Юлия Фирсанова – Папандокс (страница 15)

Любимая сестра на защиту тоже не поднялась, только перчатки подала, чтобы новых мозолей братец не наработал. Мало ли, какую инфекцию через травмы занести в организм сможет?! Дениска только вздохнул: элементарный трюк, благодаря которому он смог бы потом с чистой совестью пренебрегать вообще любой работой, сетуя на раны и требуя больничный, не прокатил.

Бельташ ничего расспрашивать у людей не спешила, сама на вопросы отвечала четко и коротко. Зато заработала молчаливую признательность Укропа и Петрушки тем, что в фургоне прокатиться не стремилась. Легким пружинящим шагом двигалась дева-скелет вровень с повозкой, а то и вовсе убегала стрелой далеко вперед, при этом перемещалась совершенно бесшумно. Ни одна часть ее доспеха не звякнула. Или доспех, так же как человеческий облик, был лишь иллюзией? Дениска вспомнил старую компьютерную игрушку, в которой при произнесении заклинания на персонажа надевался магический незримый доспех, но приставать с уточнениями ТТХ к Бельташ не стал. Вроде и улыбчивая она с виду, и любезная, а все ж кто ее знает, как отреагирует? Для начала надо хоть немного с собственным нечаянным даром разобраться и на мелких объектах его протестировать. Тут, как ни крути, дядя кругом прав.

Света же сидела в фургоне на соломенном тюфяке и в такт мерному покачиванию повозки крутила палочкой, пытаясь почувствовать «радар», огонь внутри, хоть что-нибудь. Пока не получалось. Ощущение при виде поднятых Дениской скелетов у девушки возникало только одно: неправильности. Не должно такое вылезать из земли и двигаться! Именно этот посыл и рождал естественную реакцию визга. Хотя при взгляде на Бельташ визжать Светлане совсем не хотелось и чувства неправильности не возникало. Наверное, рыцарь смерти являлась скелетом настолько особого рода, что имела право на жизнь или не-жизнь. Хотя, возможно, истина крылась совсем в другом. Бельташ не воняла мертвечиной и была чистой.

Раз, по словам брата и Бельташ, при ее поднятии Дэн поделился со скелетиной какой-то частью огонька – подарка Зебата, надо попробовать уловить его. Полуприкрыв глаза, Света попыталась почувствовать, есть ли что-то общее в ней самой, рыцаре смерти и родном брате. На какой-то миг девушке показалось, что в животе слегка защекоталось, и не только внутри, но и одновременно снаружи. Увы, ощущение почти сразу пропало и, как ни пыталась Света его вернуть, не получалось. Тогда девушка и вовсе легла на тюфяк, зажмурилась и снова постаралась сосредоточиться, твердя под нос:

– Я радар, я радар…

– Пип-пип забыла, – обернувшись, шутливо посоветовал Дениска, получил в затылок метко пущенной подушечкой и предупреждение:

– За следующий остроумный совет кину сапогом.

– Не кинешь, – рассмеялся брат. – У нас нет лишних сапог. Не лишних, впрочем, тоже нет! Только мокасины-мутанты!

Светка фыркнула и решила игнорировать братца. Девушка снова закрыла глаза и мысленно нажала на кнопку включения радара, представляя, как движется по кругу светящаяся полоса, как пикает, черт бы побрал шутника Дениску, при каждом обороте. Кружится, кружится, кружится…

– Ой! – Ощущение было таким острым, что Светка подпрыгнула.

– Приснилось чего, дира? – лениво брякнул Валт, решивший, что девица задремала.

– Нет, мне показалось, в кустах у дороги кто-то большой и мертвый есть, вон там. – Светка махнула рукой на густые заросли. Внешней колючестью и трехпалыми листьями они напоминали малинник. Правда, ягод, пусть и зеленых, на ветках по весенней поре не имелось.

Все разом посмотрели на кусты, невинно шелестящие листьями на ветерке, а потом Бельташ кометой сорвалась с места, на бегу выхватывая меч, подпрыгнула и замерла в сердцевине густой зелени.

– Ну как? – первым не утерпел Дэн.

– Мышь дохлая, – равнодушно проинформировала о первых результатах разведки рыцарь смерти.

– М-да, большой и страшный зверь, скольких напугал на своем веку, – захихикал Дениска, а Света чуть-чуть смутилась. Не то чтобы она панически боялась мышей, скорее испытывала к ним скрытую неприязнь как к переносчику болезней. При трезвом сопоставлении выходило, что восставшие мертвяки ей симпатичны больше живых грызунов.

Меж тем Бельташ вонзила меч в землю на две трети длины, что-то неприятно скрежетнуло, а разведчица четко доложила, неизвестно как проведя идентификацию:

– Костяк лося.

– Вот, понял! Лось, а не мышь! – гордая тем, что оказалась способна определить размер и что вообще добыча немаленькой вышла, Светка показала брату язык.

Выпрыгнув из кустов, рыцарь смерти вновь заняла свое походное место справа от фургона. На спокойном лице девы легла тень задумчивости.

– Бельташ, зачем ты проверять кусты полезла? – не удержался от вопроса непоседливый Дениска.

– Я привыкла к спутникам, без них неудобно. Если бы здесь оказался кто-то из них, попросила бы поднять, – объяснила рыцарь.

– Мы в спутники не годимся? Нужен кто-то особенный? – принялся умирать от любопытства свежеиспеченный жрец.

– Гончие смерти, – чуть удивленная незнанием столь элементарных понятий, пожала плечами скелетина. – Меня обычно сопровождали Алой, Керт и Сарта.

– Они могут выглядеть как обычные собаки? – осторожно справилась Света, припоминая панику в Забытках, вызванную подъемом кладбища, случайно устроенным братом. По первому размышлению, вздумай их компания явиться в город или село в сопровождении рыцаря смерти без маскировки и трех костяков собачек в придачу, если не чистая паника, то опаска и подозрения всем путниками обеспечены. Вряд ли таким постояльцам отыщется место в гостинице, или, как это по-местному, трактире. Почему-то после пары ударов от Зебата Света с удивительной легкостью стала оперировать местными понятиями. И мысль о том, что к этому в прямом и переносном смысле слова приложил руку повелитель смерти, крепла с каждым часом. С братом новоиспеченная жрица своими соображениями не делилась. Он-то с первых минут попадания на Вархет чувствовал себя как рыба в воде. Будто его не в другой мир силком выдернули, а в новую игрушку сыграть на халяву предложили.

– Конечно, – порадовала доброй вестью Бельташ относительно способностей питомцев к мимикрии.

– Уф, проще! Где искать-то твоих собачек надо? – продолжил расспросы Дэн.

– Где они нашли покой, определить сложно. В любом храме Зебата я могу позвать своих спутников, если жрец будет проводником зова, – деловито растолковала собеседница.

– Значит, как окажемся в храме, скажешь, – легкомысленно пообещал парень.

Бельташ просияла вполне человеческой улыбкой и признательно наклонила голову. Дэн чуть-чуть смутился. Дядюшка задумчиво хмыкнул, но возражать не стал. Кто знает, что может понадобиться в пути жрецам Зебата? И лучше это самое «что» иметь, чем жалеть о собственном недосмотре.

Валт поскреб косматый затылок. Собачек-то он любил, но… Впрочем, его никто и не спрашивал. Довезут до Бриса, горло в ближайшей канаве не перережут, огнем не спалят, и на том спасибо. А скелеты, некроманты или люди – какая разница, если отнеслись по-человечески.

Спокойно прошел день пути. Никакие хищные звери и разбойники больше на фургон не нападали. Путников же, верховых и повозок, встретившихся на дороге, можно было пересчитать по пальцам одной руки. До первых урожаев пока было далеко, потому мотаться в дальний город никакой нужды у сельчан не имелось.

На вечерний привал встали еще до сумерек, когда Бельташ подыскала подходящую полянку с родничком ниже по склону. Валт занялся лошадьми, дядя костром, попутно обучая неумех-племянников основам устройства очага в полевых условиях. Розжиг, ясное дело, оставил себе, но пригрозил вскоре непременно показать, как запалить костер огненным камнем.

Бельташ, как и обещала, сноровисто освежевала добычу и выложила собранные в дороге травки, корешки и несколько первых грибов, похожих на зеленые подберезовики. И когда все только успела? Вскоре в котелке побулькивало рагу. Воду равномерными импульсами для ускорения процесса подогревал проголодавшийся Ригет.

Распространяя аппетитный аромат, заставляющий живых членов компании (лошади не в счет) сглатывать слюну, на веточках жарились небольшие кусочки второй тушки, разделанной Бельташ.

Дениска, поедая глазами шашлык, грыз корочку хлеба с такой жадной тоской во взгляде, что будь его взор адресован романтичной деве, та охотно отдала бы столь преданному поклоннику свои сердце, душу и честь в полное владение. Кролик же на провокации не реагировал и жариться быстрее не спешил. Впрочем, куски мяса, натертые травами с солью, были некрупными, и время свидания паренька с ужином неуклонно приближалось.

Но что такое очень вкусный шашлык из зайца на четверых, если один из них громадина с аппетитом под стать росту, а второй – молодой растущий организм? Мясо исчезло, будто корова языком слизала. Пришлось в ожидании рагу закусывать пирогами из трактира, колбасой и сыром.

Но когда котел все-таки сняли с огня, причем снимала Бельташ голыми руками (костями), никакими прихватками не пользуясь, Денис сразу поставил рядышком с рагу свою пустую миску. А потом, довольно урча, обжигаясь и дуя на горячую пищу, громко восхищался кулинарными талантами рыцаря смерти. Светке оставалось только вздохнуть. Готовить на костре девушка не умела вообще. У нее даже шашлыки на углях сгорали или оставались сырыми, тогда как раздолбай Дениска умудрялся с шутками-прибаутками и постоянным отвлечением на кучу посторонних вещей сотворить мясо сочное и одновременно прожаренное. Хотя к готовке в целом таланта не имел, как и сестра. У той вообще с жарением-тушением мясо-рыбных блюд никогда не ладилось. К счастью, дома имелась мультиварка, безошибочно отсчитывающая время, а уж суп или яичницу на плите девушка осилить могла. Во всяком случае, сама ела, и брат лопал, не кривился. Что поделаешь, не каждому дан дар к готовке. Папка их тоже на кухне хорошо лишь погром устраивал. Он, может, и женился лишь для того, чтобы его вкусно кормили, да только прогадал.