Юлия Фирсанова – Дорожные работы по наследству (страница 69)

Дядюшка отправился к стационарным портальным вратам, где пауки должны были активировать свитый проход между мирами. Там же он собирался забрать купленных оптом заговорщиков-дроу. Хотя какие они заговорщики? Тоже, как и моя троица, жертвы интриг Домов и матрон. Ничего, в хозяйстве пригодятся. Секрет адаптации чернокожих оказался элементарным. Он еще с первой партией был подсказан Архетом. Клятва служения, заверенная артефактом. Она перенастраивала связи, в любом ином случае срабатывающие на дро-су как удавка. Ну а если кто окажется слишком верен продавшему его Дро-сувару, не беда. Качественные зомби дядюшке тоже лишними не будут.

Изгнанников Ивер, как он наскоро объяснил, планировал использовать для заселения свободных территорий в Нейссаре. Тех, где климат был слишком суров для реш-кери, не жалующих разреженную атмосферу и мороз. Но именно в таких краях не просто выживали, а процветали всем погодам назло дивные звери, больше всего напоминающие внешне некрупных яков. Но шерсть у них была пепельно-серая с серебряной искрой, очень густая. Потому дро-су собирались приставить к животноводству, а прочие умения чернокожие изгнанники вольны были проявлять в свободное от основной работы время.

– Хороший выбор, моя княгиня, трое из выживших – мастера-резчики, мастер-укротитель тварей, один повар, два разведчика, лекарь. Все воины, – тоном знатока, отбиравшего быков производителей на ярмарке, прокомментировал мое приобретение Аст. Очевидно, дроу знал все и всех в Дро-суваре, как Чейру была известная каждая собака и блоха на собаке в Киградесе.

– Вы, дроу, все воины, вне зависимости от пола и специализации. И, Аст, если ты хотел вернуться в пещеры, не отпущу, – проронила я.

Бесшумно опустился мужчина у моего кресла и прижался лбом к руке.

– Моя княгиня, я принес клятву. Освободить от нее может лишь смерть. Но даже если ты измыслишь способ отослать меня, разорвав узы, не уйду. Я почувствовал вкус жизни, когда долг, честь и душа находятся в согласии. Отказаться от этой роскоши добровольно не пожелаю.

Да, дро-су не ведут бесед о любви, нежности и трепете сердца. У них по-другому. Воспитание, обычаи, нормы и правила. О слабостях откровенничать нельзя. Это брешь в броне. Но какими бы ни были внешние условия, чувства никто отменить не может.

Я слишком хорошо через Архет и узы клятвы вижу. Потому приняла Аста, у которого должное и желаемое совпало по траектории, и потому так невольно бесит меня Чейр. Из двух вводных: то, что желается, и то, что выгодно, неизменно выбирающий второе. И бесит, что, даже внешне выбирая первое, он ищет свой профит.

Пальцы сами легли на голову дроу и зарылись в мягкие волосы. Аст с некоторых пор перестал прятать в них убийственные предметы, начиная от корней, чтобы не доставлять неудобств княгине. Сместил защитный декор чуть ниже, чтобы я могла насладиться прикосновениями, и он тоже ловил кайф от моих касаний, как большой черно-белый кот.

А я… Мне нужны разве серенады под луной и пылкие признания, как в старину, или дурацкие стикеры и наворованные из сети гифки с сердечками, как практикуют сейчас? На кой, если я чувствую нить связи с Астом? И пусть это, наверное, не любовь, но очень прочные узы.

И вообще, кто может гарантированно сказать, ткнув пальцем, что «вот это, она, любовь истинная, священная, вечная!», а вот это «точно нет, фу, бяка, фальшивка!» Я, и будучи с Мишкой, не могла ручаться наверняка, что то между нами было настоящим. И, наверное, в этих сомнениях тоже есть своя прелесть. Стопроцентная гарантия чувств – глупость. Лишь вечная толика неуверенности отличает чувства живых от механизмов.

С принесением клятвы новой партией дро-су у дядюшки затруднений не возникло. Архет успешно функционировал и на расстоянии. Расстановка по профессиям, данная Астом, тоже пригодится в перспективе.

Стало быть, до следующего Круга можно было относительно спокойно заниматься обязанностями княгини по части канцелярии ведомства «Архет-одобрямс или не одобрямс». Я даже начала немножко надеяться, что успею разгрести основные бумажные завалы.

Глава 48. Охотник Охотников

Касательно «дорожных работ», прикидывая их объем, оттранслированный легендарным артефактом, как обычно, прямым ударом в мозг, я даже не рвалась брать лишнее. Банально надорвусь, и не будет больше у Киградеса живой княгини. Ни хорошей, ни плохой, вообще никакой. Только очередная нарядная мумия в красивом склепе. Настоящего и необходимого в планах хватало. Из-за безалаберности и банального запускания процесса ситуация с дорогами и порталами продолжала, как у нас на Земле любили заявлять политики, «оставаться сложной». Катастрофической, правда, уже не была, и то радость. Но резкое ее выправление по какому-нибудь одному, даже киградесскому фронту, тоже могло обернуться бедой. Я вспоминала тот сложный узор и начинала постигать необходимость осторожной корректировки плетения. Это как с весами, где не одна, две, а больше дюжины чаш, и уравновесить надо все!

Как раз сейчас, в перерыве работы бумажно-механической, я пыталась проанализировать очередной узор Архета и то, что артефакт мне желал сообщить на настоящий момент. Вроде как назревала очередная необходимость регулировки плетения где-то южнее Киградеса. В том смысле, что не дать кому-то стимулирующего пинка, а явиться и поучаствовать в поправке лично.

Интересно, эльфы успеют дорисовать-дошить апгрейд к моему наряду, а то как-то стрёмно на голое тело отправляться. После шоу, устроенного Гравиалой, внезапно хочется больше гарантий личной безопасности. То ли я осторожнее стала, то ли более запуганной, то ли мозги, как иголки у Страшилы, вылезли в голове. А может, и это вернее, я слишком близко поглядела на внезапную кровавую смерть. Смерть по дурости. И копировать такую не желаю.

Додумать не успела, полыхнул чернильно-синей вспышкой шар на подставке рядом ниже «телефонов» прочих княжеств. Теперь до кучи я еще и камень дварфов, и артефакт паучьей пастушки положила, когда Архет подтвердил, что ловушек и мин в подношении не обнаружено.

Эта полка в шкафу-нише была отведена под шары связи с организациями или кланами, называй любым словом, не ошибешься. Одно дело, все друг с другом повязаны, и узы родственные имеются, особенно на верхушке, как вскользь упоминал дядюшка. Шар полыхнул и продолжил ровно светиться, свидетельствуя о запросе беседы, а не экстренном «хватай вокзал, багаж отходит», вызове, предвещающем катастрофу.

Разговора желал тот, кто стоял у руля Клана Охотников. Раньше я на этот густо-синий шар только мельком поглядывала, но контачить со всеми подряд не рвалась. Имидж «дружелюбный сосед» – не мой конек.

Маркировка шариков мне стала доступна, понятное дело, не путем изучения глазками и ручками. Она в комплекте к карте замка Киградес проявилась.

Я перенесла шарик к столу, разместила на поставке, села в кресло и погладила пальцами нужные знаки, подавая сигнал готовности к диалогу.

Изображение проявилось незамедлительно. У стены стоял, положив руку на точно такой же синий шар, мужчина. Беловолосый, в копейку оттенок Чейра, но стриженный коротко, волосы были отпущены едва ли на ладонь. Только глаза у него были зеленущие, как яд, а не оттенка темной-темной вишни, и ногти не серебряные, а темно-лиловые, почти черные. Возраст? А кто ж его знает, не мальчик, не старик, не сопляк, а все остальное – поди угадай. У реш-кери на морде лица возраст не написан. А Архет каждый раз спрашивать, без мозгов остаться можно! Это больно!

– Ригаль-эш, – невозмутимо-вежливый голос и легкий кивок головы достались мне вслед за ритуальной речевкой про закаты и рассветы.

– Охотник Охотников, – спокойно отозвалась я, именуя главного в той богадельне, к которой принадлежал хвостатый. Отозвалась и замолчала. Ты вызывал, тебе, дядя, и болтать.

– Довольна ли ты членом клана, подле тебя пребывающим, и тем, как тени несут службу? – уточнил зеленоглазый.

– Чейр – превосходный охотник, – дипломатичный ответ подобрался легко и даже был правдив на сто процентов. Охотник-то хвостатый элитной квалификации, а что столь же великолепный потаскун, то это не мои проблемы.

– Тогда позволь уточнить, намерена ли ты заключать найм ксета, помимо уже совершенного?

«Я и этот не собиралась, но дяде захотелось», – ответ я благоразумно проглотила. Кажется, никто не любит конкуренции и подозрений в непрофессионализме. А именно этим на охотников повеяло после моего, можно сказать, демарша – найма сторонних бойцов. Или тут, как меня хвостатый пугал, с негодными охотниками-тенями разговор короткий? Вызовут на ковер и вернут после сдирания кожи одну голову в ларчике? Не желаю!

– Необходимости пока не вижу, – честно, чуть торопливее, чем следовало бы, ответила мужчине. – Чейр в лабиринтах отлично выдрессировал теней. Он великолепно справляется со своей работой.

– Ты довольна Чейром, но отвергла узы связи с ним? – эдак небрежно уточнил Охотник Охотников.

«Это чего, хвостатый уже успел папочке нажаловаться, или у них постоянный канал доступа?» – я аж обалдела.

Но ругаться не стала. Хочет правду, получит. Пусть кушает, не обляпается. Только надо в уме держать рассказ про ларчик, и палку не перегибать.

– Его несдержанность в отношении женщин мне претит. Прочная связь, как основа баланса якоря некроманта, шедшая против искреннего желания, мной была сочтена вредной. Чейр – отличный помощник и защитник, именно в этом качестве он одобрен Архетом. Я спокойна, когда охотник стоит рядом и готов дать совет.