Юлия Герина – Wild Cranberry (страница 69)

— Хорошо, что Олег ушел… — чуть тише добавил Петр Иванович, явно не в силах даже моргнуть.

Танцовщицы, не останавливаясь на танцполе, двигались прямо к нам, на ходу сметая мои надежды на вменяемость не только Ветрова, но и всех остальных. Но уже через пару минут я поняла, что набирающий обороты ритм, быстрые, резкие движения руками и бедрами, не отпускали и мой взгляд. Их энергетика завораживала, а безумный драйв не давал расслабится ни на секунду. Моё сердце застучало в такт барабанам, разгоняя кровь. Девушки приближались. Вперемешку мелькали голые тела и яркие перья. Всеобщее нервное возбуждение нарастало, передаваясь и мне. Мужики рядом со мной елозили на стульях, вращая головами в разные стороны, стараясь не упустить ни одной детали шоу. Вместе с темпом музыки возрастало и сумасшедшее напряжение вокруг. Вибрация от громкого звука отдавалась в каждой клеточке моего тела, заставляя кровь горячей лавой пульсировать в венах.

С усилием оторвавшись от танцовщиц, перевела взгляд на Ветрова. Оказывается, он тоже напряженно смотрел. Но не на них. Он не сводил с меня горящего, немигающего взгляда. Музыка приблизилась, заглушив все звуки. Вокруг нас взлетали разноцветные перья, голые тела двигались в бешеном ритме самбы уже рядом с нами. Мы же смотрели друг на друга, не в силах разлепить взгляды. В его глазах не было и намека на улыбку, лишь пламя, готовое сжечь меня дотла. Мой пульс продолжал биться в сумасшедшем ритме самбы, а сердце готово было вырваться из груди.

Вот к Ветрову приблизилась, вызывающе виляя бедрами, темнокожая бразильянка. Ее откровенные движения провоцировали и звали присоединиться к ней. Девушка подошла практически вплотную, выставив напоказ свои трясущиеся в каком-то диком ритме прелести. Перья ее костюма задели лицо Ветрова, и он перевел на нее взгляд. Я больше не могла на это смотреть. Ревность черной змеей сжалась вокруг сердца и вонзила в него свои острые зубы. Яд моментально попал в кровь и разнесся по всему организму, вызывая головокружение и тошноту. Черт! Я не могла смотреть на них, все во мне звенело от боли, но в то же время не могла отвести взгляд… Она то терлась об него, прижимаясь грудью, то развернувшись дёргала задницей в сантиметре от его паха. Я же просто сходила с ума от ревности. Через несколько бесконечных секунд, снова встретилась глазами с Владом. Теперь пламя в его взгляде было в сто раз сильнее. Оно прожигало насквозь, вызывая ответную реакцию моего организма. Мое тело впитывало его огонь. И я загорелась. По венам пронеслась волна жара и возбуждения. Нет!

Резко отвернувшись, наткнулась глазами на рюмку Зверева, стоящую в сантиметре от моей тарелки, и, не задумываясь ни на секунду, опрокинула ее в себя.

Музыка звучала все громче, перья мельтешили перед лицом, а мужики в состоянии полного восторга не могли оторваться от творящейся вокруг них вакханалии, пожирая глазами извивающиеся тела с упругими трясущимися задницами.

Залпом допила сок в своем бокале и тут же наполнила его хорошей порцией коньяка. И как это ни странно, но мои действия не остались незамеченными, и Зверев, наполнив свою рюмку, перекрикивая музыку, провозгласил тост.

— За Ветрова! Огонь мужик!

За мерзавца пить не собиралась и, проговорив про себя: «Чтоб у него отсох», заглотила чуть ли не половину бокала одним махом. Алкоголь обжёг, добавив в кровь огня, и я, задохнувшись, замерла. На Ветрова намеренно не смотрела, так как не хотела видеть творящийся вокруг него шабаш с участием бразильских ведьм.

Через несколько минут Круглов, перед лицом которого как сумасшедшая дергалась темная задница с практически невидимой веревочкой посередине, снова наполнил рюмки, умудряясь при этом не сводить с нее похотливого взгляда.

— Чтоб стоял!

В этот раз к нам присоединился Травкин, который чокался, не отрывая глаз от груди девицы, танцующей напротив него. Коршунов тоже был здесь и сидел, также не сводя жадного взгляда с блестящих от пота тел.

Поняла, что нужно уходить. Пьяные, злые слезы подступили к глазам. Только этого мне не хватало! Попыталась встать, что было не так просто сделать, когда вокруг тебя беспрерывно двигались тела, не давая даже отодвинуть стул.

— Вы куда? — Зверев схватил меня за руку, когда я с трудом смогла встать.

— В туалет!

— Нашли время. Лучше давайте еще по одной. — Он наполнил мой пустой бокал.

— За женщин! — выкрикнул Круглов, чокаясь с нами.

— За женщин! — вторил ему Травкин.

— За них, родимых! — присоединился Коршунов.

Выпили, и я начала решительно протискиваться мимо толкавших меня темнокожих обнаженных тел. Оперение одной из девиц зацепились за тонкий ремень на моих брюках. Со злостью резко дернула за них и отлетела в сторону с зажатыми в кулаке алыми перьями. Даже не посмотрев, осталось ли что-то на их хозяйке, на нетвердых ногах пошла в туалет.

Здесь было заметно тише, но все равно музыка была вполне различимо слышна, и я никак не могла отделаться от мерзких картинок перед глазами. Танцовщица рядом с Владом. Как он смотрел на нее, призывно виляющую бедрами, как ее грудь, прикрытая лишь двумя цветочками на сосках, прижималась к его груди. Черт! Ревность и злость, подогреваемые коньячными парами, взяли верх над всеми остальными чувствами.

Опустила глаза на перья, зажатые в руке, и в моем пьяном мозгу тут же родилась совершенно безумная идея отмщения.

Зашла в кабинку и, опустив крышку, уселась на унитаз, предварительно расстегнув брюки и спустив их до колен вместе с бельем. Выбрав перо попышнее, аккуратно уложила его в внизу живота, накрыв им самое интимное. Прозвучал характерный щелчок, и фотография была сделана..

На получившемся фото — прикрытый тенью от диспенсера для туалетной бумаги чуть впалый живот от пупка до самой главной части женского тела. На нее не падала тень, и она была скрыта лишь алым пером, не позволяющим разглядеть ничего лишнего. Да-а, эротичненько получилось. Хмыкнула, затем оделась и снова опустившись на унитаз, вошла в режим обработки. Чуть обрезала края, чтобы ничего кроме моего тела не было в кадре, затем сделала фото черно-белым, оставляя цветным лишь алый всполох пера.

Не могла оторвать глаз от получившегося результата. Казалось, что стоит лишь слегка дунуть на перо и тебе откроется самое сокровенное. Возможно, завтра утром я не увижу в этой фотке ничего особенного, но сейчас она казалась мне потрясающей. Посмотрела на время. Было еще полтора часа до закрытия чата. Желание отправить фотку на конкурс назло Ветрову становилось непреодолимым. Открыв Stranger, просмотрела новые работы, появившиеся в нем. Ничего особенного, все это уже было и не раз. А вот моя фотка… Черт. Было очень трудно контролировать нетрезвые извилины, и спустя три минуты пьяной медитации, так и не сумев побороть искушение, я нажала на кнопку «загрузить».

В тишине туалета громко хлопнула дверь, и я вздрогнув пришла в себя.

— Нет, ты это видела? — возмущалась какая-то девица. — Она просто повисла на нем!

— Согласна. Ведь договаривались, что он сам сделает выбор! Мало того, что эти голые черные бабы чуть не уволокли его за собой, так и Дашка туда же! Вцепилась, клещами не отодрать!

До меня начинало доходить, что речь шла о Ветрове. Поняла, что латиноамериканской музыки уже не слышно. Блин, кажется я слегка увлеклась. Пора было и мне уходить из этого вертепа.

Стоя в кабинке туалета и слушая глупую болтовню любимок за дверью, приняла окончательное решение как можно быстрее уйти из «Каприза». Плюнув на конспирацию, открыла дверь кабинки, и не обращая внимания на удивленные взгляды девиц вышла из туалета.

Около нашего стола меня встретило пьяное улюлюканье. Ветрова не было. Покрутив головой, заметила его на танцполе в Дашкиных объятьях. Скотина!

— Екатерина Михайловна, вы куда пропали? Давайте-ка быстренько присоединяйтесь к нам и догоняйте.

Зверев наполнил мой бокал, чуть не опрокинув его бутылкой, которую еле удерживал в пальцах. Пить я больше не планировала, но, бросив еще один взгляд в сторону танцпола, изменила свои разумные намерения и спустя двадцать минут нетвердо стояла на ногах в объятьях Травкина на танцполе.

— Екатерина, я давно за вами наблюдаю.

— Д-да? И-и зачем?

— Сначала з-зацепил ваш цвет волос, а пото-ом… — он склонился ко мне, — а пото-ом я решил, что хочу ближе познакомиться со столь очар… очраватной девушкой. — Ему уже с трудом давались длинные слова.

— Вот мы и знакомы.

— Хм, не совсем, — пошловато хмыкнул Травкин. — Мне хочется узнать тебя гораздо ближе.

Почувствовала, как руки нового знакомого спустились ниже моей талии, притискивая меня к его чреслам. В моем затуманенном алкоголем мозгу начала мигать красная лампочка. Но не успела она размигаться в полную силу, как Травкин оказался сметен яростью и кулаком взбешенного Влада.

— Ветров?! — Я оторопело смотрела то на него, то на валяющегося у меня под ногами парня.

— Иди-ка сюда!

Он бесцеремонно схватил меня за руку и потащил за собой. Заплетающиеся ноги не могли выдержать такой скорости, и, споткнувшись, я уже была готова рухнуть на пол, когда меня подхватили сильные руки Влада.

— Черт, Кэт! Ты когда успела так набраться?

Хотелось крикнуть: «Пока ты тискал других черных и белых баб, мерзавец!», но благоразумно выдала: