Юлия Герина – Wild Cranberry (страница 11)

— Да? Крюкова подробно в чате все рассказала, и, по ее версии, он орал на вас как сумасшедший.

— В каком чате? — Я непонимающе посмотрела на них. — Вы о чем?

— Как о чем? — удивилась Инга. — О чате корпоративном — Stranger. У вас что, на компе он не установлен?

— Не знаю…

— Ну вы даёте, Екатерина Михайловна! Дайте-ка я посмотрю.

Инга подошла ко мне, пошевелила мышкой и внимательно посмотрела на разблокированный рабочий стол.

— Да вот же она, смотрите.

Щелкнула по иконке, и передо мной открылась программа, предлагающая зарегистрироваться.

— Вы почему еще не зарегистрировались?

— А что, надо было?

— Еще спрашиваете! Это же сердце и душа нашей компании, как любит повторять Ветров каждый раз, когда Смолин грозится закрыть чат.

— А что в нем обсуждают?

— Да все подряд. Кто-то знакомится, кто-то сплетничает, у кого-то темы по интересам. Например, геймеры постоянно обсуждают игры, фанаты хоккей с футболом.

Хм. Я задумалась.

— Что-то мне не хочется в нем регистрироваться, особенно сейчас.

— Да почему?

— Не хочу читать гадости и сплетни про себя. Только расстраиваться.

— Так вы не расстраивайтесь, а ответьте! Мы тоже вас поддержим. Чат же анонимный, тут главное, правильно направить народную мысль.

— Анонимный?

— Да! И в этом весь прикол!

— Очень интересно, — задумчиво протянула я. — А откуда вы узнали, что именно Крюкова рассказала подробности координации?

— Так ее давно вычислили! Яд Натальи Петровны невозможно перепутать ни с чьим другим, — рассмеялась Вика.

— Ясно, но я пока все же воздержусь.

— Ну смотрите. Если хотите, можете на моем компе почитать, — предложила Инга.

— Возможно, позже. Вечером, когда страсти поутихнут. Спасибо, — согласилась я.

8

Я с такой силой распахнул дверь в свою приемную, что та с грохотом врезалась в стену, несмотря на доводчик и фиксатор. Зараза! Как она могла так унизить меня при всех? «Не мне вам объяснять…» И почему я допустил это? Нет, мое терпение лопнуло! Я дал Смолину несколько дней, чтобы смириться с моим требованием, но теперь все! Уволим ее сегодня же!

Жажда, мучившая меня после вчерашнего бурного вечера целый день, снова напомнила о себе. Схватил холодную бутылку воды из мини-бара, когда на столе отсутствующего Градова зазвонил телефон. От неожиданности бутылка выскользнула у меня из рук. Подняв ее с пола, повернул крышку. Та поддалась не сразу, но со следующим рывком резко слетела, выплеснув на меня воду с пеной и брызгами.

Твою мать! Посмотрел на облитые брюки и рубашку. Что за день? Не прёт с самого утра, начавшегося с жуткого похмелья. Прошел в кабинет и заглянул в шкаф. Рубашки не было, но зато на вешалке висели брюки. Необходимо будет пополнить местный гардероб. Стащил с себя мокрую одежду и уже натягивал штаны, когда дверь в кабинет открылась.

— Что за стриптиз?

Подняв голову, я увидел входящего ко мне Смолина.

— Отвали. — Застегнул пуговицу, а затем ширинку. — Лучше скажи, у тебя рубашка чистая есть?

— Найдется. — Олег поднял телефонную трубку на моем столе. — Елена Сергеевна, будьте так добры, занесите в кабинет Владислава Андреевича чистую рубашку. Так что случилось? — Положив трубку, обратился он ко мне.

— Ничего. У меня все отлично. А вот у компании большие проблемы!

— Вообще-то я про одежду. Но вижу, ты не настроен нормально разговаривать.

— Почему же? Очень даже настроен!

В этот момент вошла Елена Сергеевна Плетнева, новая помощница Смолина. Женщина молодая, но по мне слишком скучная и безупречная. Она вручила Олегу рубашку, отводя глаза в сторону от моего голого торса, и быстро засеменила на выход.

— Где ты ее откопал? Уже полгода как работает, а расслабиться никак не может.

— Все с ней в порядке. Просто в твоем присутствии никто расслабиться не может. Неизвестно, что ты выкинешь в следующий момент.

— Не начинай. Сейчас застегну рубашку, и можем двигать к Коршунову.

— Зачем?

— А то ты не догадываешься? Протеже твою увольнять!

— Влад, прекращай! За каким чёртом ты на нее бросаешься как ненормальный? Если тебе интересно мое мнение, я считаю, что от перепроверки данных ничего не изменится. Вы со Зверевым уже давно работаете спустя рукава.

— Мы? Я попрошу тебя не обобщать! К Звереву претензии есть и у меня самого. Достал уже свой радикулит лечить! На работе его вообще не вижу.

— Ну так раз не видишь, почему на себя контроль не возьмёшь?

— У меня все под контролем!

— Хм-м, мы увидели это сегодня! — поддел меня Смолин.

— Ты лучше скажи, за каким хреном ты меня не остановил? Ты что не мог оттащить ее от экрана?

— Оттащить? Интересно, каким образом? — Этот дятел заржал. — И потом, ты даже не представляешь, как интересно было наблюдать за вечно расслабленным и довольным Владиславом Андреевичем в гневе. Давненько я тебя таким не видел. Крюкова права.

— Лучше не напоминай про нее. Представляю, что сейчас в чате творится.

— Короче, Екатерину мы увольнять не будем. Хоть кто-то за дело взялся. Да и вообще, давно пора тебя растрясти. А то ты совсем одурел от баб и кабаков.

— Я сказал уволить!

— А я сказал нет! — Смолин сложил руки на груди, скалясь. — Может быть, третью сторону привлечем? Коха? Почему-то уверен, что он поддержит меня. А если ещё эти отчёты Кальтенбруннеру отправить, так вообще туши свет. Как бы нам с тобой вместо Соболь не огрести.

— Не успокоюсь, пока она не уйдет из компании!

Я не мог от злости застегнуть пуговицы на манжетах рубашки.

— Она не уйдет, пока для этого не будет веских причин!

— Значит, прямая конфронтация?

— Что ты имеешь в виду?

Я задумался буквально на секунду.

— Спорим, через месяц Соболь уволится сама.

— Ветров! Ты повторяешься! — Глаза Смолина зажглись азартным блеском. — Учти, в этот раз я не проиграю. И даже готов дать тебе фору. Давай два месяца! А то боюсь, ты совсем не в форме сейчас.

— А ты не бойся! Мне месяца за глаза хватит.

— Хорошо. Но если она не уволится, ты, во-первых, больше не будешь поднимать эту тему, а во-вторых, будешь крестным у Евы.

— Смолин, опять двадцать пять! Так не пойдет! Я уже говорил, что к отцовству совершенно не готов!

— Напоминаю для особо тупых. Отец Евы я. Тут я уверен на сто процентов, раз в жизни обошлось без тебя.