Юлия Гайнанова – Бутылка. Книга для тех, кто любит выпить (страница 3)

И если алкоголизм – это болезнь, то почему мы никогда не относимся к таким людям как к больным? Почему полагаем, что они должны контролировать свои порывы, и стыдим их за проделки? Мне понравилась фраза «когда в следующий раз у тебя будет понос, попробуй проконтролировать его». Мы не пытаемся контролировать месячные или насморк, но осуждаем человека, который перебирает с выпивкой. Хотя, на самом деле, уже после первых глотков ты понемногу теряешь контроль. Иллюзия контроля – от нее мне труднее всего будет избавиться.

За всю жизнь я знала только одну девочку, которая никогда не пила, – одну за двадцать пять лет жизни, столько мне было, когда мы познакомились, – и даже не скажу, что она была мне противна. Но тесной дружбы не случилось.

Объединение по признаку – чудесная вещь. Когда я узнаю, что симпатичный мне человек еще и выпить любит, мое сердце навеки с ним. Нет бы задуматься, почему он пьет. Но куда там, когда я только сейчас начинаю шевелить мозгами по поводу того, почему пью сама.

В этот день рождения я впервые ныряю в прорубь. Вечером разглядываю себя в зеркало после банных процедур. Я довольна тем, что вижу, особенно бледной кожей. Всю жизнь я страдаю себорейным дерматитом и покрываюсь белыми корками и красными пятнами. Сначала они были только на голове, но прогрессировали вместе с эволюцией выпитых порций. В конце концов они завоевали брови и завершили триумф на крыльях носа. Я уже не могла внушать себе, что очень даже ничего, или замазывать белые отслаивающиеся хлопья кожи. Но они остались в прошлом вместе с алкоголем. Сейчас на меня смотрело чистое лицо.

В детстве я вела себя как клоун, и мне прочили будущее комедийной актрисы. Но комедии я разыгрываю только перед мужем и детьми. Ему я пересказываю скетчи о голых попах и болячках, а им – о хромом полицейском, который придет, если они снова испачкают диван в варенье.

Чем хорош чужой смех – он прикрывает пустоты и раны, но его не сравнить с бутылкой вина, которой я наслаждалась по вечерам. Теперь, когда ритуал нарушен, я жую шоколад и вспоминаю детские проделки.

Один раз я принесла в школу кота. Он отвлек внимание от моего грязного платья. Я не знала, когда мама придет в себя, а стирать сама еще не научилась. Каждый раз, когда я вставала и делала колесо посереди урока, корчила рожи или «пукала» руками, я смотрела в эти растянутые рты и думала: «Ух ты! Они даже не подозревают, как мне невесело». Позже я стала звездой школьных тусовок, а дешевое пиво только раззадоривало внутреннего комедианта. Но у меня не было подруг. Мне хотелось настоящей близости, что означало: надо признаться. Этого я допустить не могла.

Уже сейчас, взрослая, я стою у открытого холодильника и вспоминаю, не припрятала ли где-то вино. Муж никогда не имел привычки пить регулярно или держать дома упаковку пива или водку, так что на него в этом вопросе не стоило полагаться. Достаю еще одну пачку шоколада, закрываю холодильник и звоню Юле.

Вот кто клюет на Ячменное Зерно: слабые, неудачники, изверившиеся в себе и потерявшие силы. С Ячменным Зерном им сразу становится легко. Но он вечный обманщик. Он придает ложную силу и ложное воодушевление, он приукрашивает то, что на самом деле выглядит очень и очень скверно… Он привлекает не только слабых и изверившихся, но и пышущих здоровьем богатырей, и неистребимых жизнелюбов, и тех, кому ненавистно безделье. Он может подхватить под руку любого человека, как бы тот себя ни чувствовал. Он может опутать своими сетями каждого, лишив его воли к сопротивлению. Он дает людям новый светоч вместо старого и фейерверк иллюзий вместо скучной действительности, но в конце концов грубо обманывает всех, кто заключил с ним сделку.

Трезвость – это когда тебя, как котенка, суют мордой в дерьмо, которое ты наложил посреди комнаты. Ты и так знал, что сделал кучу (она все же пованивала, но как-то ненавязчиво), а тут сразу мордой. Это как играть в прятки и закрывать глаза, стоя посередине комнаты: раз я никого не вижу, то и меня не видно.

Интересно, придется ли возвращать долги за все те минуты фальшивого счастья и радости, которые приносит нам алкоголь? Получается довольно страшная картина. Человек, который бросил, вынужден заново переживать все те неприятные и неприглядные моменты, которые когда-то замазал широкой кистью из виноградной лозы. Да, частично мы расплачиваемся похмельем, но продолжаем ли мы платить и тогда, когда не пьем?

Что я могу сказать сегодня: в трезвости проблемы выстраиваются перед тобой, словно солдатики на плацу, а ты – подстава – уже не можешь сбежать от них на дно бутылки. Они не опосредованно атакуют тебя, прикрываясь щитами похмелья и стыда, а бьют прямо в грудь, и ты больше не можешь их игнорировать.

Уже прошло два месяца, и мне потихоньку начинают открываться тайны алкогольной магии. Я хочу выпить, прежде всего потому, что устала, а алкоголь дарит энергию. Типичный пятничный вечер матери-одиночки: дети поехали к папе, и ты, наконец-то, можешь расслабиться за каким-нибудь приятным занятием. Что ты хочешь? Ты хочешь спать, потому что каждый день встаешь в шесть утра. Но нельзя же терять время даром! Поэтому ты идешь в гости, или зовешь гостей, или идешь с подругами в бар, и в любом из вариантов тебе надо выпить. Ты уже не так свежа, как в двадцать, кости сами во что-то приличное не собираются, а у тебя нет сил поднять даже кисточку для макияжа. Но ты сгребаешь волю в кулак и поднимаешь бокальчик вина. И вот ты уже не только изображаешь Крыгину, но и шатаешь бедрами в такт музыке и даже можешь пошутить к месту. Если так делать долго, то есть не давать себе высыпаться, получая вместо отдыха порцию алкоголя, случаются разные неприятные вещи. Сейчас я будто вылезла из стиральной машинки, в которой меня мотало на цикле «доползти до выходных / оторваться / прийти в себя». Я впервые подумала, что можно просто не копить напряжение, а не ждать выходных ради разудалого снятия стресса. Но в эту мысль мне пока верится так же слабо, как и в то, что можно жить без выпивки.

Если в какой-то момент жизни слишком сильно сжаться, подгоняя себя под рамки, то рано или поздно пружина разожмется. И в этом полете я встретилась с алкоголем.

У меня появились приступы депрессии. Вместо отдыха и сна, которые были мне так нужны все это время, организм получал яд. Чтобы вывести его, печень и сердце старались как могли. А поскольку алкоголь дает энергию, организм не получал даже сна, ведь спать мне не хотелось.

Депрессивные состояния, как оказалось через год, были спровоцированы не только ментальной неразберихой, но и гипотиреозом. Моя щитовидная железа не вырабатывает каких-то важных гормонов, что само по себе может провоцировать быструю утомляемость, слабость и уныние, не зависящее от жизненных обстоятельств или способности натянуть улыбку, когда что-то пошло не так. Кстати, чтобы сдать анализ на гормоны, нужно не пить и не курить три дня. Возможно, поэтому «прекрасная» часть человечества откладывает его до лучших времен. В моем случае – до трезвых дней, когда забота о себе начинает перевешивать аргумент «а не повеселиться ли мне как следует».

Я снова думаю, каково это: просто не растягивать резину? Вовремя давать себе отдых. Заниматься одним делом за раз. Слушать тело, а не ругать за излишества. Пить и есть, когда хочется, а не по расписанию. Просто отказаться от алкоголя было явно недостаточно. С другой стороны, тривиальная мысль про отдых никогда бы не пришла в мою хмельную голову. Ведь я думала, что уже отдыхаю. Потакать своим страстям и слушать интуицию и тело, оказывается, не одно и то же.

Вредные привычки – это бунт против обыденности. Но что если просто изменить саму обыденность? Вот где будет настоящий бунт! Только осуществить его гораздо сложнее, чем открыть банку пива.

Я всегда считаю гудки, чтобы дать человеку возможность взять трубку и одновременно не быть слишком навязчивой. Поэтому меня приводит в замешательство, когда натыкаюсь на песни вместо гудков. Я закусила фалангу указательного пальца под Джо Кокера, но тут послышалось спасительное:

– Але!

– Это я. Мне грустно.

– Почему?

– Хочу выпить.

– Я тоже.

– А ты чего?

– Устала.

– Вот я жесть как устала. Почти пять лет ищу себя, а вместо новой работы или хотя бы задорной подработки у меня шиш с маслом. Подруга еще уволиться не успела, как заработала за раз столько, сколько я за полгода получаю, – я говорила и не понимала, откуда это все полезло.

– Пожалей себя. Я знаю, что хочется поругать, но ты пожалей.

Вот этого я не ожидала. Как это – пожалеть себя? Развлечение для жалких неудачников! Впрочем, зависть к подруге тоже не для самых гармоничных личностей. Привычка самобичевания есть почти у каждого из нас, любителей выпить лишку. Я даже не думала об этом, пока мы с Юлей не стали обсуждать желание ментально себя отхлестать. Мы вспоминали всех знакомых, кто тоже неравнодушен к алкоголю, и каждый из них любил себя гнобить, причем необоснованно. В современном обществе ругать себя, как, впрочем, и выпивать, кажется чем-то вроде хорошего тона или оригинальной причины получить комплимент:

– Я жирная свинья!

– Нет, ты что, ты очень стройная.

– Я опозорилась на презентации!