Юлия Фирсанова – Джокеры, или Экспозиция: Родиться надо богиней. Месть богини. Буря приключений (страница 10)

Толком так ничего и не понявший Элегор хмыкнул и невзначай спросил:

– Поговаривают, у вас тут в замке все друг с другом переспали.

– Много будешь знать – плохо будешь спать, герцог, а сплетни тоже с умом слушать надо, иначе не только сна лишиться можно, – закрыла тему Элия и откусила кусочек пирожка, давая понять многозначительной паузой, что дальше на эту тему она распространяться не намерена.

– Кстати, что это за драгоценная миакрана, о которой твой братец печется, как о собственной заднице? – грубовато продолжил паренек, изнывая от нетерпения.

– О, это одно из его любимых растений. Очень интересный кустарник из мира Лавареса. Местные жители считают его темным даром демонов. Используют листья, кору и плоды. Достаточно одной маленькой капельки сока, чтобы умереть мгновенно и в страшных мучениях.

Девушка с удовольствием начала во всех подробностях описывать процесс действия яда, с ехидством наблюдая за тем, как с каждым словом парнишка становится все бледнее, обгоняя по этой части скатерть.

Принцесса завершила рассказ словами:

– Между прочим, если яд проникает через кожу, то начинает действовать примерно на третьи сутки – тут все зависит от особенностей организма и дозы. Ядовитым может оказаться даже единственное прикосновение к растению без специальных перчаток.

Мальчишка судорожно сглотнул, рефлекторно вытирая о штаны руку, которой он рвал плод, и, стараясь, чтобы голос звучал как можно безразличнее, спросил:

– А от него есть противоядие?

– Пока не составлено, но Энтиор работает над этим с группой рабов. Возможно, через полгода-год… Если тебя это интересует, я спрошу у него о результатах эксперимента.

«Уже будет поздно», – печально рассудил Элегор.

– Впрочем, тебе не стоит беспокоиться. Заклинание общего исцеления, а именно его я не так давно применила, как ты, конечно, заметил, удаляет из организма все яды, – продолжила принцесса.

«У, стерва!» – с досадливым облегчением подумал мальчишка, а вслух высокомерно заявил:

– Ну ладно, надоело мне уже с тобой болтать. Пока!

Вскочив с дивана, Элегор направился к выходу из беседки.

– Прекрасного дня, герцог. А вы уверены, ваша светлость, что принц Энтиор не поджидает вас в саду? – словно невзначай вежливо уточнила Элия.

Серые глаза Элегора расширились от испуга, и, сжимая зубы, чтобы не дрожал голос, он заявил:

– Ничего, как-нибудь проберусь.

– Похвальное самомнение, – иронично заметила принцесса и добавила: – Мой брат планировал сегодня утром осмотреть часть делянок со своими растениями в садах. Энтиор – замечательный охотник и следопыт. Еще не было случая, чтобы он не подстрелил ту дичь, которую хочет. Он чует биение ее испуганного сердца и запах крови в венах за тысячи шагов.

Элия многозначительно улыбнулась.

– Ну тогда я попробую заклинание телепортации, – независимо заявил парнишка, лихорадочно пытаясь вспомнить, как оно вообще плетется, но на ум приходили только первая фраза и последний жест.

«Драные демоны, от уроков магии может быть какая-то польза. Зря я их прогуливал», – в тихом отчаянии подумал он.

– Пожалейте родителей, герцог. Вашей мамочке придется нанимать детектива, чтобы разыскать останки сынка где-нибудь на окраинах Мэссленда или в Межуровнье, – насмешливо продолжила Элия и уже серьезно закончила: – Хотя, к твоему счастью, в пределах Садов всех миров законы телепортации действуют только для лиц королевской крови.

– Слушай, ты, – нагло брякнул Элегор, – не пытайся меня запугать – не получится, ведьма рыжая! Пока!

Чем больше его светлость был не уверен в себе, тем сильнее он хамил.

– Прощайте, герцог. Как жаль, что вы погибнете в таком юном возрасте, так и не освоив даже правил хорошего тона. Какие цветы к урне с прахом в фамильном склепе? Не изволите ли написать завещание? – продолжала насмешничать Элия, понимая, что ее помощью гордый мальчишка пользоваться не намерен и скорее правда сдохнет, чем попросит подмоги.

– У моего фамильного склепа посадите миакрану, и пусть твой братец Энтиор на ней повесится, да и ты тоже, стерва высокородная! – отрезал парень, тряхнув головой.

– Сожалею. Хоть и нехорошо отказывать в последнем желании смертникам, но вашего я выполнить не могу, ибо планирую здравствовать неограниченно долгое время, – скорбно вздохнула принцесса.

Ее откровенно забавлял их диалог.

– А я тоже буду жить назло и жизнь вам портить! – воскликнул парнишка, сверкнув серыми глазами. – Вы меня все запомните!

– Ну что ж, мальчик, желаю удачи. Прими мой прощальный дар.

Принцесса для виду сделала пару замысловатых жестов руками, и на Элегоре оказалась свежая рубашка с шикарными кружевами (мальчик, несмотря на взъерошенный вид, сразу стал похож на настоящего лорда, каковым и являлся), а брюки очистились от грязи.

Парнишка, паясничая, изобразил церемонный, довольно изящный поклон и, гордо вздернув нос, вышел из беседки, настороженно оглядываясь по сторонам.

Вдоволь позабавившись с Элегором, Элия с легким сердцем отпустила паренька, так как потихоньку через ментальное сканирование местности выяснила, что Энтиор давным-давно пребывает в замке, а на хорошо одетого мальчика особого внимания обращать не будут. Все сочтут, что это чей-нибудь любимчик, выполняющий поручение или просто шляющийся в поисках хозяина. Как забрался в сады, так и выберется отсюда: раз они его впустили, то и выпустят без проблем. Капелька же испуга для пущей осмотрительности юному герцогу не повредит, уж больно он беспечен и непоседлив.

Элегор шел по саду с твердым намерением вернуться сюда когда-нибудь в кожаных промасленных перчатках с защитными заклинаниями для страховки и вырубить к демонам Межуровнья все Энтиоровы миакраны. Также парнишка решил поднажать на магию и этикет, чтобы ехидная рыжая ведьма никогда больше не смеялась над ним и уж тем более не вздумала спасать ему жизнь!

Глава 3

Кто виноват?

Скормив остатки трапезы радостным зверюшкам, наконец дождавшимся своего звездного часа, принцесса взглянула на маленькие часики. Подарок братца Рика подсказал: урок пения давно закончился. Поэтому с чистой (от редкого использования) совестью довольная Элия телепортировалась сразу в зал танцев.

В роскошном пустом и светлом зале, одна стена которого была целиком зеркальной, у большого – от паркетного пола до потолка – окна жалась одинокая фигурка.

– Добрый день, лорд Алии, – весело поздоровалась Элия, и ее звонкий голосок разлетелся по залу.

Подпрыгнув от неожиданности, фигурка развернулась, взметнулись полы широкого камзола. Молодой худощавый мужчина жалобно посмотрел на девушку огромными печально-голубыми глазами брошенного щенка, вот только крутые локоны, обрамляющие тонкое, одухотворенное лицо педагога, более всего походили на бараньи колечки.

Мелодичный тенор грустно констатировал:

– Вы опять прогуляли пение, ваше высочество.

– Но, лорд Алии, вы же знаете, что у меня нет слуха и я терпеть не могу музыку в своем исполнении. Да и вас не хочу мучить. Давайте отложим музицирование до тех пор, пока лорду-дознавателю не понадобится моя помощь в казематах для допроса какого-нибудь злостного преступника. Я знаю, это жестоко, но за преступления перед Лоулендом надо платить!

Учитель скорбно вздохнул, признавая правоту ученицы, и робко спросил:

– Тогда, быть может, ваше высочество расположено к уроку танцев?

– Да. Как обычно, с удовольствием.

Лорд Алии хлопнул в ладоши и громко сказал:

– Вальс высокого лорда Ноута номер шесть ля мажор, пожалуйста.

Огромный зал ожил, выбрав из магической картотеки нужную мелодию, и полилась музыка, записанная на магических кристаллах.

Учитель предложил руку принцессе.

– Прошу, ваше высочество, для начала.

Ведя девушку в танце, лорд Алии чувствовал, как его сердце замирает от счастья. Он безнадежно влюбился в принцессу Элию уже давно – целых две луны назад. С тех пор не проходило ни дня, чтобы учитель не писал в ее честь любовной баллады, элегии или, на худой конец, романса. Под эти произведения пришлось отвести уже второй ящик громадного письменного стола, выбросив прежние творения, посвященные графине Лидэрин, – первый был забит ими до отказа.

Но, правда, пока плоды бессонных ночей поэта были оценены лишь горничной, которая потихоньку, пока хозяина не было дома, вскрыла заветные ящики в поисках пыли. Сердобольная романтичная девушка, спасшая для потомков выброшенные в мусорную корзину стансы в честь графини, всласть порыдала над новыми любовными излияниями вечно страдающего хозяина.

Рассчитывать на взаимность лорд и не смел. Он бы смертельно испугался, предложи ему кто-нибудь поухаживать за Элией. Нет, обожать принцессу Алии намеревался тайно, поклоняясь ее красоте и воспевая в стихах. Так что в отношениях учителя и принцессы почти ничего не изменилось. За малым исключением: если раньше мужчина прощал Элии почти все выходки, то теперь стал прощать абсолютно все. Разумеется, Элия сразу раскусила учителя, считавшего, что он превосходно владеет собой, и начала вовсю пользоваться слабостью, зная, что несчастной жертве ее юного обаяния не придет в голову жаловаться на свою подопечную.

Покончив с танцами, урок коих был скорее развлечением, нежели обязанностью, и попрощавшись с лордом Алии, который проводил ее взглядом расстроенного теленка, Элия отправилась на последний урок – законоведение.