Юлия Гауф – Измена. Простить или отомстить (страница 72)

— Безумно, — выдохнула. И вздрогнула, когда я пальцами спустился по ее животу ниже, толкнулся между ног.

— Мне на работу пора, — к черту работу.

Мысль бьётся, сосредоточиться не даёт. Целую ее грудь, ниже, где сердце, губами ловлю его стук, наслаждаюсь.

— Мне тоже надо… — она всхлипнула, вцепилась в мои волосы и потянула, туда.

Ниже. По животу. К разведённым подрагивающим ногам.

— Гулять с собакой…

Такие у нее планы.

Хмыкнул и придвинулся, по постели спустился, к ее ногам. Сам закинул их себе на плечи.

И прижался языком. К самому сокровенному.

— Макс…

Она выгибается и трясется, вот так, сходу, мне приятно, когда ей приятно — я стараюсь, еще нежнее, еще глубже, я хочу слушать эту истерику, как она кричит и плачет, у нее слезы.

— Тебе хорошо? — оторвался.

— Лучше не было, — выдохнула Лиля и бедрами зажала мою голову, — пожалуйста… ещё…

Подчинился.

Я и сам могу кончить от этого — просто от поцелуев, я с ума схожу, ее плоть горячая, нежная, я языком ввинчиваюсь.

И балдею, когда Лиля дрожит и стонет.

Еще раз.

Она затряслась, заметалась, за шею прижал ее к постели.

И смотрю, смотрю в ее лицо.

Не могу налюбоваться.

Как же она красива.

Отодвинулся и упал в подушки рядом с ней. Улыбнулся, когда она нащупала мою ладонь, наши пальцы сплела.

— Такого никогда не было, — шепнула.

— И с Давидом не было? — усмехнулся.

Нафига я спросил.

Меня жрет идиотская ревность.

— С Давидом — нет, — ответила Лиля то, что я хотел услышать. Поднялась на локте, осторожно положила ладонь на мою вздымающуюся грудь. — Секс это же не только… движения. Это чувства. Таких чувств я еще не испытывала.

— Любишь меня? — хмыкнул.

И замер.

Я хочу услышать положительный ответ.

Мне это важно.

Ведь я эту женщину несколько лет люблю. Не представлял рядом с собой другую, мечтал, надеялся…

Вселенная сжалилась, навстречу пошла — я получил Лилю.

Но чувства слепят. Боюсь оказаться обычным влюбленным дураком.

— Люблю? — переспросила Лиля и поднялась. Ногу перекинула через мои ноги, сместилась к моим бедрам. Уставилась на эрекцию.

Я в полной боевой готовности, жду ее.

— Я не знаю, что такое любовь, — шепнула она. Подняла голову, встретила мой взгляд. — Раньше была уверена, что мужа люблю. Но с тобой…

— Иначе?

— По-другому.

— Не любишь?

— Думаю, что и не любила раньше. Меня… трясет, — она подняла мою руку, положила на свою грудь.

Под ладонью ее сердце тревожно бьется.

— Страшно, что я столько лет ошибалась, любовь для меня была — привычка, удобство, восхищение Давидом, которое мне внушали все подряд. Он же такой молодец. Самый крутой пластический хирург в городе. Обаятельный, обходительный…

— Хватит, — пресек хвалу другому мужику. Хотел отодвинуться, но Лиля руки положила мне на бедра и сжала, удерживая.

— Я давно уже не думаю о нем, — сказала, глядя в глаза. — Макс. Я с тобой заново себя открываю.

Так любит или нет?

Она не сказала.

Она наклонилась.

Пальцами обхватила плоть, сжала. Губами коснулась, языком.

К черту…

Вздохнул и откинулся на подушки.

Пусть делает.

Блин, как приятно.

Это лучшее утро в моей жизни.

Запустил пальцы в ее волосы, головой ее управляю, направляю…

Лиля послушная, старательная, вздрагивает от глубоких толчков, но не отстраняется.

Моя девочка.

Мир к ногам положу.

Если любит.

Она приняла все до капли, всю мою страсть впитала.

Подползла ближе, глаза огромные и блестящие, влажные губы приоткрыты, тянется ко мне.

Любит.

Пусть и не говорит.

Нельзя так смотреть, если чувств нет.

Впился. На себя ее уложил, облапал голое тело.