Юлия Фирсанова – Дорожные работы по наследству (страница 62)

– Княгиня? – кто-то из серых явно удивился отчаянному зову. – Она ж все…

– Баба с радужным камнем исполнена, – подтвердил другой голос.

– Э… эта тоже теперь с радужным, – последовал еще один задумчивый комментарий в ответ на нежные переливы Архета у меня на груди.

Наверное, в сравнении с яркой хренью Гравиалы подлинный Архет не производил внушительного впечатления. Вот серенькие зайки и ошиблись… слегка. Ровно на одну княгиню.

Вот только что дальше? Серые продолжат охоту? Вопрос решили не мои тени или случай, а тихий, почти миролюбивый голос дядюшки Ивера, ввинчивающийся, минуя уши, прямо в мозг.

– Только дернетесь к ригаль-эш Алире, Зов Мертвых уже звучит. Объясните, кто нанял, и сможете прожить дольше. Нет – будете служить мне вечно. Души оставлю в телах, чтобы все понимали, но ничего не могли изменить.

«Дядя – ты крут!» – успела подумать я, потому как даже если Ивер блефовал, звучало внушительно. Я бы спорить и проверять точно не стала, если бы на кону моя шкура стояла. А тут даже не столько шкура материальная, сколько посмертие.

Серенькие замерли, как в старой детской игре «Море волнуется, раз!» Но стоило всем застыть, как от того места, где валялась по оплошке убитая Гравиала, снова бумкнуло, пронесся ледяной, пробирающий до костей ветер, и начался ливень. Увы и ах, не просто холодный дождь, а громадные сосульки, толстые и острые. От таких под зонтиком не спрячешься. Хана будет зонтику. Даже, боюсь, не всякая крыша выдержит. Сосулек было чертовски много.

«Выжить вряд ли получится даже с родовыми реликвиями», – мелькнула печальная мысль.

А потом меня придавило тяжелым, горячим, живым щитом, закрывая от смертоносного ливня. Закрыли единственным, чем могли, – собой. Но и под этим грузом я чувствовала и слышала, как трещат раскалывающиеся ледяные пики и содрогаются прикрывавшие меня тела. Дроу и эльфы были в доспехах теней, которые им подобрал Чейр. Но насколько они были прочными, я могла только гадать. Надеяться себе запретила, чтобы разочарование не помешало думать и действовать после. Пусть только выживут, а приказать боли уйти, крови не течь и залечить раны я теперь смогу. Лишь бы было кому приказывать. С мертвой плотью никто из целителей ничего сделать не сможет, это к дядюшке.

Жаркий шепот Чейра над ухом с легким укусом мочки уха частично привел меня в чувство.

– Еще несколько мгновений, и не выдержат даже мои защиты и латы дро-су, Алира. Аст уже ранен. Очень скоро мы все сольемся воедино, если не фаршем, то отбитыми кусками. Поторопись, вели Архету защитить носительницу!

«А что, так можно?» – сверхновой вспыхнула мысль, и я мысленно заорала артефакту:

– Давай полную защиту на меня, всех теней, дядюшку, а не то будешь нового дорожного мастера веками ждать! Меня убивают!!!

Орала не зря! До бесценного, хоть и заточенного совершенно на другие функции артефакта дошло, как до жирафа суть анекдота на третьи сутки, что дело швах. Он в панике ожег грудь почти невыносимым жаром, заодно простреливая голову тысячью игл дичайшей боли, и вспыхнул. Радужный свет я ощутила даже через собственные зажмуренные веки и плотный слой своих спасателей.

Не знаю, что и как сотворил Архет, но убийственный ливень, сопровождаемый чудовищной музыкой грохота и вскриками мучительной боли, прекратился мгновенно. Все стихло, и тишина показалась мне еще более смертоносной, чем ужасающий грохот-звон. Дышать было трудно, едва-едва пахло кожей, металлом и какими-то специями. И почти сразу раздался встревоженный голос Ивера:

– Алира, девочка моя, цела? Архет укрыл тебя от беды?

– В качестве цыпленка табака, но цела, – просипела я, пытаясь сморгнуть выступившие слезы – следствие головной боли и вспышки света. – Вылезти бы! Как ты, дядя, как остальные?

– Призрачные латы всегда на мне, – откликнулся Ивер, наверное, пытаясь уверить меня в своем полном здравии. Ну да… некроманта убить сложно, вернее, очень сложно. Но если получится, останется только посочувствовать незадачливому убийце. Проблем от мертвого он получит куда больше, чем мог бы от живого.

– Доспехи теней надежны, моя княгиня, как я тебе и говорил, но даже их прочности есть предел. Мы успели! Хватит того, что живы, остальное не существенно, – голос Чейра, звучащий сверху с привычной развязностью, почти вернул мне спокойствие.

Следом полегчало и физически. Живой щит с меня частью расползался сам, частью стаскивался теми, кто находился в лучшей форме. Наверное, на мне остались синяки. Или на реш-кери от такой малости, как падение и прикрытие тяжелыми мужскими телами, их не бывает в принципе?

Кстати, о спасителях. Тени стояли на ногах все, пусть и выглядели, несмотря на защитное обмундирование, чей цвет не только смазывал контуры фигур, но и большей частью скрывал кровь, потрепанными. Запах в воздухе витал стойкий. Особенно сильно специями пах изодранный рукав с погнутым наручем у Аста. Кровь. Так пахла кровь дро-су. Именно потому аромат показался мне знакомым. Они же резали руки в моем присутствии. И Чейр говорил, что дроу ранен.

Глава 43. Разборки

Потрепанные смертоносным ливнем тени в первую очередь шарили беспокойными взглядами не по себе и товарищам, по мне. Буквально ощупывали глазами, чтобы убедиться, что я цела и невредима.

В свою очередь обследовать ощупью и обнюхивать всех я не стала, чувствовала, что живы. Деталям же сейчас не время и не место. Пусть Архет и прекратил смертоносный ливень, но моя охрана дееспособна лишь частично, что с серенькими, не ясно. Портал для гостей в любую минуту может заработать, и непонятно, что уже для себя решили и что увидели за завесой, оградившей портальный круг, прочие гости.

Но тот «залп» в голову, который выдал мне артефакт, не прошел даром. Перепуганный Архет в лихорадочной спешке полностью раскрыл мне суть унаследованного и пробужденного дара реш-кери. Касался он не только боли и власти над кровью. Радиус и мощность воздействия таланта были куда шире. И именно сейчас как никогда кстати!

Я положила пальцы на Архет и отдала приказ так, как казалось правильным при взаимодействии с артефактом и даром реш-кери, унаследованным от предков:

– Пусть кровь, текущая неверными руслами, затворяется, боль уходит, тела исцеляются.

Почему-то сказала именно так и была совершенно уверена, что смогу и подействует.

– Переборщила, моя княгиня, этих-то зачем лечила? – ворчливо среагировал Чейр, когда то, что казалось мне мусором, раскиданным по площадке, начало вяло подергиваться, а потом осмысленно шевелиться. Марево, окутавшее фигуры, большей частью развеялось. Стало понятно, что это люди, или гуманоиды, не знаю, как вернее сформулировать, обряженные в серые латы и плащи и столь же серые маски, прикрывающие лица.

Неподвижными остались камни площадки перед замком, лед и те, кто были безвозвратно мертвы: Гравиала и Ушгерд. Вот уж катастрофически не везет княжеству Шенгден с правителями! Что-то мрут быстро, едва мне на глаза попадутся.

Если говорить точнее насчет мертвых, то тело женщины в зеленом я точно видела компактной кучей, а второго по площадке еще было пойди собери. Желающих поиграть с этим жутким пазлом прямо сейчас не находилось.

– Убить, моя княгиня? – невозмутимо уточнил у меня Аст, кивая на подергивающийся ксет. М-да, с радиусом воздействия я действительно не рассчитала. Но убивать тех, кого сама же случайно вылечила, как-то это выглядело неправильно.

– Нам ревизоры при личе-аудиторе нужны для визитов в княжества, живые тут больше сгодятся, если присягу служения дадут, – деловито вставил Ивер. В первую очередь практичный реш-кери был озабочен не местью, а нашим общим благосостоянием. Однако чернота из глаз некроманта до конца не ушла, скорее затаилась.

И пояснил для меня дядюшка, почему с угроз смерти перешел к предложению работы:

– На них теперь долг жизни, он крепкой опорой клятве станет.

– У нас был оплаченный контракт на устранение княгини Киградеса. Особая примета – радужный камень на груди, – начал говорить один из кучки уцелевших членов ксета, то ли неуверенно, то ли раздумчиво. Его мысль тут же подхватил второй, задав вопрос:

– Та, в зеленом, была княгиней?

– Княгиня всего Киградеса, ригаль-эш – я, а эта Гравиала, она была вдовой-княгиней княжества Шенгден, – с легкой опаской, а ну как решат прямо тут контракт закрывать, отметила я.

– Княгиня, – постановил довольно третий.

– Камень радужный на ней был, – отметил четкую примету четвертый.

И только сейчас до меня стало доходить, что изначально показалось странным – они мыслили и рассуждали вслух как один человек.

– Заказ исполнен, – подвел итог пятый.

– Свободны для нового контракта, – озвучил общую мысль шестой.

– Каковы условия для ксета? – поинтересовался седьмой.

Пока говорили, из неопрятных кучек эти создания в сером поднимались и к окончанию странного диалога стояли, выстроившись шеренгой передо мной и Ивером.

– Коржики-пирожки, – пробормотала я себе под нос. – Быстро порешили и порешали.

– Не тревожься, я умею составлять контракты, Алира, – ласково подбодрил меня дядюшка, похлопав по плечу.

– Артефакты портала и взрыва ваши были? – вмешался Чейр. Еще до начала диалога они с Астом сместились так, чтобы суметь мгновенно закрыть меня от любого из ксета.

– Только портальный – наш. Чтобы заказ был исполнен, он был дан нами заказчику с наказом положить камень там, где должен открыться путь. Затем следовало нажать на острие кристалла, даровав ему каплю крови, – ответил один из серых, справедливо полагая, что сейчас он отрабатывает жизнь всего ксета.