто я покрыта язвами, а нутро у меня кишит гадами. Мерзкая, гадкая, отвратительная.

Собираюсь солгать, хотя бы немного смыть с его лица пренебрежение. Но рядом останавливается автомобиль. Мужчина открывает пассажирскую дверь, дожидаясь, когда я наконец-то исчезну и перестану уродовать его мир.

Подхожу к автомобилю и смотрю в последний раз ему в глаза.

– Кир! – слышу мужской голос, который мгновенно перетягивает мое внимание. – Ты уже отвез своего босса? Поехали с нами. Для тебя тоже есть подарочек.

Поднимаюсь на цыпочки, посмотрев поверх автомобильной двери и высовываясь из-за высокой фигуры.

– Папа? – ошарашенно смотрю на отца, идущего от клуба и прижимающего к себе за талии двух девушек, льнущих к нему и пьяно хихикающих. Сердце замирает, а затем с грохотом падает в пропасть. Одна из девиц облизывает его шею, а у меня к горлу подкатывает рвотный позыв.

– Уже иду! – не прерывая зрительного контакта со мной, кричит синеглазый мужчина моему отцу, лишь слегка повернув голову вбок.

– Поторопись! Нам нужна подмога! – пьяно смеется мой родитель.

Не верю глазам, что это действительно мой идеальный и самый правильный папа. Должно быть, у меня обман зрения. Смотрю, как позади него сталпливаются еще мужчины в сопровождении таких же вульгарных полуголых женщин, ощущая жар в груди и в венах.

– Тебе пора, – мужчина по имени Кир заталкивает меня в такси и захлопывает дверь.

Машина тут же трогается. Пораженная увиденным, оборачиваюсь назад, наблюдая, как, убедившись в том, что я уехала, он уходит к компании моего отца. И до тех пор, пока их фигуры не превращаются в едва заметные пятна, смотрю на моего папу, целующего по очереди посторонних женщин.

Несколько минут назад я думала, что это самый худший день в моей жизни и моя жизнь окончена. Нет. Тогда это были лишь предвестники конца света. А настоящий Армагеддон только что взорвал мой привычный и знакомый мир. Сегодня я окончательно распрощалась с детством.

Глава 7

Кирилл

– Поехали? – расплылся в улыбке Алик, словно мартовский кот, которого вылизывали со двух сторон девочки.

– Я на работе. Давайте без меня, – встал поодаль, оценивая развернувшуюся картину.

Плахотин не настолько пьян, каким пытается казаться. Все подмечает, за всем следит, и ничто не ускользает от его взгляда. Та еще прожженная мразь. Вот только как не углядел дочку свою? Все знают, в каких железных рукавицах он воспитывает ее. И как его принцесса оказалась посреди рассадника разврата, оставалось загадкой. Да и ее лицо говорило красноречивее любых слов, стоило ей заметить папашу, что тот не в курсе ее пребывания на одной с ним территории.. Похоже, мелкая устроила бунт и улизнула от строгого родительского надзора.

А ведь я не сразу узнал ее. Утром в филармонии, куда сумел выделить часок, чтобы поддержать Каринку на конкурсе, стоило взглянуть в её личико детское, испуганное, как тут же пришло узнавание, кто такая. Да и Алика видел в зале во время выступления конкурсантов. Тогда она мне показалась совсем ребенком. Девчонкой наивной. И зная, как дрессировал ее Плаха, понимал, не было у нее возможности повзрослеть. А заглянув в чистые, огромные как блюдца синие глаза, обалдел, встретившись с такой непорочностью, что мгновенно захотелось защитить её и сохранить эту чистоту, чтобы осталась непорочной как можно дольше.

И нужно ли говорить, как я охуел, когда понял, что вот эта девчонка в платье с полупрозрачным верхом и так зазывно смотрящая на меня – та самая Пуговка, которую я встретил несколькими часами ранее, задыхающуюся от панической атаки. Как она здесь оказалась? Да и еще в то время, как ее папаша в паре сотен метров от нее расслаблялся в компании эскортниц.

Увидел восторг в ее глазах и какое-то странное обожание, и в голове вмиг включились все аварийные сигналы, кричащие о том, что нужно обрубить это на корню. Не знаю, зачем она находилась в клубе и что именно искала, но, поймав ее намерение раздеться передом мной, должен был предотвратить возможную катастрофу. Она ж девчонка еще совсем. Глупая, наивная, дочь нашего прямого конкурента. И мне такой гимор нахер не сдался. Хочет приключений, пусть ищет их без моего участия и без моего ведома. Да и папаша ее не должен увидеть.

Показал ей, какими ублюдками могут быть мужики. Малышка явно не привыкла к такому общению. До слез ее довел, и в груди чувство такое гадское поселилось, словно Каринку мою заставил плакать, но в то же время был бы рад, если кто-то вовремя остановил ее от подобных глупостей, как я остановил Плахотинскую малолетку. Стоило представить, что моя мелкая егоза так же смотрит на какого-то взрослого мудака, как эта Пуговка на меня, и сразу кровь закипала в венах. Убью любого, кто только посмеет ее хоть пальцем тронуть. Поэтому, отправив домой Пуговку, ощутил облегчение, но лишь на время. Поганое чувство поселилось после этого короткого общения. Но я тут же погасил его в себе, сосредоточившись на работе.

– Да ладно тебе. Босс уже отдыхает, тебе самое время расслабиться, – тянул лыбу Плаха, явно не просто так приглашая меня присоединиться.

– Не положено, – прямо смотрю ему в глаза и жду, когда он уже сядет в машину.

– Смотри, жалеть будешь, – хохотнул Алик и сел в дожидающийся его седан.

Остальные участники переговоров погрузились в соседние автомобили вместе с девочками. Первым тронулся автомобиль охраны, и спустя пятнадцать секунд за ним последовал остальной кортеж, состоящий из четырех машин, с еще одним составом охраны в хвосте.

Дождавшись, когда за поворотом исчезнут стоп-огни замыкающей кортеж тачки, развернулся обратно к клубу. У черного входа находились мои люди, подстраховывающие на недружелюбной для нас территории. Трое парней со мной и еще пятеро с Адамом в отеле. Никогда не знаешь, чем обернется с первого взгляда мирная встреча, и нужно быть готовым ко всему.

– Все чисто, – отчитывается Дэн. – Записей нет.

Киваю и поднимаюсь в випку, где проходила неофициальная часть. Лёха еще не запускает уборщицу и официантку в кабинку, чтобы те навели порядок.

Прохожу в помещение, пропахшее сигарами, алкоголем, потом вперемешку с дорогим мужским парфюмом и сладкими духами девиц и похотью. Вместе с Семеном и Михой проверяем все поверхности по кругу на наличие припрятанных записывающих устройств, заглядываем во все щели, чтобы не допустить промаха. Мы проделывали все то же самое до того, как сюда поднялись Адам и компания Плахотина. И никому из них ничто не мешало установить запись во время попойки.

Пустые бутылки, объедки, остатки белого порошка на зеркальной поверхности стола и использованные презервативы в мусоре. Кто-то успел присунуть, не нуждаясь в уединении. Убедившись, что не осталось никаких следов пребывания Панкратова, даю уборщице добро на уборку помещения.

Вернувшись в отель, еще раз проверяем все входы и выходы, и, назначив дежурных, ухожу к себе в номер.

Не успев перешагнуть порог, слышу вибрацию во внутреннем кармане. Достаю смартфон, одновременно скидывая пиджак на тумбу и расстегивая верхние пуговицы рубашки. Нажимаю на зеленый значок видеосвязи и тут же вижу пышную грудь в черном кружевном лифчике.