Юлия Фирсанова – Тиэль: изгнанная и невыносимая (страница 48)
– Хм, вот и пришла пора стражнику с покровителем пообщаться, ловко ты его подвела, – тихо шепнул на ушко Тиэль призрак. – Снова твой дар работает, а, Длань Богов?
– Возможно. Примт вообще город Илта. В основании –
Эльфийка покосилась украдкой на Миграва, на губах ее мелькнула понимающая улыбка и тут же исчезла при беглом взгляде, брошенном на особняк. Откинул все теологические размышления и разом подобравшийся стражник.
Глава 25
О юной мастерице замолвите слово
Даже издалека была видна широко распахнутая дверь и слышались доносящиеся изнутри крики. Птицей взлетел оборотень на крыльцо и ринулся внутрь. Тиэль последовала за стражем.
– Вот видишь, ловушка сработала, ты быстро прибежала, как только я нить задел. Так что не надо еще тут дополнительных сторожевых нитей и сетей падающих вешать. Они точно лишние!
Перед Мигравом и Тиэль, качественно приклеенный к полу в коридоре, лежал большой сверток и оживленно общался с незримой собеседницей.
– Вы что творите? – рыкнул удивленный призрак, материализуясь над связанным, как хорошая колбаса, юным бароном.
– Проверяли охранные нити в главном коридоре, – подергиваясь, как гусеница, которую волокут на обед деловитые муравьи, бодро растолковал феномен забав с коконом барон. – Я говорю Теноби, что еще одну ловушку из падающей сети тут лучше не ставить, а то сложно пройти будет и случайно рукой не зацепить. Будет тогда гость вот так, как я, валяться до тех пор, пока его не вызволят. А Теноби собирается по-другому сеть перевязать, чтобы ее ненароком нельзя задеть было. И насчет тревожных нитей мы спорили, тьфу, – на последнем слове Кинтер попытался выплюнуть так и норовящую попасть в рот паутину, но тщетно.
– Это и есть тот торопливый юноша, который не соизволил меня дождаться? – с усмешкой поинтересовался Миграв.
– Он самый, – сдала горе-помощника Тиэль.
– Тогда я отомщен, – удовлетворенно объявил оборотень.
– Теноби, развяжи его, пока не задохнулся, – попросила эльфийка, и маленькая помощница кинулась выполнять просьбу подруги, резко увеличившись в размерах.
С ругательством Миграв отпрыгнул прочь и уставился на шеилд. Вело себя легендарное чудовище относительно безобидно. В атаку не бросалось, жвалами не щелкало, ядом не плевалось и вообще практически не обращало на гостя внимания. Паучиха сосредоточенно выпутывала пленника-испытателя из веревок и нитей, на поверку оказавшихся разнородной по толщине паутиной.
– Правда красотка? – гордо поддел призрак вопросом перепуганного стража.
– Словами не описать, – прочувствованно согласился оборотень.
– А то ж! – загордился Адрис, будто собственноручно выкормил шеилд если не грудью, то из соски точно и ночей не спал, подтыкая одеяльце на кроватке. Будто и не он предлагал пришибить ядовитую пакость, едва та обнаружилась. Теперь-то призрак ни за что не расстался бы с таким полезным в хозяйстве приобретением, не только реализующим его кровожадные идеи, но и творчески перерабатывающим их в рекордные сроки.
– Говорящие пауки, призраки… что еще в особняке припрятано, лейдин? Древние реликвии эльфов и мэллорн в подвале? – покачал головой впечатленный оборотень.
– И чего спрашивать, если уже сам все знаешь? – брякнул Адрис, но для личного душевного спокойствия Миграв принял его слова за удачную шутку и деталей выпытывать не стал.
Сейчас его куда больше волновали эльфы и этот проклятый стрелолист, пророчащий смерть. Смерть кого-либо из посольства точно обещала большие неприятности лично ему, обычному стражу. И ведь, случись что, не притащишь к начальству Тиэль, дабы та подтвердила неизбежность происходящего. Поработав в страже хоть год, быстро отучаешься верить во всякую ерунду и начинаешь искать реальных виновников преступлений. А коль они не находятся, это плохо сказывается на жаловании.
– Ты только по улицам погулять свою питомицу не пускай, – попросил Миграв. – Даже если она красавица и умница, многие при виде эдакой красы неописуемой сначала за оружие хвататься будут, а не вежливо спрашивать о цели прогулки. Не приучены горожане к говорящим паукам таких габаритов. Да и к неговорящим – тоже. Первым делом не о пользе паутины, а детские страшилки о катакомбах вспоминать будут.
– Я поняла, буду осторожна, – раздался в голове Миграва мелодичный голосок, вполне подошедший бы юной оборотнихе с приятным ароматом, но никак не гигантской шеилд. Услышанное заставило стражника уже в который раз за день дернуться от неожиданности и мысленно выругаться. Паучиха, понятное дело, не могла говорить, не имея рта, как у иных разумных. Ее речь была магической.
– Признателен за помощь, лейдин, – решил откланяться оборотень, пока не узнал еще чего-нибудь, способное лишить его остатков нервов и сна. – По завершении дела оплачу ваши услуги по высшему тарифу! Вот только мазь для нагини, боюсь, в расходы включить не смогу.
– Мазь не включай, – разрешила Тиэль, исцелившая Кифсу вовсе не в расчете на оплату золотом. Но и признаваться в безвозмездности своих действий эльфийка тоже не спешила. С этими стражами ухо надо востро держать: раз бесплатно, два бесплатно, а на третий они о деньгах и заикаться перестанут, повадятся ходить в особняк на консультации, как к себе в стражницкую, да еще и столоваться за чужой счет начнут. Злой Тиэль себя не считала, равнодушной – тоже, но полагала необходимым дозировать благодеяния или скрывать их источник, чтобы не лишиться самого драгоценного из сокровищ мира – покоя.
Еще раз пожелав эльфийке милости богов, оборотень удалился. Теноби вежливо помахала тремя лапками вслед почему-то приглянувшемуся ей стражнику. Может быть, пах он правильно, как охотник. Она ведь тоже была охотником, а среди новых друзей у юной шеилд таких пока не нашлось. Или вокруг Миграва витал едва уловимый, знакомый с детства аромат храма Илта?
– Гм, милости богов, лейдин, – нарушил миг тишины Кинтер.
Собрав молодые кости с пола, барон усердно отряхивался. Нет, пыли на полу не было, шарики-пылеглоты не зря катались по особняку. Зато несколько особо тонких паутинок то ли остались незамеченными Теноби, то ли были пропущены нарочно по каким-то шеилдовски-эстетическим причинам. Их-то и пытался тщетно подцепить и отклеить от жакета барон. По числу удачных попыток остаться на месте паутинки лидировали с огромным отрывом, зато сам борец за чистоту уже ухитрился сломать ноготь о пуговицу. В итоге тщетные старания юноши тронули девичье сердце. И Теноби одним изящным движением маленькой лапки в элегантном прыжке сняла паутину с одежды бедняги. К чести Кинтера, тот не стал вздрагивать, лишь сдержанно поблагодарил помощницу и обратился к Тиэль, озвучивая цель визита:
– Мне неловко выступать посредником, но поскольку они оба мои… пока… потому и мне за них…
– Эй, барон, давай по существу, пока в словах не запутался! – велел призрак, привычно призывая парня к порядку.
– Вы были правы в своих подозрениях, – повесил голову Кинтер, больше напоказ, чем действительно испытывая что-то вроде стыда или неловкости. Театрально вздохнул, помотал головой и выдал-таки конкретную фразу: – Витальдир и Шихандир перед отбытием с матушкой обратились ко мне с просьбой о посредничестве. Они желали бы стать постоянными телохранителями лейдин.
– Зачем мне телохранители? – удивилась эльфийка, которая только успела порадоваться, что успешно отделалась от навязанной Нартаром парочки и теперь гадала, куда девать двух оставшихся, приставленных Ксаром.
Теноби ни о чем гадать не стала. Она сразу выдала длинную возмущенную трель. С точки зрения паучихи, предложение барона ущемляло ее таланты в области охраны дорогой подруги. Зачем нужны какие-то неповоротливые двуногие, у которых для защиты есть всего две жалкие конечности? Ведь у Тиэль есть она – маленькая шеилд, чей яд и паутина остановят любого, посмевшего обидеть добрую эльфийку, спасшую ее из тьмы, холода, голода и одиночества катакомб. И, на худой конец, еще и призрак имеется!
– Мм… не знаю. Охранять? – предположил на свою голову с неизменно встопорщенным хохолком юноша и получил еще более возмущенную трель Теноби такой ультразвуковой мощи, что невольно пригнулся и торопливо заверил общество: – Понял! Так ребятам и передам, место уже занято!
Тиэль рассмеялась, потрепала паучиху по встопорщенной шерстке на загривке, уверяя подругу в незаменимости, и покинула дружную компанию, вся в заботах о растущем как на дрожжах мэллорне. Юному дереву сейчас еще больше, чем раньше, и куда больше, нежели дорогая подкормка, требовались особое внимание, тепло и любовь эльфийки.
Окунувшись в заботы об оранжерее, Тиэль снова потеряла счет времени и, если бы не зануда Адрис, подключивший к делу барона и паучиху, донимавших ее стуком в дверь и доставлявших под оную подносы с едой, вообще позабыла бы о пище, как случалось раньше частенько, на пару-тройку суток.